и в этого выстрелила из бластера. Тут же взвыла серена. Плассталевая плита переборки впереди пришла в движение, намереваясь отсечь Елену от цели. Она прыгнула, вложив в толчок столько силы, что берцы на ногах разлетелись к чёртовой матери. Ничего, босиком сподручней.
Пролететь в сужающуюся щель она успела. Но переборок оказалось две, вторая захлопнулась перед носом Коцюбы. В сердцах она саданула по ней кулаком. Толстая, бластеру батареи не хватит, чтобы прорезать. И главное — резать долго. Значит, придётся ломать голыми руками. Елена упёрлась в плиту переборки плечом, поднатужилась. Та не шелохнулась. Не только толстая, но и прочная, зараза, выдавить не получится. Тогда так сделаем!
Она пошевелила пальцами, готовясь… и с силой вонзила их в едва заметную щель между переборкой и стеной, потянула в сторону. Суставы побелели от напряжения, мускулы свело судорогой от боли. Но и скрытый в недрах плиты запорный механизм не устоял. Звонко хрустнуло, и плита покорно покатилась по направляющим.
Огненный залп в пять стволов ударил из открывшегося проёма. Выстрел в упор из бластера — неприятная штука. Конечно, можно затвердить кожу до крепости брони, но, во-первых, на это расходуется много энергии, а во-вторых, быть бронированной черепахой не очень-то сподручно. Елена поступила иначе: залп оборонявшихся пропал втуне, так как переборку она вскрывала, стоя не на полу, а на потолке. Опять же, позиция сверху удобнее для контратаки.
Вспомнилось, в какой восторг приводила её способность левитировать Корневых — тех, кто помладше. Как они упрашивали научить… будто это умение плавать или ездить на велосипеде! Единственное, что она могла для них сделать — покатать на загривке под восторженный детский визг…
Двум охранникам она сшибла головы пятками, двоих достала кулаками. Последний… хм, он оказался у неё как раз между ног, осталось лишь сжать на секунду бёдра. Истошный вопль резанул по ушам. Кричали хором, в три, а то и в четыре голоса. Полторы дюжины операторов-канониров — преимущественно женского пола — в тёмно-коричневых комбинезонах жались по углам оперативного центра антиастероидной защиты. Коцюба укоризненно покачала головой. «Чего вы боитесь, вы же бессмертные? — обратилась к ним мысленно. — Я вас быстро убью, не больно. А может, и не стану убивать. Если мешать не будете».
Четверо самых отчаянных мешать попытались. Остальные порскнули как крысы к развороченному выходу, напоследок отключив и обесточив терминалы управления, словно Елена собиралась захватывать этот нервный узел планетарной обороны Лабиринта. Нет, у неё была совсем другая задача! Благо, бластеров и батарей к ним теперь вдоволь.
Пять минут спустя, когда усиленный отряд службы безопасности — в защитных скафандрах, с тяжёлым вооружением! — прибыл к оперативному центру, тот походил на жерло вулкана после извержения. Вонь расплавленного пластика и горелой плоти стояла такая, что фильтры в скафандрах атакующим пришлось включать на полную мощность. Коцюба встретила их с улыбкой на губах. Она была довольна проделанной работой. Антиастероидной защиты у этой гнусной планетёнки больше не существовало.
Пауза получилась недолгой. Едва Корриган повернулся к Бергу, намереваясь, судя по ироничной улыбке, прокомментировать безнадёжную атаку «Солнечного Ветра», как экран интеркома вновь вспыхнул. На лице оператора отражалось не удивление — растерянность:
— Джеймс, мы потеряли контроль над Центром Антиастероидной Защиты.
— Что?!
— Кажется, диверсия. Мы переключаем батареи на автономную работу, но людям нужно время, чтобы добраться до капониров.
Он не сказал, сколько времени потребуется для этого, но Берг и так догадался — «Солнечный Ветер» преодолеет зону поражения куда раньше. И Елена Пристинская, наблюдавшая за происходящим в пультовой с экрана дальней связи, догадалась. Улыбнулась уголками губ:
— Джеймс, что-то пошло не так?
— Вам это не поможет, и не надейтесь! — отрезал вице-президент. — Здесь не Горгона, трёхкилометровый каменный щит вам не пробить, даже если активируете гипердвигатель перед столкновением. Кстати, вы так разогнались, что для манёвра времени у вас не остаётся. Прощайте, самоубийца!
— Прощайте. Только вы ошиблись, у меня сегодня другое амплуа, — проговорила Пристинская медленно, придавленная тройной перегрузкой. — Как вы сказали, активировать двигатель? Так я и сделаю.
На последней фразе она посмотрела на Берга, будто видела его за кромкой экрана. И Рихард понял. Корриган тоже догадался, но на несколько секунд позже. Как раз их ему не хватило, чтобы дотянуться до сенсорной панели.
— Полундра! — заорал Берг и прыгнул на него. Откуда взялось в голове это слово, он и сам не понял. Не важно, лишь бы сработало.
Тренированное тело не подвело. Сбитый с ног Корриган опрокинулся на пол, тут же попытался высвободиться из захвата. Он тоже оказался не слабаком, под элегантным костюмом — сплошные узлы мышц. Пожалуй, они были равными противниками — в силе, ловкости, навыках рукопашного боя. Разумеется, безопасники с лёгкостью разрушили бы это равновесие… если бы были живы. Но — увы! С этим Корригану тоже не повезло.
Сильнее всего Янек беспокоился о Владе — справится уралец с ролью «зомбяка», не встрянет с какой-нибудь несвоевременной инициативой? Но беспокойство оказалось напрасным, отыграли как по нотам. Едва Корриган пробормотал «команду подчинения», Шпидла сделался «покорным-покорным». Положил на пол оружие, попятился в сторону. Главным было не переиграть. Они ведь не тупеют от этих команд, это блок где-то в мозгах стоит, заставляющий подчинятся.
Как раз это Ламонов не понял. Он повторил в точности то, что проделал Янек — как договаривались — но при этом скорчил такую дебильную гримасу, что любой мало-мальски знающий уральца человек заподозрил бы неладное. На счастье, Корриган был слишком занят Бергом и «Солнечным Ветром», чтобы следить за «обезвреженными» оперативниками. А прибежавшие безопасники, видимо, именно такими и представляли земных бойцов-громил, не особо задумываясь «хомо» те или «сапиенсы». Теперь оставалось стоять безмолвными истуканами, при этом не расслабляться и ждать команды. Настоящей команды.
Заранее они с Бергом ни о чём не договаривались. О чём тут договоришься, если неизвестно, как будут развиваться события? Советнику приходилось импровизировать, а Янеку — верить, что импровизация будет верной и своевременной. И что опыт оперативной работы в окружении высших чинов Евроссии поможет ему самому не ошибиться.
События развивались стремительно, особенно после того, как стало ясно — Пристинская пошла ва-банк. А когда к атаке подключилась Диана — кто другой мог зачистить оперативный центр? — Ян понял: с минуты на минуту придёт их черёд ввязаться в дело. Всей подоплёки происходящего он не понял, но это не важно, раз её понимают те, кто руководит операцией. Он — исполнитель. Хороший исполнитель. Самый лучший!
Шпидла покосился на
