приложил ключ к центральному пазу. Раздался мелодичный звон, и многотонные плиты бесшумно разошлись, открывая вид на то, что скрывалось в сердце шпиля тысячу лет.
Мы замерли на пороге гигантского зала, масштабы которого не поддавались человеческому воображению. В центре этого пустого пространства, лишённые всяких опор, медленно вращались две колоссальные магические сферы. Одна — иссиня-чёрная, пульсирующая густым, тяжёлым ритмом. Ядро Фронтира. Вторая — ослепительно-белая, изрыгающая вспышки нестерпимого жара, от которого кожа мгновенно покрылась испариной.
— Почему их два? — выдохнул я, прикрывая глаза ладонью от яростного блеска. — Два ядра?
Тис негромко усмехнулся. Ему нравилось, когда я задавал вопросы.
— Ах да… Ты ведь не знаешь. Это наше величайшее творение, Лад. С его помощью мы правили сезонами, заставляя пустыни цвести, а океаны — отступать. Нынешним жалким цивилизациям такое и не снилось. Мы назвали этот механизм «Солнцем». Отсюда и пошло название вашего небесного светила.
Я замер, глядя на полыхающий шар. В ту же секунду все разрозненные части головоломки в моей голове сошлись в одну картину. Я понял, что в стенах этого зала произойдёт не просто последняя схватка. Здесь, среди древнего металла, сбудутся все предсказания: и про ловушку системы, и про «убийство Солнца».
Ещё пара минут — и мы перейдём к последней стадии.
К финалу нашего путешествия.
Глава 29
Жар в зале с двумя ядрами был почти осязаемым. Он не просто обжигал кожу, он вибрировал в костях, резонировал с моими камнями. Тис стоял на самом краю обсидианового помоста, раскинув руки.
В этом свете его лицо казалось высеченным из слоновой кости, а древесная половина тела пульсировала золотистым соком, словно само «Солнце» питало его вены.
— Ты только посмотри на это, Лад, — голос друида перекрывал гул вращающихся сфер. — Тысячу лет я ждал момента, когда снова услышу эту песню. Песню давно почившей цивилизации… Мы ведь не просто строили города, мы подчиняли себе законы мироздания. Когда в Аркадии наступала засуха, мы просто приказывали этому шару гореть ярче, вызывая испарение океанов. Когда нам нужен был покой — мы погружали мир в вечные сумерки.
Он обернулся, и в его изумрудных глазах я увидел не просто безумие, а бесконечное, холодное величие существа, которое пережило саму смерть.
— А теперь — прыгай, — внезапно произнёс он, указывая на чёрную, поглощающую свет сферу ядра. — Наверняка твой червь требует возвращения в колыбель. Прыгни в ядро, Лад. Твои камни снова сольются с ядром. Фронтир очистится от искажений. Ты сгоришь, но твоя жертва перезапустит механизмы, созданные первыми людьми.
Я сделал шаг назад, чувствуя, как Бойм на поясе предупреждающе дрожит. Рукоять меча была ледяной — единственный холод в этом раскалённом аду. Система перед глазами вспыхивала багровыми предупреждениями, паразит внутри меня буквально выл от ужаса, чувствуя близость своей гибели в недрах ядра.
/Критическая ошибка! Рекомендуется немедленно вступить в схватку и отобрать последний камень/
— Ты хочешь, чтобы я просто исчез? — старался говорить спокойно, выигрывая каждую секунду. Чувствовал через фиолетовый камень, что Радко и остальные уже миновали внешние фильтры Шпиля. Они были близко. — Я должен умереть ради твоего «идеального мира»?
Я сделал вид, что подхожу к краю, глядя в бездонную черноту ядра.
— Хорошо. Допустим, я согласен, — решил блефовать. — Устал от этой борьбы, Тис. Устал от голоса в голове. Но прежде чем я стану пеплом, скажи мне правду. Ты ведь снова врёшь про «спасение мира». Чувствую это каждой клеткой. Твоя эссенция смердит ложью сильнее, чем болота Погранки.
Тис замер. Его губы искривились в странной, почти человеческой усмешке.
— Ложь — это инструмент для слабых, Лад. Я лишь упрощал истину для твоего неразвитого разума.
— Хватит, — я резко оборвал его, сделал шаг вперёд. — Ты не хочешь убивать паразитов. Если бы ты хотел, то уничтожил бы ключ ещё тысячу лет назад. Ты просил, чтобы я тебя не преследовал. Но знал, что я всё равно пойду за тобой. На самом деле ты с самого начала вёл меня сюда, позволил мне собрать камни. И ждал, пока паразит во мне созреет. Зачем?
Тис молчал долго. Гул сфер нарастал, слушать это было невыносимо. Наконец, он опустил руки и посмотрел на меня с каким-то странным сожалением в глазах.
— Ты прав. Зачем уничтожать то, что можно оседлать? Паразиты — это величайший источник энергии, который когда-либо встречала Первая цивилизация. Они пожирают миры, перерабатывают жизнь в Эссенции. Мой народ пал, потому что пытался бороться с ними. Я же… я нашёл способ их приручить.
Он подошёл ближе, и я увидел, как корни на его теле начали сплетаться в сложные, геометрически правильные узоры, копируя схемы первых.
— Мне не нужна твоя смерть ради «очистки», Лад, — он наконец начал говорить правду. — Мне нужно, чтобы ты слился с ядром вместе со всеми камнями. Вместе с паразитом. Тогда я смогу через тебя как через инструмент получить контроль над всеми паразитами, что уснули в глубинах фронтира. Я не убью червей, Лад. А стану их коллективным разумом. Направлю их голод туда, куда пожелаю. Превращу этот хаос в величайшую армию, которую видел свет. И тогда нашему миру уже никто угрожать не будет. Потому что я буду угрожать другим мирам. Понимаешь меня? Я — защита!
— Только безумного короля паразитов нам и не хватало! — выдохнул я. — Ещё один Невзор, только с амбициями размером с целый мир.
— Невзор был ребенком, играющим с костями, — презрительно бросил Тис. — Я гораздо выше его. Прыгай, Лад. Стань частью моего величия. Это лучше, чем просто сгнить от старости в своей лесной хижине.
Я почувствовал, как за моей спиной, у самого входа в зал, воздух дрогнул. Сила фиолетового камня донесла до меня чёткий сигнал: Радко на позиции. Стоян готов. Видана держит заклятье.
— Знаешь, Тис, — я достал Бойма из ножен, и меч вспыхнул яростным, чистым светом. — В королевстве, из которого я пришёл, есть одна поговорка. Мы не любим, когда нам указывают, как именно нам стоит подыхать.
В этот момент массивные двери за моей спиной разлетелись в щепки от направленного взрыва.
— Лад, в сторону! — взревел Радко и ворвался в зал с копьём наперевес.
Стоян уже катился по полу, швыряя свои липкие бомбы в распределительные щиты у стен, а Видана, вскинув гримуар, выпустила поток тёмного пламени прямо в лицо опешившему друиду. Вслед за ними в зал вбежали наши соратники из Прибежища. Они были готовы идти с нами до конца.
— Ты привёл их сюда⁈ — лицо Тиса исказилось, теряя человеческие черты. Кора начала стремительно покрывать его
