на самом деле может быть достижимо. На самом деле, только внизу.
— Привет, Скарлетт. — Великолепное лицо Джиллианы появляется в поле моего зрения, когда она заглядывает в мою комнату, далекие огни со сцены падают сбоку на ее голову, отражаясь в безупречно завитых рыжих волосах. — Мэгги звала нас, но я попросила ее отойти на минутку. Ты... Ты не возражаешь, если мы поболтаем?
— О, конечно, конечно. Я наконец-то убралась в своей спальне, так что на этот раз на диване действительно есть место. — Я хихикаю. — Проходи.
Она кивает и закрывает за собой дверь. Однако вместо того, чтобы сесть рядом со мной, она стоит, выпрямив спину, заламывая пальцы и упираясь ногами в пол. Мы с Джиллианой обе выпускницы. Я видела ее в слишком многих шоу и никогда не видела такой нервной. Я приподнимаю бровь, когда она накручивает рыжий локон на палец, пока, наконец, не фыркает и не встречается со мной взглядом.
— Ты, эм... ты получила мое сообщение? Я также пыталась позвонить, чтобы встретиться и выпить кофе.
Я вздрагиваю.
— Да, эм, у меня не было с собой телефона. Я только что прочитала свои сообщения этим утром и еще не перезвонила людям. Мне очень жаль.
Она отмахивается от меня.
— О боже, пожалуйста, не извиняйся. Ты… с тобой все в порядке?
Я медленно киваю.
— Да? Почему нет?
— Это хорошо. Это хорошо. Я, эм, вроде как видела, что произошло до того, как Джейми захлопнул перед нами дверь. Я так чертовски волновалась, что это я заставила тебя...
— Ах, это, — перебиваю я с нервным смешком. — Ну, я в порядке. Не стоит беспокоиться, — осторожно говорю я, пытаясь улыбкой успокоить ее нервы, но она только качает головой.
Сделав глубокий вдох, она сжимает пальцами переносицу.
— Я не часто извиняюсь. Но после того, как я себя вела...
— Джиллиана, все в порядке...
— Нет, — твердо говорит она, ее изумрудно-зеленые глаза встречаются с моим пристальным взглядом. — Нет. Не давай мне сорваться с крючка. То, что я сделала, было ужасно, и все потому, что боялась, что карьера, которую я заработала,. неправильным способом, оказалась под угрозой. Я... Я разозлилась не на того человека. И не было никакого оправдания тому, что я так с тобой разговаривала. Я никогда… Я никогда не должна была упоминать о твоем... Расстройстве. — Ее лицо морщится, когда она пытается вернуть свои эмоции к самообладанию. — О боже, я хуже всех.
— Джиллиана, серьезно, все в порядке. Я понимаю.
— Если ты действительно веришь, то это нехорошо. Никто не заслуживает, чтобы с ним так разговаривали. Потребовались эти выходные свободы, чтобы осознать, насколько Монти... Владел мной. Меня тошнит, когда я думаю о том, как я позволила ему так шантажировать меня.
— Ты не позволяла ему ничего делать. — Я хмурюсь. — Джиллиана, он был твоим профессором. Ты была в ужасном положении...
Она поднимает руку, останавливая меня от дальнейших утешений. — Я не заслуживаю, чтобы ты пыталась заставить меня чувствовать себя лучше, и не заслуживаю твоего прощения. Но если ты решишь подарить его мне, я буду благодарна. Если ты сможешь простить меня, я бы с удовольствием как-нибудь угостила тебя беньетами. Может быть, мы даже сможем стать друзьями.
Улыбка изгибает мои губы.
— Мне бы этого хотелось.
Она выдыхает, как будто задерживала дыхание несколько дней.
— Да? Ладно, потрясающе. Ну, до тех пор. Ни пуха, ни пера на сегодняшнем прослушивании.
— По этому поводу я подумываю пропустить прослушивание на главную роль и сказать Мэгги, что гожусь для роли поменьше или дублерши.
Глаза Джиллианы широко распахиваются, и она указывает на меня длинным наманикюренным кроваво-красным ногтем.
— Скарлетт Дэй, черт возьми, не смей.
От ее реакции у меня отвисает челюсть.
— Что? Я думала, ты будешь счастлива...
— О, черт возьми, нет. Как только я увидела электронное письмо, то все выходные надрывала задницу, совершенствуя свое пение. Это первый раз, когда у меня был шанс по-настоящему доказать — себе и всем остальным, — что я заслуживаю быть на этой сцене. Если ты откажешься, я никогда не узнаю, была ли я достаточно хороша, чтобы играть главную роль, честно. Не смей, блядь, недооценивать нас обеих.
— Ладно.… так что ты хочешь, чтобы я сделала?
Она фыркает и упирает руки в бедра.
— Конечно, давай. Ты собираешься петь от всего своего милого сердечка. И тогда я собираюсь сделать это лучше. — Она торжествующе улыбается, как будто уже выиграла. Черт возьми, с таким отношением она практически победила.
Чего бы я только не отдала, чтобы обрести такую уверенность. Может быть, когда я начну преследовать свои собственные мечты, я так и сделаю.
За последний год я все больше и больше замыкалась в себе. «Тихая маленькая мышка» — так Монти называл меня. Но я, конечно, не побоялась высказать Солу свое мнение. Если я смогла встретиться лицом к лицу с Призраком Французского квартала, все остальные будут проще простого. От осознания этого напряжение в моей груди спадает, а уголки губ приподнимаются.
— Джиллиана? Скарлетт? Вы все готовы? — снова зовет Мэгги.
Джиллиана протягивает руку.
— Мы договорились?
Я беру ее руку в свою и пожимаю.
— Договорились.
— Ладно, отлично. Увидимся там, Скарлетт. Покажи все, что можешь, или меня нарочно будет тошнить на каждом шоу.
Я смеюсь, но прикрываю рот, когда слышу, как Мэгги выкрикивает мое имя через мегафон, очевидно, думая, что мы просто ее не расслышали.
— Шоу начинается. — Джиллиана подмигивает, прежде чем выйти со мной из моей комнаты на сцену. Когда я выхожу вперед и оказываюсь в центре, она указывает на меня. — Всего наилучшего, Скарлетт. Я серьезно.
— Не хотела бы разочаровывать тебя, Джиллиана. — Я хихикаю и подмигиваю ей в ответ.
Из динамика начинают звучать первые нежные ноты «Il m'aime» одной из арий в исполнении главной героини «Фауста», и я делаю именно то, что обещала. Я исполняю.
Пока я пою, не могу удержаться и бросаю взгляд в пятую ложу. Когда я вижу, как на меня смотрит мой демон музыки, на моих губах расплывается настоящая улыбка, а не только та, которую я надеваю ради прослушивания.
Мы никогда не говорили об этом, но мне было интересно, появится ли он, и теперь я знаю, что он хочет, чтобы я его увидела. Свет на сцене приглушен, из-за чего легче разглядеть зрительный зал, но он сидит у перил, вместо того чтобы сливаться с тенью, как Призрак, которым он и является. Улыбка приподнимает левый уголок его губ, и мое сердце трепещет в груди.
Черт, я подумывала остаться сегодня вечером в своем собственном
