до того, как солнце скроется за горизонтом.
Ещё на подходе к посаду нас встретила заплаканная мать мальчика. Поначалу чуть было чувств не лишилась, думая, что мёртвого принесли, но потом быстро пришла в себя и торопливо побежала вперёд, показывая дорогу к их дому.
Когда я аккуратно выводила отрока из сна, прибыл радостный Ратмир. Но затем лицо его менялось, пока он выслушивал Видана, что тихо шептал ему. На мой вопрошающий взгляд боярин только фальшиво улыбнулся, а затем вообще покинул избу, утащив за собой и охотника.
Если не считать обильно покусанного комарами лица, обезвоживания и потерю сил от голода, то можно сказать, что мальчик легко отделался. Дав его матери необходимые указания по лечению, выскользнула вслед за мужчинами. Ратмир нашёлся неподалёку.
— Спасибо, Любавушка, — проговорил тот, задумчиво поглаживая своего коня.
— Что-то не так, батюшка? — спросила, подойдя поближе. — Радости в вас я совсем не вижу.
— Отчего же… благое дело для общины. Утешение матери. Отрада роду…
— В чём дело? — произнесла жёстко, смотря прямо в глаза. — Что не так?
— Более на болото не ходи, — заявил боярин. — Я сегодня князю весточку пошлю. Как он решит, так и сделаем.
— Вы что-то знаете? — поинтересовалась нахмурившись. — Почему мы сами его забрать не можем? Зачем князю волноваться о каком-то мертвеце на болоте?
Ратмир внимательно на меня посмотрел, потом улыбнулся и погладил по макушке. А затем взобравшись на лошадь, усадил перед собой. Прямо как с маленькой. Эх!
Ночью я долго ворочалась. Никак не получалось заснуть. Как только закрывала глаза, представлялось, как из-под ряски всплывает лицо оставленного на болоте трупа. Губы его начинали шевелиться, но слов я не различала, все они превращались в сильный гул. Много раз просыпалась в поту. Умывалась, благо в комнате оставляли ведро с водою, и снова ложилась в кровать. Уже почти под утро задремав, вскочила с криком. В этот раз во сне мертвец открыл чёрные, лишённые белков глаза, и я его, наконец-то, узнала.
Волхв! Чёртов волхв, нарекший Любаву жрицей Мары. То-то Ратмир с таким сомнением смотрел на меня. Он то его опознал вообще со слов Видана, а уж его дочь точно забыть не могла.
— Батюшка, — заявила я, поймав мужчину на гульбище, когда тот собирался куда-то по делам. — Нам нужно поговорить!
— А позже нельзя? — спросил боярин недовольно.
— Нет! — ответила твёрдо и пошла в его комнату, вызвав ещё больше удивления у Ратмира.
— Что ты хотела? — спросил он, усевшись на лавку.
— Я его вспомнила! — произнесла, встав рядом. — После того как…. «упала» зимой… и в бреду лежала… многие вещи позабыла. Лица, имена…
— Да уж… — улыбнулся в бороду мужчина. — А другие говорили, что загордилась и не здороваешься. Мимо проходишь, будто и знать не знаешь. Лекарка!..
— Нет. Просто некоторую часть памяти потеряла. Потому сразу того человека на болоте и не вспомнила. А ночью он мне приснился. И вдруг как пелена сошла. Волхв это!
Ратмир качал головой внимательно на меня поглядывая.
— Хорошо, что вспомнила. Но всё одно, сначала дождёмся ответа от князя, — заявил он.
Несколько дней прошли спокойно, но я стала часто замечать Зорицу. Нет, она не подходила близко, но кружила неподалёку, как акула. Сначала подумала, что она за мной наблюдает. Но нет. Сие она могла поручить любой своей чернавке, и той даже не нужно было притворяться. Что-то принести-унести, прибраться… вот и следи сколько угодно. Притом еды подавали в мою комнату даже больше, чем могла съесть. Своего рода показатель уважения. Ну-ну…
Я же всё это время благообразно занималась рукоделием. Ведь пациентов, увы, до сих пор не наблюдалось. Так что, немного подумав, отмела этот вариант. Значит… ей самой что-то нужно.
Дело сдвинулось, когда вернувшийся гонец сообщил, что князь прибудет через несколько дней.
— Сама с ней говори! — услышала возглас Ратмира тем вечером.
Ближе к заходу солнца, когда зажигались лампады, я старалась не заниматься делами, что требуют пристального внимания. Так и зрение быстро посадить можно. Так что с цветами работала только при свете дня. Потому, либо пряла, да… такой навык мне перепал от Любавы, либо, если никто не тревожил, тренировалась со своей силой. Ведь выглядело это так, будто я просто туплю в пространство. А бездельников никто не любит.
Так что впихнутая в мою комнату растерянная Зорица застала меня за скручиванием нити. Я услышала гулкие шаги боярина, протопавшего в свои покои и с вопросительным выражением лица посмотрела на женщину. Та быстро пришла в себя и приняла надменный вид.
Пауза затягивалась, но наконец, она спросила.
— Ты планируешь остаться… или снова вернёшься на выселки?
— Мешаю? — поинтересовалась усмехнувшись.
Женщина прерывисто задышала, стараясь успокоиться. Моё теперешнее поведение слишком резко отличалось от того, к которому она привыкла. Но конфликт был не в её интересах.
— Скажи правду! — произнесла Всеслава, войдя в комнату и положив руку на плечо Зорицы.
— Хорошо, — медленно проговорила старшая матушка. — Я получила весточку, что Добромил со сватами вот-вот прибудет. Не хочу, чтобы он тебя тут видел!
— А что думает по этому поводу батюшка? — решила я немного поддеть собеседницу.
Зорица аж поперхнулась, и Всеслава сжав ту за плечо с осуждением посмотрела на меня.
— Ты уедешь? — требовательно спросила женщина немного успокоившись.
— Хорошо, — ответила подумав. — Но, надеюсь, в этот раз продукты будут присылаться с подворья в достаточном количестве. Иначе… придётся приходить сюда столоваться.
Я растянула губы в фальшивой улыбке, смотря «матушке» прямо в глаза.
— Завтра с утра телега со всем необходимым будет готова, — прошипела Зорица и выскочила из комнаты. Всеслава посмотрев на меня, покачала головой и тоже ушла.
Вернуться в старый дом было даже радостно. Правда пришлось долго приводить его в порядок на пару с Нежданой. Видан же кинулся что-то чинить в хлеву, готовя возвращение нашей бурёнушки. Её предстояло привести лишь вечером.
Я с удовольствием рукодельничала в любимой беседке, когда услышала лёгкие шаги.
— Неждана, готовь взвар для гостей! — крикнула в сторону дома и повернулась.
Не скрывая широкой улыбки ко мне бодрым шагом приближалась Томила, а за её спиной сосредоточено следя за нами находился Ратмир. Женщина, хотя… вернее будет сказать, вечная дева, обняла так, будто проверяла на прочность. Как только кости не затрещали?
— Вот и наново встретились, Любавушка! — заявила жрица, всматриваясь в моё лицо.
— Рада тебя приветствовать в своём доме, Томила! — ответила радушно. Видеть её было действительно радостно. Да и совета, честно говоря, спросить кроме как у неё было не у кого. Она прошла внутрь беседки с интересом прикоснувшись кончиками пальцев к конструкции. Затем умостилась на лавке, предварительно проверив
