что я слишком заглядывалась на кольцо на пальце. Изящное, с бледным рубином, и от граней лучики так и отблёскивают.
И очень хорошо, что не я вела чудо техномагии, когда меня накрыло волной чужого отчаяния. Я охнула и отшатнулась, вжавшись всем телом в спинку кресла так резко, что чуть не отломила подголовник.
– Что случилось? – тут же спросил Маккорн.
– Что-то с Кларенсом, – прохрипела я и закашлялась от попавшей не в то горло слюны.
– Ты знаешь, где он?
Я кивнула. Своих зомби я всегда найду. Банни на заднем сиденье зашевелилась: ей тоже наверняка прилетело по ментальной связи. Лирой не глядя приложил руку к моей шее, и кашель тут же отпустил. Удобно с природником в хозяйстве!
Мы нервно поплутали по городу, пока удалось найти место: я чувствовала направление и расстояние, но городская планировка не пускала нас напрямик. Наконец мы въехали во двор небольшой гостиницы в центре и высыпали из автомобиля. Я сразу кинулась внутрь и взбежала по лестнице, бросив объяснения с хозяином на Лироя.
Кларенс нашёлся в одном из номеров. Он неподвижно сидел в кресле, глядя в окно. По виду – не первый день. Я бросилась проверять его сохранность, ужаснувшись, что кто-то мог его повредить, но все узлы отзывались, как должно.
– Кларенс, зая, что с тобой? – наконец спросила я, вспомнив, что мне доступна человеческая речь.
Он медленно повернул ко мне голову и моргнул. Потом на его лице что-то изменилось, в глазах появилось узнавание.
– Маргарита? – произнёс он рассеянно. – Что ты тут делаешь?
В этот момент в комнату ввалились Лирой и Банни. Кларенс обернулся к ним и тут же нахмурился, так что я замахала им подождать снаружи.
– По делам приехала, – быстро пояснила я. – А с тобой что?
Он помотал головой и опустил взгляд.
– Ничего.
Ну вот ещё будет он тут отнекиваться!
– От твоего ничего мне чуть голову не отшибло, как мы в радиус въехали. Давай рассказывай всё как есть!
Он прислонил голову виском к спинке кресла, как будто собирался так спать.
– Это всё бессмысленно, – тихо сказал он. – Ничего не получится.
Да какая муха его укусила?! Я присела на подлокотник.
– Ты о чём?
Он поднял на меня пустой взгляд.
– О том. Когда я соглашался стать твоим зомби, я думал, что это позволит мне ещё пожить. Пусть не в полной мере, но всё же… Только это не жизнь.
За дверью послышались голоса, кто-то спорил, но я слушала Кларенса, не отвлекаясь.
– Ну вот что мне доступно из радостей жизни? – тихо спросил он. – Я не ем и не сплю. Мне безразличен свежий воздух. Я не устаю ни от умственного труда, ни от телесных усилий, и потому отдых – это просто скука.
Голоса стали громче, я различила грозный тон Лироя, но он сам как-нибудь разберётся.
– И что мне остаётся? – продолжал Кларенс. – Только работа?
Я открыла рот сказать, что есть ещё книги, театр и всё то, что человечество придумало для развлечений, но тут же подумала, что проблема Кларенса не в скуке, и вообще, может быть, ему стоит показаться сердцеведу. Но сказать я ничего не успела, потому что в этот момент дверь распахнулась, грохнув о стену, отлетела и закачалась, дрожа, а в проёме возникла Джессамина.
– Кларенс! – выкрикнула она. – Ну наконец-то! Я все гостиницы обыскала!
Она подбежала к креслу с другой стороны и тут заметила меня. Впрочем, отвлекаться на меня она не стала, только глазами сверкнула и присела на другой подлокотник.
– Кларенс, послушай, это всё не важно! Я просто растерялась, а ты так быстро исчез – я не успела даже ничего сказать! Я тебя искала два дня!
Кларенс вжался в кресло и опустил голову, изо всех сил пытаясь слиться с обивкой. В дверях с желчной миной застыл Лирой, из-за него выглядывала обеспокоенная Банни. А я, кажется, начала понимать, что произошло.
– Не надо было меня искать, – пробормотал Кларенс. – Я сам виноват, что не был откровенен с самого начала.
– Да какая разница, кто виноват?! – Джессамина воздела руки к небу. – И потом, понятное дело, не будешь же ты с транспарантом разгуливать! Я искала тебя, чтобы сказать: мне всё равно.
Ах тебе всё равно, что с Кларенсом?! Вот крыса! Два дня его искала, чтобы это сказать? Ну-ну! Я уже собралась донести до неё своё возмущение, когда Джессамина продолжила:
– Мне безразлична твоя природа! Я не собираюсь с тобой расставаться только из-за того, что кто-то сделал из тебя зомби!
Я закусила губу, чтобы что-нибудь не ляпнуть. Вообще, по-хорошему, надо было тихо ретироваться из комнаты, но выход блокировал Лирой, рассматривающий сестру всё более озадаченно, и я не рискнула шевелиться.
Взгляд Кларенса наконец обрёл осмысленное выражение и упёрся в Джессамину.
– Тебе… всё равно? – медленно повторил он.
– Я же сказала, я просто растерялась там, – затараторила Джессамина, хватая его за руку. – Я почти ничего не знала о зомби, но с тех пор я всё выяснила и не вижу ничего ужасного! Ты же… Мы же… Ну, это всё было взаправду?
– Конечно! – выпалил Кларенс, подаваясь вперёд, но тут же сник. – Но даже если ты готова мириться с моей… особенностью, твой отец никогда этого не примет.
– Да плевать мне на него! – воскликнула Джессамина, крепче вцепляясь в руку Кларенса. – Он и так меня не особо жалует, всё надеется на своего проклятого блудного сына, который…
– А вот с этого места поподробнее, – встрял Лирой, входя наконец в комнату.
Кларенс вскинулся, только что его заметив. Банни обежала кресло и молча положила руку Кларенсу на плечо.
– А что подробнее?! – вспылила Джессамина, завидев мишень для своего раздражения. – Ты и так всё прекрасно знаешь! Для него на тебе свет клином сошёлся, а меня словно нет!
– Это я понимаю, – поморщился Маккорн. – А вот верно ли я услышал, что старый дурак что-то имеет против Кларенса из-за того, что он зомби?
Кларенс невесело усмехнулся. Джессамина закатила глаза.
– Дайте-ка уточню, – вклинилась я. – Как я поняла, между вами, э-э, возник интерес. А потом герцог Фремантль узнал, что Кларенс – зомби, так?
– Я пригласила его знакомиться с родителями! – Джессамина чуть не кричала, широко размахивая рукой от полноты чувств. – Он с Кларенсом за руку поздоровался и сразу всё понял! И говорит, мол, это же зомби! А я растерялась, я не знала, просто не знала, что это значит! И папа сразу в разнос пошёл – держись подальше от моей до-очери, – она скроила гримасу, пародируя голос герцога. – Я только хотела что-то сказать, а Кларенс
