хочу. И не буду, раз уж он сам предложил.
— Я приеду.
— Договорились, — игриво произносит, даже не пытаясь скрыть того, что он более чем доволен моим ответом. — Тогда приезжай сразу на место, а потом всей командой поедем в отель. Всё, собирай вещи, а я машину вызову.
Попрощавшись с мужчиной, откладываю телефону и чуть ли не бегом несусь в спальню. Достаю сумку и принимаюсь бросать туда свои вещи, не особо заботясь о том, что они могут помяться. С ванной комнаты тоже забираю нужные мне гигиенические средства.
Переодевшись из домашней одежды, пару раз проверяю, не забыла ли я что, а затем, убедившись, что свет везде выключен, направляюсь к выходу из квартиры.
Обычно я ненавижу подобные внезапные сюрпризы, когда нужно срываться с места и мчаться куда-то ни с того ни с сего, но сейчас мне всё равно. Я просто хочу поехать к нему, и неважно, что в этот момент меня в очередной раз разрывает на две части собственная совесть.
В этот раз голос влюбленного сердца оказывается куда громче.
Стоит мне только выйти на улицу, такси подъезжает уже через пару минут, не успеваю я толком насладиться видом медленно наступающего вечера в виде порозовевшего неба и ярко-желтой полоски на нем в той стороне, где садится солнце.
Передав свой багаж вышедшему на помощь таксисту, усаживаюсь на заднее сидение и всеми силами стараюсь унять приятную дрожь рук. Достаю телефон и пишу маме смс с известием о том, что мои планы опять поменялись и я уезжаю.
Как и всегда, желает мне удачи на работе, но даже через ответные строчки сообщения я чувствую, что она совсем этому не рада. Да и сама матушка уже несколько раз давала понять о своём желании касаемо того, чтобы я уволилась. В какой-то мере теперь я разделяю это её желание, так как понимаю, что это было бы самым правильным решением из всех возможных, но... Это самое "но" не позволяет мне сделать столь нужный, хоть и болезненный шаг.
За время дороги пытаюсь не думать о том, как воспримет мой неожиданный приезд Горшков, хотя и понимаю, что хорошего с его стороны в свой адрес я опять мало чего услышу.
Если уж он пошёл на подобный шаг, решив меня убрать с дороги хотя бы на эти несколько дней, дальше, я думаю, он может устроить нечто более серьезное. Только вот, зачем ему это? Неужели его тревога о жене Дмитрия так велика, что он готов вот так нагло влезть в его личную жизнь? Либо же Горшков и вовсе преследует какие-то свои цели, но вот какие именно я пока не в курсе. Но повторюсь, в данной ситуации злодейкой являюсь скорее я, нежели он.
Именно по моей вине брак Димы может оказаться на грани распада. А возможно и так, что я слишком высокого о себе мнения. Да, он пытался признаться, что любит меня, но что, если это всего лишь страсть настолько сильно ослепила его? Нельзя ведь полностью отрицать вероятность того, что, получив желаемое, Жданов просто-напросто потеряет ко мне интерес и спокойно вернется домой.
Больше всего я как раз таки и боюсь вот этого огня, что разгорелся внезапно между нами, ведь обычно после такого пламени не остается ничего, кроме угольков и разбитого сердца.
Чёрт, я что, уже всерьез начинаю размышлять о том, чтобы сдаться и устремиться в его объятия? Нет, так ведь нельзя, совсем нельзя! Но и держаться на приличном расстоянии от Дмитрия становится все более проблематично.
Совсем не замечаю того момента, как мы минуем всё расстояние от моего дома, а потому немало удивляюсь, когда машина плавно тормозит перед огромным зданием, около которого уже собралось огромное количество народу, машин. Благо хоть, таксист припарковался подальше от этой толпы, иначе фанатки Дмитрия, заметив меня без охраны в его же лице, определенно бы пожелали выяснить со мной отношения. Спасибо Коле за его "прекрасное" интервью.
Взяв свой чемодан, спешу к черному входу, где меня уже встречает Егор, которого наверняка об этом попросил Жданов. Поприветствовав легкими объятиями, забрав у меня сумку и сообщив, что оставит ее в нашем автобусе, парень неопределенно кивает на вход, когда я спрашиваю, где наш босс.
— В гримерке, кажется, был, — доносится мне в спину голос барабанщика, когда я уже вхожу в само здание.
В длинном коридоре мне встречается немало незнакомых людей — кто-то здоровается, а кто-то нет, но все они волнуют меня в последнюю очередь, так как ищу я конкретного человека.
Спросив у одной женщины, где находится гримерка нашей звезды, проскакиваю мимо Горшкова, который, к счастью, меня не заметил, с кем-то беседуя по телефону. Когда же я останавливаюсь около заветной двери, с трудом перевожу дыхание, ощущая себя какой-то преступницей, незаконно сюда проникнувшей.
Несколько секунд бессмысленно смотрю на лакированную поверхность перед собой, а затем все же стучу и толкаю дверь, заглядывая в небольшую, но довольно уютную комнату.
— Вечер добрый, — улыбаюсь, сразу увидев певца сидящим на диванчике будучи уже переодетым и совершенно готовым к долгому выступлению. — Как настрой перед концертом?
Заметив меня, он тут же встает и лучезарно улыбается, а я привычно таю под пристальным вниманием этих невероятно красивых глаз. Захожу внутрь и закрываю за собой дверь, сразу же поняв, что больше тут никого нет.
— Ты приехала, — констатирует, медленно приближаясь и осматривая меня с ног до головы, словно бы за последние сутки в моей внешности могло что-то измениться. — Вот теперь привет.
Не давая мне возможности что-либо возразить, заключает меня в объятия и крепко к себе прижимает, позволяя уткнуться носом в крепкую мужскую грудь и вдоволь вдохнуть этот поразительный аромат его одеколона. Боже... Я скоро буду хотеть дышать только этим запахом, а не простым воздухом, клянусь!
Подняв руки, несмело обнимаю Диму в ответ, чувствуя наконец, как буря в душе успокаивается, получив свою порцию долгожданного счастья, которое я испытываю всякий раз, стоит Жданову оказаться в радиусе ста метров.
Нехотя отстраняемся друг от друга, когда объятия становятся неприлично долгими, хотя на самом деле делать этого не желает ни один из нас. Уж я так точно.
Подняв голову, заглядываю в голубые глаза, смотрящие на меня уже с привычным опасным для нас обоих блеском. Откровенно, но и в то же время ласково. Зрачки заметно расширены, как и, держу пари, мои собственные.
Этот потрясающий мужчина глядит в данный момент на меня так, как смотрел два дня назад там, на кухне своей квартиры,
