лишнюю воду из этих побегов, чтобы они стали ломкими. Рвём его из земли и тащим в лагерь.
Разведя ладони, я направил поток целительской силы, но не на исцеление, а на точечное иссушение паразитных тканей. Раздался сухой хруст. Мужчина вскрикнул и обмяк.
Увидев, кого мы притащили, Радко и Стоян резко вскочили и вновь схватились за оружие. Мы уложили несчастного на расстеленный плащ прямо у огня.
— Лад, это что ещё за древесный обрубок? — Стоян с опаской потянулся к своему мечу.
— Он болен, Стоян. И если мы его не вытащим, следующим «саженцем» может стать любой из нас. Противник где-то рядом. Будьте начеку, — велел я, уже накладывая руки на грудь пострадавшего. — Видана, тащи чистую воду. Радко, держи его за плечи, сейчас начнётся самое тяжёлое.
Я закрыл глаза, концентрируя магию. Нужно было действовать как хирург: не просто заливать раны магией, а ювелирно отделять растительные волокна от нервных окончаний.
— Тис… он где-то рядом, — прошептал я, чувствуя, как вены пациента пульсируют чужеродным ритмом. — Он не просто ищет камни. Он…
— Строит здесь свой порядок, — заключил Яволод. — Я чувствую его магию. Такое ощущение, что он пытается подчинить себе бесконечные джунгли.
— Разберёмся с этим позже. Сейчас нужно попробовать спасти этого парня, — отметил я. — Он может обладать ценной информацией.
Начатая мной операция проходила в тяжёлом молчании. Лишь раненый время от времени стонал и покашливал, но всё ещё не мог прийти в себя.
Яволод работал вместе со мной. Действовал на одних инстинктах. Он не знал названий артерий или нервных узлов, но как друид чувствовал движение древесных соков внутри чужеродных отростков.
— Корень вцепился в живое, Лад! — глухо бросил он, его пальцы засветились тусклым зелёным светом. — Тяну из плеча, держи его крепче, иначе вся кровь выйдет!
Я прижал ладони к разодранной плоти, вливая в раненого чистую Эссенцию Жизни. Пока Яволод ювелирно, дюйм за дюймом выманивал древесные волокна, я буквально «сплавлял» края сосудов и тканей. Мы изо всех сил старались удержать жизнь этого человека. Лес пытался его поглотить, а мы вырывали парня по частям.
— Ещё один узел в бедре… — прохрипел Яволод, пот градом катился по его лицу. — Сейчас дёрнет! Тяну!
С влажным хрустом последний корень покинул тело. Мужчина выгнулся дугой, судорожно втянул воздух и обмяк. Дыхание выровнялось.
Живой.
Спустя час, когда луна поднялась в зенит, он открыл глаза. Мужчина был измождён. Лицо сплошь покрыто шрамами от лиан и ожогами от ядовитого сока.
— Воды… — прохрипел он, жадно припав к фляге, которую подал Радко.
— Кто ты такой? — спросил я. — Что делаешь в этой глуши?
— Салим, — проглотив студёную воду, ответил он. — Из Аркадии. Я состоял в группе исследователей пять лет назад… изучал эти тропы.
Видимо, из того же отряда, что и наместник, который рассказал мне эту историю. Кажется, я догадываюсь, что этот человек забыл глубоко в джунглях.
— Тис… — выдохнул Салим, и его зрачки расширились от первобытного ужаса. — Этот безумный друид…. Он нашёл меня три недели назад в городе. Требовал, чтобы я показал ему кратчайший путь к краю мира. Туда, где лес встречается с пустотой. Он так твердил. Не знаю, зачем он захотел отправиться туда. Но выхода у меня не оставалась. Я повёл его. Ведь он угрожал мне и моей семье.
— И что случилось? — спросил Яволод, вытирая окровавленный нож о траву.
— Мы заплутали. Джунгли менялись под его шагами. Они стали злее, — голос Салима дрожал. — Когда я признался, что потерял ориентир, он просто улыбнулся. Сказал, что плохой проводник может стать «хорошим подлеском». Наказал меня за никчёмность… и приказал лесу прорасти сквозь меня. Оставил медленно умирать.
Салим схватил меня за руку, его пальцы всё ещё были жёсткими, как сучья.
— Если хотите жить — остановитесь. Давайте вернёмся в Аркадию, прошу вас. Я заплачу вам, только проведите меня до дома! — взмолился Салим.
— Прости, но повернуть назад мы не можем, — помотал головой я. — Сегодня переночуешь в нашем лагере. Утром мы отдадим тебе наших коней. Рванёшь с ними в Аркадию сам. Мы в любом случае собирались их отпустить, поскольку дальше с ними пробраться не получится. Вернёшь их наместнику за нас. И будем квиты.
— Не сочтите мои слова за оскорбление… — вздохнул Салим. — Но вы просто сумасшедшие. Тис ушёл на километры вперёд. Но вы всё ещё можете с ним пересечься. А если это случится…
— Мы надаём ему по его деревянной заднице, — ухмыльнулся Стоян. — Не переживай за нас, парень. Мы уже через многое прошли. Ничего не боимся.
Мне нравится настрой Стояна. Но на самом деле он не понимает, что говорит. С Тисом, кроме меня, никто не встречался. Мои люди даже не представляют, каким могуществом он обладает.
Чтобы справиться с ним, нам придётся использовать все козыри. Все имеющиеся навыки.
Этой ночью мне наконец удалось провести медитацию и получить новый уровень.
/Витальность: 4000 из 4000/
/Мана: 2500 из 2500/
/Уровень 18. Прогресс опыта: 15000 из 70000/
/На этом уровне у пользователя есть возможность создать собственный навык/
Долго думать я не стал. Времени у меня мало. Скоро уже рассвет. И я уже знаю, какой навык мне нужен. Я усилю способность, которой обладаю очень давно.
«Стабилизация».
Этот навык позволяет на час погрузить человека в стазис. В состояние, когда его витальность не способна измениться. Но в то же время цель в этот момент лежит неподвижно.
Но что если пожертвовать временем стазиса, а взамен позволить человеку полностью контролировать своё тело?
/Создание навыка завершено/
/Получена способность целительской ветви: «Временное бессмертие»/
/Цена: 2000 единиц маны. В течение трёх минут цель игнорирует любой получаемый урон/
Три минуты бессмертия. В мире, где тебя может прихлопнуть случайным обвалом или проткнуть корень безумного друида, это был королевский подарок от системы.
Главное, не забывать, что на двадцатом уровне ситуация может измениться. Система намекнула, что достигнув вершины, я могу потерять себя. Стану чем-то другим.
Но мне это не нужно. Я не готов потерять человечность. Пусть система хоть титул бога мне пророчит — всё равно я на это не согласен.
Я желаю использовать свой шанс на вторую жизнь иначе. Жить как человек — вот что мне нужно.
Утром мы отправили Салима и наших скакунов в сторону Аркадии.
Мы проводили их взглядом, пока стук копыт не затих в изумрудном мареве. Теперь мы остались одни: я, Радко, Яволод, Видана и Стоян. Пятеро против бесконечной зелени.
— Ну что, герои, — Стоян поправил ремни своего тяжелого рюкзака со взрывчаткой и ворчливо сплюнул. — Пора нагонять этого сраного садовода. Лад,
