вынуждена ответить согласием. Хотя на самом деле я и сама была бы не прочь лишний раз обозреть свои сокровища!
– А еще сегодня на ужине будут Вердани, дядя и тетя малышки Эль-ру,– спохватилась Шайла. – Ой.
– Ой? – уточнила я, наблюдая, как бледнеют веснушки на щеках служанки,– что случилось?
– Я же должна доложить секретарю герцога о вашем возвращении!
– Ну так беги,– я спокойно подняла с пола сверток с притираниями для волос,– потом закончишь.
Шайла сорвалась с места, а я пошла в ванную комнату. Расставила глиняные баночки по полкам, затем занесла халат, повесила его на крючок. Потом у зеркала положила несколько деревянных расчесок и такой же гребень, которым, вроде как, можно удержать волосы.
«Растюшку, если что, засуну в косу», мысленно отметила я.
Затем вытащила и развесила платья, поставила у кровати суперлохматые тапки и, проходя мимо горшков с цветами, добавила им магии.
Комнаты постепенно обретали жилой вид. Мне бы еще писчей бумаги, музыкальную шкатулку и свежих газет, но…
Сегодняшний день ясно показал, что моя удача меня почти покинула. Я не готова снова встречаться с Крессером. Мне страшно до одури и…
– Тц,– цокнула я и подошла к окну. – Я думала, ты сильней, подруга.
Это я адресовала своему тусклому отражению.
– Наверное, про сегодняшний день придется рассказать герцогу.
– Наверное,– приятный мужской баритон заставил меня подпрыгнуть.
Изведенная этим днем, я даже не сразу узнала голос Ферхарда Эльтамру! Он стоял в центре комнаты. Брови чуть нахмурены, у губ тонкая складка, а руки скрещены на груди.
– Не вините Шайлу,– попросила я.
– Я никого не виню,– вздохнул он.– Но мне просто интересно, почему вы решили, что я вас просто так отпущу? Не дам пару солдат или… Да хоть чумную маску!
Воображение нарисовало мне классического Чумного Доктора из родного мира, но… Вряд ли же герцог говорил об этом?!
– Я… Я просто не подумала,– понурилась я. – Вы передали кошель с монетами и…
– Хватило? – герцог чуть подался вперед,– мне уже давно не доводилось самому ходить в торговые ряды, так что…
– Монеты еще остались,– я подхватилась,– сейчас верну…
– Ради Богини, каддири,– поморщился герцог,– остановитесь.
Он сделал пару шагов вперед и положил руки мне на плечи. Поймав мой взгляд, он четко, убедительно проговорил:
– Ваша безопасность – мой приоритет. Просто не молчите. Помните о том, что теперь вы под крылом Черного Герцога, хорошо?
– Х-хорошо, но я бы хотела знать, что приемлемо, а что нет,– выдавила я.
Смотреть ему в глаза было очень трудно. Особенно в тот момент, когда его ладони обжигали мои плечи сквозь все слои ткани! Мы были так близки, что я чувствовала аромат его парфюма.
«Весьма приятный, гроза, перец и капелька ванили», пронеслось у меня в голове.
– Своими последними монетами вы заплатили за шоколад,– он мягко рассмеялся, и мне захотелось губами ощутить эту усмешку. – Так можете ли вы просить о неприемлемом? Уверен, что нет.
Я замерла. Что-то внутри требовало податься вперед и прижаться к его груди. Но разум… Разум заставил меня сделать шаг назад и чуть поклониться:
– Благодарю, тригаст. Ваше тепло согревает мне душу.
– Слишком официально,– он покачал головой. – Мой секретарь принесет вам жемчужные украшения. Это официальный набор подопечной. Сегодня к ужину мы ждем чету Вердани, и мне бы хотелось пресечь возможные… Недопонимания.
– Иными словами, они немного снобы? – уточнила я.
– Иными словами, Тайверри и Софьерель Вердани не всех людей за людей считают,– кивнул дракон. – Но они любят Лииру, потому я всегда рад видеть их в своем доме.
– Принято,– кивнула я. – Мне держать свой дар под контролем, верно?
– Желательно,– кивнул дракон. – А теперь я готов выслушать ваш рассказ.
И я, старательно жонглируя правдой, полуправдой и откровенной ложью, принялась живописать свой день.
– В общем-то, меня уберегло только чудо,– подытожила я.
А мрачный донельзя герцог покачал головой:
– И язык без костей. Каддири, вы…
Он явно не мог найти слова. И мне, признаться, такое беспокойство было очень и очень приятно. Хотя я понимала, что это скорее забота о сверхценной колдунье, чем что-то более личное, но…
«Да пофиг, давно красивые мужчины не смотрели на меня так нежно и укоризненно одновременно!», фыркнула я мысленно.
А после, закрыв дверь за драконом, принялась собираться. До ужина меньше часа, а меня ждет встреча со снобской парочкой!
Глава 4
Времени на сборы мне потребовалось не так и много. Первым делом я напомнила себе, что глупо тягаться в роскошестве с родственниками герцога Эльтамру. Чета Вердани, вероятнее всего, находится плюс-минус на том же уровне обеспеченности, что и тригаст Ферхард. Так что изображать из себя невесть что – последнее дело.
Но! Но и у меня есть кое-какой козырь. Платья мне достались более чем достойные, лучшее из того, что можно было выбрать. Вчера я не оценила свалившегося на меня счастья и просто порадовалась тому, что комплекты нарядов уже собраны и мне не нужно ничего мерить – есть колдовская подгонка.
Сейчас же, развесив платья на ширме, я лишний раз восхитилась тем, как вовремя вошла в лавку. Держу пари, сегодня от имущества диррани Лойссер не осталось ничего!
Мысленно возвращаясь, я восстановила быстрый диалог двух каддири, что разбирали всевмещающие корзины с платьями. Как выяснилось, несмотря на пережитую панику, я не забыла ни слова. Каддири обсуждали скандальную свадьбу молодой диррани – девушка покрылась гнойными язвами прямо во время принесения клятв! Но жених не только от нее не отказался, но еще и сохранил холодную голову – расследование началось в ту же секунду. За считанные часы были вычислены, пойманы и допрошены все причастные к трагедии. Диррани Лойссер и неизвестная общественности завистницы были приговорены к десяти годам работ на рифатовых болотах. А их имущество было продано, чтобы погасить штрафы и выплаты пострадавшей семье.
Так, в обычной простой лавке готового платья появились шитые вручную платья. Бежевое с искусной золотой вышивкой, ало-бордовое с серебряным шитьем и зеленое, с шелковой вышивкой. Ох, видит Пресветлая Богиня, ирисы на том платье как живые!
Для сегодняшнего ужина я выбрала бежевое платье. Оно идеально сочеталось с жемчугом герцога. Сшитое по последней моде, оно радовало меня умеренно-пышной юбкой. По счастью, эпоху кринолина я пропустила и попала на многослойность нижних юбок.
К платью прилагались золотистые ленты для волос, булавки (тут я спасовала, не представляю, куда их следует втыкать), и две бусины для туфель. Они прилипли сами и тут же изменили расцветку обуви.
– Магия – это прекрасно,– вздохнула я.
И принялась плести
