бы никогда не жаловался на потенцию. Думать на эту тему, было некогда.
Наконец, чуть шершавый чехол был найден. Молниеносным движением я сунула ключи в карман и, стараясь успокоиться, тихо выдохнула.
Глава 30
Глава 30
Полина
– Куда мы едем? – спросила я.
Олег гнал по улицам, как сумасшедший. Машину резко бросало из стороны в сторону, а вместе с ней и меня. Неожиданно я вспомнила, как неспешно я ехала по улицам приморского городка, как дребезжала сзади Джулька, как расслабленно лежали на руле руки Леона.
Возможно, некоторым женщинам такая манера вождения показалась бы старомодной и неуверенной, но мне понравилось. Леон плавно тормозил, мягко трогался с места, не заставляя поминутно вздрагивать и упираться рукой в торпеду. С ним я чувствовала себя в безопасности, как бы это ни звучало, если ты видишь человека впервые.
Олег по городу ездил рывками. Ему всегда было мало места, а все автомобили вокруг мешали. Он любил проскочить на мигающий желтый, тормозил, буквально в сантиметрах от багажника другого автомобиля, матерился и краснел, если кто-то замешкался хотя бы на секунду. Ездить с ним было одно мученье.
– К тебе в отель. Мы едем к тебе. В твой номер.
Я опешила. Совсем расслабилась и забыла, что Олег всегда решает всё сам. Я могла бы и не задавать ему этого вопроса.
– По-моему, я тебя не приглашала, - я уставилась в окно, по которому змейками стекали мерцающие капли дождя.
– А мне не нужно приглашение, Поль. Я же вижу, ты этого хочешь. И я тебя хочу. Ужасно хочу. Честно скажу, у меня яйца трещат от желания тебя трахнуть.
Он улыбнулся, хищно блеснули зубы, мне показалось, что я попала в лапы чудовища.
– Хорошо,- отозвалась я. – Отвези меня в отель. Но войду я в него одна.
Машину резко кинуло вправо, и если бы не ремень безопасности, я влетела бы головой в стекло. Олег резко затормозил, ткнул «аварийку» и повернулся ко мне. Его левая рука продолжала обнимать руль, а правой он ухватил меня за подбородок. Больно сжал челюсть.
– Мы войдем в твой номер вместе, Полина. Не играй со мной. Я не мальчик-колокольчик. Меня динамить не надо…
На мгновение я оцепенела от ужаса, но уже в следующую секунду, повинуясь безотчетному порыву ярости, вцепилась обеими руками в его ладонь. В глазах Олега мелькнуло удивление, он даже приподнял бровь. Наверное, не ожидал, что я начну сопротивляться. Если бы у меня были длинные ногти, я разодрала бы ему кожу до крови.
На долю момента мне удалось оторвать его от себя. Я замерла, пытаясь глотнуть воздуха. Олег расценил паузу по-своему.
– Вот так… Давно бы так… - хриплым голосом произнес он.
Глаза его совсем потемнели, он облизал губы. Хватка ослабла. Я позволила ему провести пальцами под подбородком. Никакой ласки в этом движении не было. Больше похоже на то, как хозяин поглаживает своего питомца, прежде чем поставить ему смертельный укол.
Его тело расслабилось. Рука сместилась, большим пальцем Олег медленно провел мне по губам. Задышал чаще, и я поняла, что еще секунда, и он набросится на меня.
Я не знаю, как это получилось. Потом я анализировала ситуацию, но так и не нашла ответа. Наверное, это какой-то животный инстинкт, и он не поддается объяснению или оценке.
Я обхватила его палец губами, насладилась вожделением в его глазах, и резко сомкнула зубы.
Секунда и похотливое желание на его лице сменилось болезненной гримасой. А следом раздался вопль.
– Ы-ы-ы-ы, сучка… Ты совсем офонарела?!!!
Олег замахал рукой в воздухе, а я, пользуясь моментом, быстро отстегнула ремень, открыла дверцу и выпрыгнула наружу. Щиколотку пронзила острая боль. В детстве я, катаясь на коньках, неудачно упала и порвала связки на правой ноге. С тех пор, любое неосторожное движение вызывало боль.
Не дожидаясь, пока Олег погонится за мной, шарахнулась в сторону и почти побежала в сторону подземного перехода, ведущего в метро. Лодыжка противно заныла, но я не обращала на это никакого внимания. Главное, оказаться среди людей, в безопасности.
Холодный вечерний воздух обжигал лицо, смешиваясь со вкусом крови, которую я ощутила на губах. Чья она – моя или Олега – было неважно. Я торопилась. Каждая ступенька отдавала болью в ноге. Стараясь не привлекать внимание, прошмыгнула через турникеты и ступила на ленту эскалатора.
Сердце со своего обычного места переместилось в район горла. Вцепившись одной рукой в перила, другую я прижала к шее. Проглотила скользкий ком, вдохнула и длинно выдохнула и осторожно обернулась. Конечно, никакого Олега здесь оказаться не могло. Он давно забыл, как это ездить в метро, да и машину не бросит. К тому же, здесь повсюду камеры и полиция.
Под строгим взглядом женщины в стеклянной будке, я прошла вдоль стеклянных колон вглубь перрона. Запах подземки подействовал умиротворяюще. Он всегда напоминал мне, как я впервые приехала в этот город, впервые спустилась в метро и замерла от невообразимой красоты. С тех пор старые станции стали для меня местом релакса. Я приезжала к ним, как к добрым друзьям. Каждая из них была связана с разным кусочком моей жизни.
Олег метро ненавидел. А я частенько спускалась сюда, чтобы побыть одной (несмотря на толпу), поразглядывать пассажиров, погадать, кто они и куда едут. Олег называл это «отведать форшмака», намекая, что метро – это банка с селедками. Дурак.
При мысли об Олеге по телу пробежал озноб. А может, это порыв ветра из тоннеля предупредил о приближающемся поезде. В черном тоннеле показались два слепящих глаза. Я прижала к себе крепче сумочку и сразу же вспомнила о ключах. Они мирно лежали в кармане. И вот что теперь делать?
Зайдя в вагон, устроилась в дальнем уголке и принялась думать. Снова и снова прокручивала в голове, как умудрилась цапнуть Олега. Господи, что на меня нашло? Я поковырялась в сумочке и выудила бумажную салфетку. Потерла губы, словно на них остался привкус. Вспомнила, что у меня есть коробочка с леденцами и торопливо бросила в рот мятную подушечку.
За стеклом, в темноте мелькали извилистые, толстые вены кабеля. Неожиданно к глазам подступили слезы. До чего я докатилась. Дерусь с бывшим мужем, ворую у него ключи, кусаюсь…
Вагон дернулся, заскрежетал и снова взвыл привычным гулом. Я сжала ледяные пальцы в кулаки, потому что в голову полезли совсем уж страшные мысли.
А вдруг я всё это делаю, потому что мне, и
