все это будет убирать?»
Но Андреа стало так тепло и уютно, что она готова была и к уборке. Когда телевизор был настроен, Алекс устроился рядом с ней, опираясь на диванную подушку.
Андреа поделилась с ним краем пледа, накинутого на плечи, и прижалась ближе, чтобы хватило обоим.
– Что смотрим? – спросила она, отправляя в рот кусок пиццы.
Алекс задумчиво нахмурился.
– Что-то про летающие тарелки? Или про оборотней. Я не понимаю… Но, кажется, корове сейчас будет очень плохо.
Так и случилось: очевидный муляж коровы разрезало напополам лазерным лучом. Это был очень старый фильм. Алекс обнял Андреа одной рукой и притянул поближе. Она опустила голову ему на плечо, вдыхая аромат его тела.
– А помнишь, как мы впервые пошли в кино? – пробормотала Андреа, сдерживая зевоту.
– На «Терминатора»? Помню, конечно.
– Я тогда думала, что ты попытаешься взять меня за руку. Уже готовилась оскорбиться и придумывала слова, чтобы все тебе высказать. А ты не попытался.
Алекс рассмеялся вполголоса, потерся щекой о ее макушку.
– Если тебя это утешит, я планировал. Но так увлекся происходящим на экране, что просто забыл. – Он коснулся ее волос поцелуем. – Моя девочка. Всегда находила повод со мной повоевать.
– Тебе не кажется, что я стала скучнее? Не такой резкой.
Алекс глубоко вздохнул, задумавшись.
Сказал осторожно:
– Не такой резкой – да. Но скучнее – никогда в жизни. Мне нравилась моя дерзкая Энди, но нравится и внимательная, любящая женщина, которая из нее выросла.
Андреа чуть отодвинулась, чтобы заглянуть Алексу в глаза.
– Но ты только помни, что я все еще дерзкая и могу с тобой повоевать, – сообщила она.
И встретилась с такой нежностью во взгляде, что на ее губах невольно расцвела глупая довольная улыбка.
– Помню, помню. А теперь иди сюда, у тебя соус от пиццы на носу.
Андреа позволила вытереть ей нос, а потом они с Алексом вернулись к невероятно увлекательному фильму про летающие тарелки. И Андреа, несмотря на окружавший ее комфорт и монотонный гул телевизора, даже не уснула.
Позже, лежа в постели у Алекса на груди, Андреа все-таки спросила:
– А что ты сказал сегодня утром Робину?
Полусонный Алекс заворочался и что-то неразборчиво пробормотал. Андреа пришлось полностью обратиться в слух.
– Сказал, что теперь мы с ним в расчете. Я познакомил его с его будущей женой, а он помог вернуть мне тебя.
– А почему никому нельзя было это говорить?
– Чтобы не показаться тебе слишком навязчивым, наверное. И чтобы Эмма… не зазналась…
Алекс причмокнул губами и в следующее мгновение уже спал, а Андреа еще долго лежала, слушая мерное биение его сердца.
Глава 8
Свадебная суета захватила Андреа, едва она успела открыть утром глаза. С Алексом пришлось ненадолго расстаться: мужские сборы проходили в несколько раз быстрее женских.
Андреа ожидала, что в доме Эммы будет царить балаган, но не успела она зайти, как ее встретила тетя Мари, мамина кузина, и быстро проводила наверх одеваться, краситься и укладывать волосы. Там ее, как по конвейеру, провели по нескольким комнатам, где уже дежурили нанятые специалисты. У Эммы все было спланировано до мелочей.
Наконец Андреа сумела попасть в комнату, где находились Эмма и мама. Она замерла, любуясь длинным пышным платьем без бретелей и рукавов, в котором Эмма вертелась перед зеркалом. Сестра заметила ее взгляд.
– Вера Вонг, – гордо сказала она. – Отец оплатил. Наверное, ему было стыдно, что он не сможет присутствовать лично.
– Смотрится потрясающе, – искренне сказала Андреа.
Мать фыркнула у Эммы за спиной.
– За такие деньги оно должно быть покрыто золотом. А тут даже украшений нет, как будто простыню разрезали.
Эмма закатила глаза и простонала:
– Я уже говорила тебе, это стиль минимализм! Лучше на Андреа посмотри, мы несколько часов вчера провели в магазине. Видишь теперь, почему я не стала делать ее подружкой невесты? Она бы слилась с нежно-розовым платьем.
Андреа мысленно приготовилась выслушать критику в свой адрес, но удостоилась только:
– Неплохо. Подчеркнуло длину ног. В нем даже кажется, что у тебя есть бедра. Но вот цвет… Тебе лучше подходят холодные оттенки. Но Эмма права: да, в розовом было бы хуже.
– Мама, а я никогда не благодарила тебя за нашу с Эммой «высокую» самооценку? – спросила Андреа, складывая руки на груди.
– Понимаю, что это ирония, но, просто чтобы ты знала: чересчур завышенная самооценка ничуть не лучше, чем чересчур заниженная, – быстро парировала мать.
– Ма, ты вроде бы хотела сказать что-то другое, – заметила Эмма, не отрывая взгляда от своего отражения.
– Да, – тяжело вздохнула мама. – Извини, Андреа. – Она отвернулась от обеих дочерей, бормоча что-то себе под нос.
– Ты сегодня не в духе, – сказала Андреа.
– Нервничает, – ответила за мать Эмма.
– Просто мои девочки уже такие взрослые! Одна выходит замуж, а вторая уже вторую ночь подряд проводит непонятно где и врет матери.
Андреа натянуто улыбнулась.
– Извини.
Но та только отмахнулась.
– Я понимаю, что иногда слишком сильно давлю. Но мы не виделись с тобой несколько лет, а по телефону из тебя и слова не вытянешь. Дай хоть немного поучаствовать в твоей жизни, учитывая, что Эмма сегодня отправляется в вольное плаванье.
– Ладно, ладно, – вздохнула Андреа и вскинула ладони вверх. – Я встречаюсь кое с кем, но сегодня эта тема под запретом.
– Да? – Мама даже немного расстроилась. – А я уже звонила своему стоматологу, чтобы назначить тебе свидание с его сыном.
Андреа и Эмма как по команде рассмеялись под неодобрительным взглядом матери.
Андреа заняла свое место на церковной скамье рядом с кузинами Джорджи, Рози и Кэти. Те поприветствовали ее кивком и вернулись к негромкому разговору. Андреа честно пыталась не подслушивать, но пока церемония еще не началась, отвлечься больше было не на что.
– Кто-нибудь видел ее платье? Мама сказала, что ей сказала тетя Шелли, а той – тетя Мари, что наряд Эммы стоил пять тысяч долларов. Хотела бы я посмотреть, как на ней будет сидеть платье за пять тысяч.
– На ней оно в любом случае будет смотреться лучше, чем на тебе, Джорджи.
– Вот-вот! Из кого-то зависть так и льется!
– Да было бы чему завидовать! Жениха видели? Тощий, длинный, лицом простоват. Совершенно не в моем вкусе. А вот его шафер…
Тут все три единодушно согласились. Андреа хотела было отсесть подальше, но другие гости буквально прижимали ее к кузинам.
– Кто-нибудь знает, как его зовут? Может, у Андреа спросим?
– А ей-то откуда знать? Она только недавно в город приехала, она живет в Нью-Йорке.
– Я бы тоже хотела
