были наложены. Рич сказал, что это старенькое заклинание отвода глаз. Если будешь смотреть прямо перед собой, ничего не увидишь. Но стоит повернуться в другую сторону, как боковое зрение обязательно уловит силуэты скрытых предметов.
Такой магией не пользовались уже очень давно.
Меня не пустили на затонувший берег. Взяв с собой пятерых пиратов, Рейнар сам отправился осматривать местность. Им вода оказалась примерно по бедро, что несколько затрудняло ход.
Рич полетел вместе с ними.
— Може, покушаем, лялечка моя? — соблазняла меня Роззи, но я была неумолима.
Сидела прямо на бортике, в темноте всматриваясь в силуэты горящих факелов. Они то и дело перемещались и становились все дальше.
— Я потом вместе с Рейнаром поем, — ответила я и вскочила, едва один из факелов погас.
— Он тоже так сказал, — многозначительно усмехнулась Роззи и пригрозила: — А ну, прижми корму обратно. Неча тебе там делать.
— У них уже два факела погасло! — воскликнула я, заметавшись.
— Сами справятся, чай не мальчишки. Сиди, говорю.
Я едва дождалась возвращения команды. Темно так, что хоть глаз выколи, но под светом трех факелов они выглядели довольными. Забравшись на борт по веревочной лестнице, мужчины стали снимать с себя штаны, что заставило меня, как воспитанную девушку, отвернуться, несмотря на нетерпение скорее узнать новости.
— Нет там никого, — подошел ко мне Рейнар и обнял со спины. — Но деревьев и кустов гораздо больше, чем видно отсюда. Рельеф неровный — есть глубокие места, где можно уйти под воду с головой.
— А дом? — поинтересовалась я, чувствуя, как мои штаны становятся мокрыми от тесного соседства с мокрыми штанами герцога.
— Один — старый, почти развалившийся. К нему как раз лодка и привязана. А другой — добротный, стоит на сваях. Острова большие — мы и четверти пути не прошли, но людей там нет. В доме печь давно не топлена да и воздух затхлый, так что можно идти спать.
— Да как после такого спать⁈ — искренне возмутилась я.
Ведь где-то там были спрятаны сокровища! И мы должны были их отыскать!
— Спокойно, душа моя, и желательно лежа в кровати. Ночью мы все равно ничего не сделаем. Да и Эрни прав: вполне возможно, что утром вода уйдет. Пойдем. Не знаю, как ты, а я голоден.
Взяв за руку, Рейнар настойчиво потянул меня к капитанской каюте. Я не сопротивлялась. Понимала, что он прав, но все равно меня немного потряхивало от предвкушения.
— Если ты не против, на ночь я поставлю вокруг корабля свою защиту, — проговорил герцог, открывая для меня дверь.
В каюту я попала первая и первая же увидела творившееся в ней безобразие. От удивления даже забыла о том, что мне нужно было что-то ответить, настолько шокировал меня сервированный к позднему ужину стол.
В его центре в канделябре стояли зажженные свечи. Они же занимали все ровные поверхности, за исключением пола. А еще здесь были цветы — невероятной красоты, будто бархатные бутоны занимали свое место в небольшой вытянутой вазе. Такие же лепестки устилали пол.
Интересно, откуда они взялись на судне?
— Кажется, я получил одобрение твоих пернатых, — усмехнулся Рейнар, встав рядом.
— То есть это не ты? — удивилась я.
Не сказать, что расстроилась или, наоборот, обрадовалась. Просто это было неожиданно.
— Не я, Арибелла. Я хорошо усвоил, что мне не следует торопиться и давить, если не хочу снова ловить тебя по морям. Тебе страшно, я знаю. Тебя пугает неизвестность, а потому тебе нужно время, чтобы начать доверять мне безоговорочно. Я готов тебе его дать.
— Столько, сколько потребуется? — уточнила я, сомневаясь в том, что услышала.
— В разумных пределах. Но я не дам тебе свободы от себя. Просто не смогу отпустить тебя, зная, что тогда имею все шансы потерять тебя навсегда. Ты моя, Бель, и в этом я не уступлю никогда. Ты моя душа, и этого уже не изменить.
— Я и не хочу… менять, — призналась я осторожно и снова спрятала взгляд, уставившись в пол.
Легкое прикосновение к моей щеке заставило меня вновь посмотреть в глаза мужчине.
— Мы справимся, душа моя. Я буду терпелив, обещаю. Ты никогда не пожалеешь о своем решении. Я уверен, нас ждет удивительная жизнь.
Собственно, это и был первый тост этого вечера. Рич и Роззи расстарались на славу, приготовив для нас вкуснейшее мясо в ягодном соусе, запеченные овощи и несколько закусок.
Как ни странно, но по большей части сегодня говорила именно я. Рассказывала о своем детстве, о курьезных ситуациях, в которые попадала, о своих впечатлениях о праздниках и балах.
И даже о своих переживаниях.
— Арибелла, я и не сомневался в том, что ты не станешь сидеть в четырех стенах. Я уже достаточно знаю тебя, чтобы понять, что тебе постоянно нужно чем-то занимать себя. Ты готова возглавлять любое бедствие, но забываешь о том, что у герцогини, коей ты сейчас являешься, тоже есть обязанности. Со своими проблемами к нам будут приходить люди, живущие на наших землях. И решать их предстоит именно нам. Я буду очень благодарен тебе, если ты разделишь со мной эту ношу.
— А если я сделаю что-нибудь не так? — ужаснулась я. — Если кого-то придется судить и я приму неверное решение? Или угроблю чей-нибудь урожай? Или…
— Ошибки случаются, их не может не быть, но тебе не о чем переживать. Во-первых, я так или иначе буду рядом и всегда помогу, если у тебя возникнут сомнения. А во-вторых, поступать нужно всегда по совести. У тебя с совестью все очень даже замечательно.
— То есть, если я решу спасти какую-нибудь женщину от тирана-мужа, что подавляет ее волю, ты будешь на моей стороне? — спросила я быстро, наконец улучив момент поговорить о том, что меня до сих пор беспокоит.
— В спорах с другими я всегда буду на твоей стороне, даже если ты окажешься не права. Но это правило не распространяется на наши личные отношения, душа моя. Если ты будешь не права в спорах со мной, я обязательно скажу тебе об этом и тебя тоже прошу не молчать.
— Хорошо, я не буду молчать, — покладисто согласилась я. — Давай спасем императрицу?
Рейнар был несказанно удивлен. Таких широко открытых глаз я не видела у него еще ни разу, но тем не менее отказываться от моего безумного предложения он не стал. Напротив, дал дельный совет, прежде объяснив, что вмешиваться в чужие отношения себе дороже.
Я это и так знала: история Арса и Татии была тому ярким примером, но правда в том, что в сами отношения
