же щербатый паренек с копной рыжих волос, что забирал у нас с Харном днем плащи.
— Повелительница, это ваша шуба! — с благоговением провозгласил он, накинув мне на плечи роскошную легкую шубку из голубой лисы. Я такие видела только на картинах. Как-то отцу прислали портрет принца из Северных краев, его окружили похожие шкуры, но моя обновка была куда роскошнее. Я с восторгом покрутилась перед зеркалом, но заметив нетерпеливый взгляд Бирла, последовала за ним.
— Повелитель невероятно щедр! — не смогла скрыть я своей радости, поглаживая мягкий блестящий мех.
— О, да! Казна Горении позволяет ему легко завоевывать женские сердца, — с вежливой улыбкой заметил Бирл, и я отчетливо услышала в его голосе раздражение. Все-таки он, несмотря на удивительно милое, открытое лицо, вызывал во мне недоверие.
— Идете на праздничный ужин? — раздался мелодичный женский голосок сбоку, когда мы подошли к казармам.
— Да, Светлолика, — холодно откликнулся брат моего мужа, но вот во взгляде его было столько похоти, что мне стало очевидным, равнодушием тут и не пахнет.
— Принцесса, я надеюсь, вы не против, если я присоединюсь к вашей процессии? — со снисходительной улыбкой спросила любовница Харна, — Вы же понимаете, что через пару недель наскучите повелителю, и он вернется ко мне. Поэтому вам со мной лучше не ссориться.
От такой наглости я потеряла дар речи, а нахалка взяла меня под руку и повела вперед, продолжая читать мне лекции:
— У вас же на лице написано смирение и покорность. А Харну нужно завоевывать женщину каждый день. Я с моими изощренными капризами держала его в тонусе, ставя перед ним каждое утро невыполнимую задачу и заставляя каждую ночь чувствовать себя великим победителем.
Неожиданно для себя я поняла, что прислушиваюсь к ней. А вдруг она права? Я никогда не была капризной. Моей разумности и спокойствию завидовали даже министры. Разве завоевывают сердце мужчины умом и воспитанием?
К счастью, Светлолика больше ничего не успела мне рассказать, потому что мы пришли в огромный ангар, где было накрыто несчетное количество столов, больше десяти точно. А сколько на них разместилось блюд с мясом, овощами, пирогами, рыбой. Запах стоял такой, что у меня тут же заурчал живот, требуя пищи. Рядом со столами стояли лавки, укрытые медвежьими шкурами. Тут же у входной двери жались друг к другу цветинки, боясь пройти и занять места. Я смело подошла к ближайшим двум совсем молодым женщинам. Обе были кудрявые и рыжие, явно сестры, потому что очень похожи, лица их было усыпаны веснушками. Наши мужчины не любили таких. Им нравилось, когда у женщин была ровная белая кожа и прямые русые волосы. Другие цвета были не в почете. Я на себе это испытала. Мои почти белые волосы всегда вызывали жалостливые взгляды придворных дам, они часто шептались у меня за спиной: «Бедняжка, такая некрасивая уродилась».
К счастью, муж считал по-другому. И я была уверена, что и всем моим соплеменницам повезет в этой суровой стране.
— Милые мои, — обратилась я к женщинам, обняв сестричек, — Я хочу рассказать вам про особенности Горении. Темники, которые напали на нас в лесу, нападают только на девственниц. Если не вступать с ними в противостояние, они никому больше не опасны. Но из-за них в Горении не хватает женщин. По их традициям у каждой женщины и девушки должен быть защитник. Но его можно сменить. Брак же нерушим. Вам сегодня предоставят защитников. Через месяц вы сможете выбрать себе другого, если этот вас чем-то не устроит. Месяц дается мужчине и женщине познакомиться друг с другом. Не торопитесь делать выводы, дайте им шанс.
Я говорила спокойно, пленницы слушали внимательно.
— То есть нас привезли сюда, потому что им не хватает женщин, но мы не будет здесь рабынями? — подытожила мои слова крупная брюнетка лет тридцати с пышным бюстом.
— Совершенно верно. Если захотите, сможете выйти замуж, но это на всю жизнь.
— А если мы захотим обратно домой? — жалобно спросила бледная миниатюрная девушка с печальными глазами, заглядывающими прямо в душу.
— Увы, это невозможно.
— А отказаться от мужчины совсем? — снова выступила вперед фигуристая красотка.
— Тогда вас будут атаковать своим вниманием сотни одиноких самцов, и никто не поручится, что они не перейдут грань в надежде застолбить вас за собой.
— Да, лучше один, а потом, если что, поменять, — согласилась явно опытная брюнетка.
Пленницы задумались, но выглядели уже не так затравленно. Я обернулась к Бирлу, и тот, радостно улыбнувшись цветинкам, заявил:
— Прошу, дамы, занимайте места за столами. Повелитель вот-вот придет, и начнем праздновать нашу победу.
Женщины, тихонечко переговариваясь, расселись кучно за тремя столами. Бирл повел меня к самому дальнему, где уже устроилась Светлолика. Нати осталась среди пленниц.
— Кажется, у меня получилось их успокоить, — порадовалась я вслух.
— Да, — согласился Бирл и добавил, — Мой брат был с вами очень откровенен.
Мне показалось, что я слышу в его словах досаду. Но обдумать это не успела, в ангар вошел Харн с войском. Загремели мечи и латы, зазвучали веселые приветствия и колкие шутки бравых вояк друг над другом. Муж в три шага оказался рядом и помог мне сесть в кресло с высокой спинкой, сам занял место рядом в точно таком же.
— Что сказала Зура? — спросил он, целуя мне руку.
— Я здорова и сильнее, чем она думала, — улыбнулась в ответ.
Глаза мужа вспыхнули огнем желания, и он прошептал:
— Так значит, я могу рассчитывать, что сегодня ночью мы закрепим наш союз?
Я невольно улыбнулась, звучало это немного по-детски.
— Куда уж крепче, я твоя жена, и никуда не денусь, даже если бы захотела. Граница же на замке…
Зачем я это брякнула? Он нахмурился и отвернулся. Я собиралась как-то загладить плохое впечатление, но он уже заговорил, обращаясь к своим людям:
— Уважаемые воины, этот праздник сегодня для вас. Вы смогли остановить армию, численно во много раз превосходящую нас. Каждый из вас получит в награду шанс обрести семью. Начать я решил с генерала Шерла. Вам предоставляется возможность первому сделать выбор.
Шерл встал, все тут же притихли. Мощный мужчина решительно подошел к моей маленькой подруге, положил на ее плечо тяжелую руку, отчего девушка вздрогнула, и объявил:
— Я хочу быть защитником Нати.
«Так вот почему она была так испугана!» — решила я и, вскочив, прокричала:
— Я против!
Глава 8. Неприятности начинаются
Генерал бросил на меня острый как кинжал взгляд, будто надеясь пронзить меня им. Харн накрыл мою руку, которой я опиралась о стол, своей немного шершавой ладонью и
