я лезть не собиралась. Просто это было нечестно, что император управлял своей женой, словно марионеткой, пользуясь тем, что сильнее.
Она ведь разумный человек, имеющий право на свои решения и полноценную жизнь.
— Тогда нам все же придется посетить какой-нибудь бал по возвращении, — напомнил о неизбежном герцог. — Там мы сможем отвязать заклинание от императрицы, но ничто не помешает императору наложить новое.
— А он не узнает об этом, — улыбнулась я хитро. — Мы просто привяжем его нить к какому-нибудь предмету, который Ее Величество станет везде носить с собой.
— А ты опасная женщина, Арибелла, — усмехнулся ар Риграф и вдруг поднялся, подавая мне руку. — Пойдем спать?
— Вместе? — переспросила я неверяще, но все же вложила пальцы в его ладонь.
— По-моему, прошлой ночью нам было очень даже удобно. Только тебе стоит переодеться. У тебя штаны мокрые.
— У тебя тоже, — в оцепенении застыла я под его почерневшим взглядом. — И ты же можешь просто все высушить.
— Не могу. У меня все еще недостаточно сил, — произнес он, тая улыбку.
Я знала, что он лжет. Причем очень нагло лжет, но все же послушно поднялась.
Сердце стучало как ненормальное, пока я забирала со стула оставленную Роззи сорочку. Была уверена: Рейнар ее тоже увидел еще тогда, когда мы только вошли.
Спрятавшись за ширмой, я быстро переоделась и повесила вещи на веревку, но не выходила еще долго. Отчего-то казалось, что герцог снова все продумал до мелочей и все же участвовал в бунте пернатых, пусть и косвенно.
В третий раз сполоснув лицо холодной водой, я все-таки вышла, искренне надеясь на то, что мужчина спит. Но он не спал. Лежал на кровати поверх покрывала прямо в штанах, которые уже совершенно точно не были мокрыми.
Мое внимание привлекла книга в его руках. «Маркиза и пират» было выведено на обложке.
— Занятная вещица, — произнес герцог тоном, который значительно отличался от нашего прежнего разговора.
— Твоя сестра передала ее мне, пока я сидела в заключении в своей комнате. Честно говоря, до сих пор не представилось случая ее открыть, — призналась я, не зная, куда себя деть.
Словно ощутив мою нервозность и сомнения, Рейнар подвинулся, приглашающим жестом махнув в сторону кровати.
Сердце стучало уже у самого горла. Еще немного, и я была готова сбежать спать в камбуз, но встретилась взглядом с супругом. Увидев меня, оценив мой вид, он улыбнулся.
— Иди ложись. Покажу тебе, от чего ты так удачно отказалась.
Я не поняла ровным счетом ничего. В кровать меня погнало любопытство, но, забравшись в постель, я накрылась одеялом до самого подбородка.
И обратила свой взор в книгу.
Прямо на титульном листе чуть ниже названия чернилами была выведена надпись, которой там точно не существовало при печати.
' Моя служанка будет ждать вас у конюшни. Добавьте капли из флакона няне в чай. Она уснет и проспит до утра. Чары с вашей двери к полуночи будут сняты.
Простите, леди Страут, но я считаю, что вы не достойны моего брата. Он слишком сильно вами очарован и увлечен, что неизбежно погубит его.
Моя служанка передаст вам деньги. Не вынуждайте меня идти на крайние меры'.
Дочитав, я не смогла справиться с собой и расхохоталась, когда мне продемонстрировали небольшую склянку, вложенную в искромсанные страницы. Чтобы заглушить смех и не перебудить весь корабль, мне пришлось уткнуться лицом в подушку.
Я смеялась не над тем, что у меня была возможность сбежать раньше и я ею не воспользовалась. Нет, я бы все равно не оставила родителей в неизвестности.
Я смеялась над тем, как уверена в себе была Татия, которая думала, что Рейнар никогда не прочтет эту угрозу.
Так вот почему тогда в саду она вела себя так странно! Она переживала, что я расскажу ее брату об этом сообщении, раз уж осталась в особняке.
— Она не знала, что ты искал меня, чтобы я ее вылечила?
— Не знала. Мне не хотелось тешить ее преждевременными надеждами, — мрачно ответил герцог. — Я так понимаю, к себе мы их будем приглашать исключительно по большим праздникам?
— А что, так можно? — приятно удивилась я и даже села на постели.
Взгляд Рейнара тут же оказался в вырезе моей сорочки, что заставило меня вновь прижать к себе одеяло.
— Можно. Ари, я ведь не слепой. Я знаю Татию дольше кого бы то ни было. Иногда она становится невыносимой.
— Иногда? — дотошно уточнила я.
— Очень часто, — исправился ар Риграф, мягко убирая мои руки от одеяла. — Я рад, что теперь у нее есть тот, кто будет о ней заботиться. Поцелуй меня, душа моя.
— Знаешь, очень хочется спать.
Самым наглым образом я улеглась обратно на подушку и даже отвернулась от мужчины. Свечи погасли в единый миг под смех герцога.
Кровать была очень маленькой для нас двоих, но, когда Рейнар тоже лег боком и обнял меня, места оказалось достаточно.
Мне казалось, что я так и не усну в его объятиях. Нас разделяло одеяло, которое не являлось слишком большой преградой, но усталость была сильнее.
Правда, пробуждение снова вышло неловким. Я вообще не понимала, как так получилось, но я снова спала на герцоге, прижавшись щекой к его горячей груди.
Его ладонь мягко проходилась по моей спине.
Одеяло вместе с покрывалом лежали на полу.
— Я снова, да? — спросила я очевидное.
— Мне все нравится, — ответил он шепотом, а я почувствовала какое-то движение под собой. — Но да, лучше мне сходить умыться. Холодной водой.
Щеки горели до невозможности, пока я осторожно перебиралась к стене. Стоило Рейнару скрыться за шторой, как я быстро прокралась к ней, забрала свои вещи и просто сбежала на верхнюю палубу.
Однако на пути мне встретилась Роззи.
— Без покушать не пущу! — грозно предупредила она, окружив меня кружками, чайничком и тарелками.
Собственно, посуда и гнала меня обратно до капитанской каюты, как бы я ни старалась ускользнуть.
К моему возвращению ар Риграф уже вышел и теперь заплетал влажную от воды косу. Я невольно залюбовалась им и решила нажаловаться на рыжую.
— А меня на палубу не пустили! — сдала я пернатую.
— И правильно сделали. Спасибо, Роззи. Вы очень вкусно готовите.
— Ой, да ше ви такое говорите, — зардевшись, отмахнулась крылатая. — Хомячь давай, дите, — это уже мне. — Одни глазюки-то и остались.
С завтраком под тихие смешки Рейнара я справилась быстро. Мне уже не терпелось взглянуть на затонувшие острова. Даже толща воды не помешала бы мне в поисках сокровищ, но ее толком не было.
Эрни оказался прав. С рассветом вода ушла,
