– когда ещё выпадет такая возможность? Вставал только для того, чтобы сбегать в уборную и перекусить.
– Смотрю я не тебя, мент, и завидую! – сказал ближе к вечеру Рувим.
– Интересно, чему ты тут завидуешь? – удивился я, не отрывая голову от подушки.
– Твоему спокойствию! Тебя куча народа по всей Одессе ищет, а ты и в ус не дуешь… У тебя что – вообще нервов нет?
– Почему нет? Я такой же человек, как и все.
– По тебе не скажешь. Такое чувство, что тебе на всё наплевать!
– И опять ты ошибся! Ну скажи, если я буду сейчас при тебе рвать на голове волосы и бегать кругами по стене – от этого разве что-то изменится?
– Нет, конечно…
– Ну вот! Ты сам ответил на свой вопрос, – сказал я и перевернулся на другой бок. – И вообще, не приставай ко мне больше с дурацкими вопросами. Завтра будет тяжёлый день… Если всё пройдёт как надо, я отсюда съеду.
– Поскорей бы, – буркнул Рувим. – А то надоело с легавым вошкаться. Кому из наших сказать – не поверят.
– Так ты и не рассказывай.
– Без твоих советов обойдусь!
– И тебе спокойной ночи, – сказал я и заснул.
Правда, назвать мой сон совсем уж безмятежным было нельзя. Я прекрасно понимал, что нахожусь в компании прожжённого урки, не испытывающего ко мне симпатии. И кто знает – не возникнет ли у Рувима нестерпимое желание полоснуть мне по горлу ножичком? Просто так, для профилактики.
Так что я реагировал на каждый посторонний звук, просто не подавая виду.
В парке мы собрались пораньше, за час до того, как стало темнеть. Предстояло найти укромное местечко и на какое-то время затаиться в засаде.
В школьные годы, когда я зачитывался детективными книжками, мне это казалось настоящей мужской романтикой. Действительность же, как всегда, была полна суровой прозы. Пришла пора долгих и томительных часов безмолвного ожидания в полной темноте и холоде.
Несколько раз мимо нас пугливо пробегали одинокие прохожие, а потом шагах в ста надолго обосновалась поддатая компашка человек из пяти-шести. Они пили пиво, махали руками, ссорились, ругались и орали на весь парк, успев порядком надоесть нам. Я было подумал, что надо бы как-то их вспугнуть, но компашка вдруг резко «подорвалась» и потопала к выходу.
Причина такого поведения скоро прояснилась: бузотёров привело в чувство появление Чупахина и Малинкина. Вряд ли «оборотни» в милицейской форме всерьёз собирались выполнять свои должностные обязанности, просто налётчикам, как и нам, мешала компания выпивох.
Немного прошвырнувшись по опустевшим дорожкам, продажные менты вернулись на свой пост.
По всем приметам пора бы и появиться тем, ради кого мы тут сидим и мёрзнем.
Я опознал бандитов по голосам. Как и в прошлый раз их было трое.
Я положил руку на плечо Осипу – это был наш условный знак. Шор кивнул.
В темноте было не видно его лица, но я почему-то знал – напарника переполнял азарт.
Мы выждали, когда налётчики поравняются с нами, а затем вышли из засады, взяв всю троицу в полное кольцо.
– Что, гражданин Мозер, решили устроить себе вечерний променад? – улыбнулся я.
Анархист затравлено оглянулся. За его спиной стояли двое дюжих ребят из эскадрона конной милиции, переодетых в гражданское. Само собой – не безоружных.
– Чего тебе надо, Бодров?! Тебя же ищут…
– Я в курсе. И мне как раз надо, чтобы меня перестали искать.
Я посерьёзнел.
– Сдавайся, Мозер. И своим дружкам скажи, чтобы не дурковали. Нам ведь всё равно, что с вами делать. И свинца мне на вас не жалко.
– Ладно, Бодров! Сдаёмся! Только не стреляйте.
Мозер посмотрел на своих.
– Чего ждёте? Делайте что сказано.
– Вот-вот, – подтвердил я. – Оружие на землю, лапы в гору. И тогда останетесь в живых.
Внезапно грянул выстрел. Один из ребят Блинова вскрикнул и схватился за плечо.
На короткое время выглянула луна, осветив стрелка. Им оказался Чупахин. Видимо, специально подстраховывал бандитов…
Вот сволочь! Я планировал заняться им чуть погодя, когда повяжем налётчиков.
Он снова вскинул руку с зажатым в ней револьвером.
У меня было меньше секунды, чтобы опередить его. Я спустил крючок, не целясь, действуя так, как учили в далёком прошлом.
Бах! Чупахин застыл и грузно повалился на землю.
Есть! Я всё-таки успел!
Позади милиционера нарисовался страшно перепуганный Малинкин.
Ну как же без тебя! Мы с Тамарой ходим парой…
Я направил на него ствол.
– Не надо! Ради бога, не убивайте! – жалобно завопил Малинкин, поднимая руки.
– О боге вспомнил! – сплюнул я.
Шор и конный милиционер уже крутили его.
Я подошёл к Чупахину, склонился над ним и пощупал жилку на шее.
– Ну как? – спросил Осип.
– Готов!
– Собаке собачья смерть!
– Не обижай собак. Не надо это дерьмо с ними сравнивать, – попросил я.
– Согласен. Погорячился.
Раненного милиционера лишь зацепило – снайпер из Чупахина оказался так себе, но Блинов настоял, чтобы подчинённый немедленно отправлялся к врачу.
– А как же вы?
– Не переживай, справимся! А ты давай вихрем в госпиталь.
– Есть в госпиталь!
Я задумчиво оглядел задержанных бандитов и Малинкина. В какой-то степени история повторилась, но теперь в ней будет иной финал. Вот только Чупахин до него не дожил.
В сопровождении Шора я зашёл в губро.
Шешеня, который в этот момент пил чай из стеклянного стакана в подстаканнике, увидев меня, чуть не поперхнулся.
– Ого! Ни хрена себе! Это что – ты его арестовал?! – удивленно спросил он у Осипа.
– Нет! Это он тебя сейчас арестует, – усмехнулся Шор.
– Вы с ума сошли?!
Глаза у Шешени полезли на лоб, он схватился за лежавший перед ним на столе «наган».
– Но-но! Не балуй! – сказал я, достав револьвер.
Никогда не любил дурацкую фразу «твоя песенка спета», но почему-то сейчас она мне показалась как никогда уместной.
– Твоя песенка спета, Шешеня!
– Какая ещё песенка? – не врубился он.
– Печальная, как твоя дальнейшая судьба, – я забрал его «наган» и велел: – Звони Барышеву.
– Зачем?
Я замахнулся кулаком.
– Понял!
Шешеня снял трубку телефона.
– Алло, барышня! Соедините меня с… – он назвал адрес абонента.
Через минуту в телефоне послышался сонный голос начальника угро.
– Барышев у аппарата.
Я кивнул Шору, тот догадался, что от него нужно, и перехватил трубку.
– Товарищ начальник, это Осип Шор!
– А почему ты, а не Шешеня?! Что-то произошло?
– Так точно, произошло. Вам бы лучше как можно быстрее сюда приехать. Сейчас отправим за вами экипаж…
Шор посмотрел на Шешеню.
– Есть свободный транспорт?!
Тот часто закивал.
– В общем, за вами скоро приедут. Ждите, товарищ начальник.
– Хорошо! Отбой связи.
Шор положил трубку.
– Эх,
