сердце замерло.
– Продиктуйте ваш номер. Я позвоню.
Я назвала ему номер телефона. Тот самый, который мне выдал Волков. Специальный номер для специальных заданий.
– Я буду ждать вашего звонка, Кирилл, – сказала я.
Попрощавшись с ним, я медленно направилась к выходу, чувствуя на себе его провожающий взгляд. Я сделала это. Я справилась.
На улице меня уже ждала машина. Сев в темный, безликий салон, я наконец позволила себе выдохнуть. Руки дрожали, сердце колотилось. Я откинулась на сиденье, закрыв глаза.
– Ну что? – его голос разрезал тишину, заставив меня вздрогнуть. В салоне, в самом темном углу, сидел он. Демьян Волков. Все это время он был здесь. Рядом. – Как прошла охота?
– Я… я сделала, что вы просили, – пролепетала я, все еще пытаясь прийти в себя от его внезапного появления. – Он… он позвонит.
В этот момент мой телефон, лежавший в клатче, тихо завибрировал. Я достала его. Сообщение от Кирилла.
«Это был невероятный вечер. Спасибо за беседу, Милана. Вы... удивительная. Надеюсь на скорую встречу».
Я не успела убрать телефон, как Волков выхватил его из моих рук. Его глаза быстро пробежали по строчкам.
– Я смотрю, наша цель не теряет времени даром, – в полумраке я увидела, как напряглись желваки на его скулах. Он бросил телефон мне на колени. – Ты справилась. Этого достаточно.
Он постучал костяшками пальцев по стеклу, разделяющему салон и водителя.
– Поехали! – резко бросил он.
Машина рванула с места, вдавив меня в сиденье.
Глава 28
Я молчала всю дорогу, пытаясь унять бешено колотящееся сердце. Я смотрела на свое отражение в темном стекле: незнакомая, опасная женщина в дорогом платье. Маска, которая, казалось, уже начала прирастать к лицу. Я справилась. Я выполнила его задание. Но вместо гордости я чувствовала лишь всепоглощающую усталость и смутную тревогу перед тем, что ждет меня дальше.
Когда мы вошли в уже ставший привычным, холодный и безупречный холл «моего» дома, он прошел вперед.
– В гостиную, – коротко бросил он через плечо, и я последовала за ним.
Внутри все было как всегда – идеальный, бездушный порядок. Он прошел к бару, на этот раз не спрашивая. Просто налил два бокала виски и протянул один мне. Его пальцы на мгновение коснулись моих, и по руке словно пробежал электрический разряд. Я отдернула руку, едва не расплескав напиток.
– Боишься меня, Милана? – он усмехнулся, наблюдая за моей реакцией.
– Я вас не понимаю, – честно ответила я, делая шаг назад.
– Это пройдет, – он сделал глоток, не сводя с меня глаз. – Со временем ты научишься меня понимать. Даже без слов.
Мы стояли посреди огромной гостиной, глядя на темные окна, в которых отражалась наша комната.
– Кирилл Самойлов, – внезапно произнес Волков, нарушая тишину. – Он клюнул. Ты отлично сработала.
– Что будет дальше? – спросила я, мой голос звучал глухо.
– Дальше будет встреча. Он позвонит. Завтра или послезавтра. Пригласит тебя на кофе или ужин. И ты согласишься.
– И… что я должна буду сделать?
– Ничего, – он повернулся ко мне, его глаза в полумраке казались совсем черными. – Ты просто будешь собой. Той женщиной, которую он увидел сегодня. Умной, интересной, загадочной. Ты будешь слушать его, восхищаться им. Позволишь ему думать, что он тебя покоряет.
– А на самом деле?
– А на самом деле, ты будешь запоминать, – его голос стал тише. – Каждое слово. Каждую деталь. Он, как и многие мужчины его склада, любит говорить о себе, о своих успехах, о своей значимости. Особенно перед красивой женщиной. В какой-то момент он обязательно проговорится. Упомянет о сделке, о проблемах, о своем гениальном начальнике Артуре. Что угодно. Любая мелочь может стать тем ключом, который откроет нам нужную дверь.
Он подошел ко мне ближе. Я снова почувствовала этот запах – дорогой парфюм, виски и что-то еще, неуловимое, чисто мужское, от чего кружилась голова. Мое сердце предательски пропустило удар, а потом забилось чаще. Я ненавидела себя за эту реакцию, за то, что мое тело так глупо и инстинктивно отзывается на его близость, на его ауру хищника.
– Твоя задача – втереться к нему в доверие. Стать для него отдушиной. Той, с кем он может быть самим собой. А я должен быть уверен, что ты сможешь передать мне все, вплоть до интонаций и пауз.
Он протянул руку и коснулся пряди моих волос, выбившейся из прически.
– Я должен быть уверен, что ты не упустишь ничего важного. Что ты не поддашься эмоциям. И не совершишь ошибку.
Его прикосновение было легким, почти невесомым, но по телу пробежала предательская дрожь, которую я отчаянно пыталась подавить. Кожа под его пальцами горела. Я подняла на него взгляд и утонула в его темных, непроницаемых глазах. И в этот момент я поняла: он наслаждается. Наслаждается моей реакцией и тем, как мое тело предает меня, отзываясь на его близость. От этого осознания мне стало страшно.
– Я все поняла, – твердо сказала я, заставляя себя еще раз отступить на шаг назад, разорвать эту опасную, удушающую близость. – Я справлюсь.
На его губах снова появилась эта хищная, довольная усмешка. Он все понял.
– Я знаю, что справишься, Милана, – он допил свой виски, поставил бокал на стол с глухим стуком. – А теперь иди. Тебе нужно отдохнуть.
Я кивнула, чувствуя себя обессиленной, и направилась к двери. Но его голос, тихий и властный, остановил меня у самого порога.
– Но запомни одно, Милана.
Я обернулась. Он смотрел на меня в упор, и в его глазах горел темный, хищный огонь.
– Ты можешь сколько угодно играть в свою игру с Самойловым. Флиртовать, очаровывать. Но не забывай, кому ты принадлежишь на самом деле.
Глава 29
Сегодня я ждала звонка от Кирилла Самойлова, но телефон молчал. Это молчание давило, сводило с ума.
Мадам Ренье не приехала. Уроков не было. Волков дал мне передышку, но это затишье было хуже любой муштры. Я слонялась по дому, не находя себе места.
Каждый раз, когда мой новый, выданный Волковым телефон издавал какой-нибудь звук, я вздрагивала. Но это были лишь какие-то системные уведомления. Кирилл не звонил.
Что, если он передумал? Что, если он все понял? Рассказал Артуру? А что, если это была
