огненное кольцо, кориверн точно бы прорвался. Выдержал бы город вообще?
Был ли у меня выбор?
Не желая будить Серафину и в то же время не желая оставлять её без присмотра, я вновь пододвинул стул Бритона к двери и сел, прислонившись головой к деревянной поверхности. Измождённый, я моментально отрубился.
***
Я очнулся от сигнала тревоги. Резко подскочил. Мне понадобилась секунда на осознание, почему я спал посреди коридора. Яркий дневной свет проливался сквозь окна, намекая, что монстры нам сейчас не угрожают.
Тогда почему трубят трубы?
Пару секунд спустя Бритон с Кассией вылетели из покоев принцессы.
— Что случилось? — спросила Кассия. У неё был растрёпанный вид: у лица торчали выбившиеся пряди, заколка слетела с кончика косы.
Я сощурил глаза, переводя взгляд на Бритона.
— Почему ты был…
— Не сейчас, — перебила Кассия, проносясь мимо меня. — Почему трубы трубят посреди бела дня?
— Я не знаю.
— Ты идёшь? — обернулась принцесса. Они вместе с Бритоном уже спешили по коридору к выходу.
Я оглянулся на дверь феи.
— Идите вперёд. Я разбужу Серафину.
Они скрылись за углом, а я постучался в покои и стал ждать ответа. Когда его не последовало, я нетерпеливо постучался вновь.
По-прежнему тишина.
Затылок начало покалывать недоброе предчувствие. Я толкнул дверь и направился прямиком к её спальне.
Серафина лежала там же, где я её и оставил. Свернулась клубочком под одеялом, которым я её накрыл. Но она не спала. Её эмоции напоминали вязкое облако скорби, через которое мне пришлось продираться, чтобы добраться до феи.
— Серафина, — тихо позвал я. — Стражники объявили тревогу. Я должен выяснить, что происходит, но я не могу оставить тебя без присмотра.
— Со мной всё будет в порядке, — монотонно ответила она, что ещё больше взволновало меня. — Моя магия достаточно восполнилась на случай, если она мне понадобится.
Нахмурившись, я прошёл к окну и раздвинул закрытые шторы, чтобы посмотреть, не видно ли отсюда случившегося.
Не думаю, что я когда-нибудь так радовался тому, что вижу. Целый батальон в родовых цветах лорда Кворрена приближался к городу. Флаги развевались на ветру, доспехи сверкали в лучах солнца. Жители Порт-Кельера ликовали, многие уже выбегали за городские врата навстречу подкреплению.
Лорд Кворрен каким-то образом узнал про нападение монстров и пришёл на подмогу.
Меня зашатало, я опустился на стул и схватился за голову. Та едва ли не кружилась от облегчения.
После нескольких глубоких вдохов я опустил руки… и заметил, что Серафина смотрит на меня.
Она не сдвинулась с места, но спустила одеяло, встречаясь со мной взглядом своих ярко-голубых глаз.
— Хорошие новости? — спросила она чуть более оживлённо, чем до этого.
— Очень. Лорд Кворрен привёл свою армию.
Она кивнула и снова уставилась в потолок. Её чувства напоминали змеиный клубок, к которому я не рисковал прикасаться даже трёхметровой палкой.
Но я всё же поднялся со стула и приблизился к кровати. Присел рядом с Серафиной, чувствуя неловкость и уязвимость — два состояния, в которых мне быть не хотелось.
— Что с тобой случилось этой ночью? — спросил я.
— Я исцелила нескольких раненых, — сказала она. — Я чувствовала их боль и не могла это игнорировать. Дядя Изабеллы увидел меня и решил, что монстры напали на город из-за меня. Остальное ты уже знаешь.
Я тихо выругался себе под нос.
К моему удивлению, Серафина повернула ко мне голову. Белые волосы обрамляли её голову на подушке, переливаясь, словно шёлк. На щеке остался синяк, а по всему телу виднелись ожоги и порезы — последствия того, как в неё тыкали факелами и медными кинжалами.
Во мне вскипела кровь, но тут же остыла, едва фея коснулась моей ладони, словно она успокоила меня своей магией.
— Они правы, — сказала она.
— Что?
— Они правы. Я не командовала монстрами, но это всё из-за меня.
Я отдёрнул ладонь, взбешённый её бредовым заявлением.
— С чего ты это взяла?
— Из-за меня началась война между Дрейганом и Реновой, — мрачно ответила она. — И я виновата в появлении Разлома.
Я замотал головой.
— Это правда, — настаивала Серафина. Она села, позволив одеялу соскользнуть. Она всё ещё была в своём грязном мятом платье.
— Объясни, — потребовал я, чувствуя, как холодеет в груди.
— Помнишь, я рассказывала о том, что ждала Киана на причале?
Я медленно кивнул.
— Я прождала там два дня, отказываясь верить, что он действительно бросил меня. — Её взгляд стал отстранённым, словно мыслями она вновь была там, в воспоминаниях. — Я ждала бы и дальше, но меня нашёл друг. — Она встряхнула головой. — Нет, не друг. Мужчина, которого я считала своим другом.
Я ожидал продолжения.
— Он поклялся, что смертный поплатится за предательство.
— Смертный? — обратил я внимание на выбор слов.
— Мейлор был фейри, одним из нас. — Серафина расправила складки на платье, не поднимая глаз. — Ему не нравились люди. Ему казалось, что они относятся к нам как к зверушкам, исполняющим желания. Нас почитали, да, но и нередко пытались использовать.
Я сказала Мейлору оставить Киана в покое, пусть живёт со своей реновийской принцессой. Но Мейлор был в ярости. Меня это не сильно удивило — у него всегда был непростой темперамент. И, признаться, я не придала этому значения. Я вернулась на Тей а'ра к своей семье, зализывать сердечные раны.
— Тей а'ра? — переспросил я. — Остров?
Это было нечто типа священного места для фей, куда никогда не ступала нога человека. Остров был заброшен после создания Разлома, когда все феи покинули наши земли.
— Верно. Вести о войне дошли до меня несколько месяцев спустя. Реновийскую принцессу нашли с кинжалом в сердце в первую брачную ночь, и никто не знал, что произошло. Королевская семья Реновы обвинила в её убийстве Киана. Дрейганский королевский дом заявил, что принцесса сама наложила на себя руки. Стыдно признаться, но тогда мне не было до них дела. Я жила со своим
