и за нами придут. Но в резиденцию не пустили и его. Там проходило какое-то событие, и поэтому никого не пускали, а уже тем более англичан. И доказывать, что мы из Уэльса было бесполезно.
Мы не знали сколько придётся ждать, поэтому мы остановились в небольшой гостинице с северной стороны королевской резиденции.
А ближе к вечеру, пришёл слуга и доложил, что меня спрашивает какая-то женщина.
Я сразу подумала, что это Элери, но, открыв дверь, обрадовалась, пожалуй, не меньше, чем я бы обрадовалась, увидев подругу. Это была Морна, мать Алпена Макбэйна.
Морна пару секунд разглядывала меня, потом сделала несколько шагов вперед и обняла.
— Я не верю, что это ты! Маргарет!
— Это я, Морна.
Обменявшись новостями, Морна рассказала, что её сын сменил Григора на месте главы клана, и теперь он в столице, уже несколько месяцев, а его жена снова беременна и Морна приехала помогать.
Рассказала она и о том, что теперь многие главы кланов здесь в столице, у многих теперь здесь есть свои дома, а ещё многие привезли своих дочерей, в надежде породниться с королём.
—Ты вовремя приехала, Маргарет, — слегка прищурившись, будто пытаясь рассмотреть, что у меня в голове, сказала Морна. — Уже несколько дней идёт совет кланов и королю непросто, — добавила она, и хитро глядя на меня спросила:
— Ты приехала забрать сына? Или ты здесь, чтобы остаться?
Глава 58
— Я не знаю, Морна, — уклончиво ответила я, — но сына очень хочу увидеть, просто сил уже нет.
Морна всё также прищурившись, сказала:
— Знаешь, но почему-то боишься.
Это правда, я знала, что я приехала чтобы остаться, но с каждым часом моя решительность таяла, возможно, потому что, никто не выбежал мне навстречу, с криками «Дорогая Маргарет», или. потому что я боялась встретить здесь совсем другого человека. Ведь власть меняет людей, а Алан уже много лет король.
Всё это я и сказала Морне. И она посмотрела на меня, как на глупую:
—Ты победила Англию без единой битвы, и ты боишься, что мужчина, который ждёт тебя уже много лет, откажется?
—Я боюсь не того, что он откажется, а того, что его гордость не сможет уступить мне.
—Ты так ничего и не поняла, — Морна посмотрела на меня так, что я действительно почувствовала себя гораздо младше неё, хотя, если брать настоящий мой возраст, то я возможно даже была постарше, — Маргарет, наш король сильный мужчина, он не боится глупых женщин, но ему нужно будет убедиться в твоих намерениях, и вопрос к тебе: а твоя гордость позволит тебе уступить?
Морна собралась уходить, пообещав утром за мной вернуться и отвести меня к сыну.
И когда она уже выходила, я окликнула её:
— Морна, а он… он знает, что я здесь?
Морна лишь загадочно улыбнулась и пожала плечами.
А ночью он пришёл.
Разбудил меня стук в окно. Я осторожно подошла к окну, намереваясь позвать охрану, если там окажется кто-то подозрительный.
Вообще-то мои комнаты были на втором этаже, и я не ожидала, что в окно будут стучать. Слегка отодвинув занавеску, я никого не увидела, но вскоре в окно снова прилетел мелкий камушек. И я, присмотревшись, разглядела стоящего внизу высоченного блондина. Это был Алан.
Открыв окно, я высунулась и недоверчиво, всё ещё не веря своим глазам, спросила:
—Алан?
— Впустишь? — прозвучало снизу.
Я не нашла повода отказать, и уже через несколько секунд в полностью распахнутое окно моих гостиничных покоев влезал король Шотландии Алан Стюарт.
— Это и правда ты? — Алан, как и остальные не был оригинален, и тоже сообщил мне о том, что не может поверить в то, что видят его глаза. И я уже собиралась ответить что-нибудь язвительное, но не успела, потому что меня обняли, но не как Надд или Ифор, а очень осторожно, как будто бы я была сделана из тонкого фарфора и у того, кто обнимал, был страх, что я разобьюсь. Меня обняли и поцеловали. И поцелуй этот длился и длился и…
Утром, когда я проснулась, Алана уже не было. И только слегка приоткрытое окно указывало на то, каким путём он ушел.
Я вдруг поняла, что мир изменился. Или в окно светило солнце? Или, это я изменилась?
Я вскочила и побежала смотреть на себя в зеркало. Из зеркала на меня смотрела женщина, у которой было то же лицо, что я видела много лет, но вот глаза … таких глаз у этой женщины не было давно. Они сияли, и, вспомнив то, что было ночью, я вдруг обнаружила, что щёки мои залил румянец, и в этот момент в двери постучали.
«Морна! — пришла мысль, — это же она обещала прийти.»
Это и вправду оказалась Морна. Я попросила её подождать пока я соберусь.
Морна укоризненно покачала головой:
— Я думала, что ты с рассветом уже сидишь и ждёшь, когда мы поедем в замок,
— Здесь у вас слишком свежий воздух, — улыбнувшись, ответила я, — очень сладко спится.
Морна с подозрением прищурилась:
—Что-то у тебя глаза странно сверкают. Не будь я уверена в твоей непогрешимости, могла бы подумать, что у тебя была бурная ночь.
Я отвернулась.
Обманывать Морну мне не хотелось, а правду говорить я была не готова, а вдруг эта ночь всё, что у меня будет?
О плохом думать не хотелось, тем более перед встречей с сыном.
И мы отправились в замок. Нас с Морной сразу пропустили, но шли мы не через главный вход, а через боковое крыло, которое выходило на замковый двор, но с которого не было входа в основное замковое здание.
И уже через двор мы с Морной в сопровождении двух молодых солдат в одежде клана Макбэйн, они же и сопровождали Морну и в городе, направились в пристройку, куда поселили Элери с мальчиками.
Перед тем, как оставить меня, Морна сказала:
— Сегодня у короля сложный день, главы кланов будут давить на него. Если ты сможешь, помоги ему.
И Морна ушла, а я пошла туда, куда звало меня материнское сердце.
У мальчишек шли занятия.
«Узнаю Элери, — подумала я, — не важно, что происходит и куда занесла судьба, учение необходимо.»
Я осторожно приоткрыла дверь импровизированного класса, и остановилась в проёме, не заходя и, слушая, как учитель диктует пример, который нужно решить по математике. Мальчишки старательно
