маяк не горит, и сразу же развернул лодку. Мы даже не добрались до Лейбухта.
– А кто добрался?
При других обстоятельствах его акцент показался бы забавным, но здесь он звучал чуждо и угрожающе.
– Все, – ответила Лене. – Все жители Хогстерварда.
– Имена?
Лене судорожно сглотнула. В деревне существовало правило, которое никто, кроме Гротов, не нарушал: не называть имен.
– Было много людей… Все произошло слишком быстро.
– Как эта монета оказалась у тебя, если ты не была на берегу с остальными?
– Мой отец упал за борт. Немного погодя я услышала крики. В воде был человек. Я бросила ему веревку, потом мы сели на мель перед болотами и в итоге оказались на берегу. Его звали… Пу И. Кажется.
– Как?
– Пу И. Думаю, он китаец. Он выглядел не так, как все.
– Ты спасла ему жизнь?
Лене опустила взгляд.
– Я просто сделала то, что должна была.
Офицер, в каком бы чине он ни был, повернулся к судье:
– Почему эти обстоятельства не были упомянуты?
Человек, который вчера не моргнув глазом вынес ей смертный приговор, теперь выглядел жалким, как загнанная в угол крыса.
– Ваша светлость… Эта девица потушила сигнальный огонь, что стоило жизни многим доблестным английским морякам. Это тяжкое преступление. Пиратство при таких обстоятельствах карается смертью. Она несет огромную вину, которую должна незамедлительно искупить…
– Адмиралтейство требует подробного расследования. Вы всерьез утверждаете, что это дитё виновно в гибели более тридцати человек?
Лене похолодела от страха. До сих пор она не знала о масштабах катастрофы.
– Есть свидетели! Смотритель маяка опознал ее и ее отца! При всем уважении…
– Я прикажу провести новое расследование. Освободите это дитё.
– Не могу! Кто за нее поручится? Где свидетели?
– В Лондоне, – спокойно ответил офицер. – Спасенный – сын китайского торговца чаем. Он уведомил Адмиралтейство о своем чудесном спасении. Где нашли ее лодку?
Судья пролистал дело.
– Вот. У Лейхорна, точнее, перед болотами Хамсвера, в Пильсуме. Гробовщик отправился туда и конфисковал ее.
По крайней мере, Хиннерк позаботился о Ренше и ребенке, достойно похоронив их в освященной земле…
Судья передал карту. Офицер внимательно изучил ее и вернул обратно.
– Это подтверждает слова юноши. Судя по приливу и отливу, девушка не могла быть на маяке. Да и что за странное пиратство: погасить маяк, но вместо того, чтобы собирать добычу, спасать потерпевших кораблекрушение? Вы ошибаетесь. Ищите настоящих преступников.
– Но… – Судья указал костлявым пальцем на Лене. – Она виновна!
Мужчина вытащил из кармана бумагу.
– Вот показания Пу И, сына Ма И, друга второго графа Грея и одного из важнейших торговых партнеров британской короны.
Лене окончательно перестала понимать, что происходит.
Судья вытер пот со лба.
– Китаец… Насколько можно верить его показаниям?
– Корона не успокоится, пока настоящие виновники не будут найдены. Вам предстоит сделать выбор. Хотите повесить ее и стать соучастником преступления? Или назначить новый процесс на основании этих показаний и, по крайней мере, спасти свою шею?
Судья поднес документ к свету лампы и быстро пробежался по нему глазами.
– Это нужно добавить к делу, – сказал он наконец.
Британец кивнул:
– Прошу. Это заверенная копия.
– Китайский… Не знаю, было ли у нас что-то подобное раньше. Это недействительно!
– Что ж, ваш приговор тоже. Я настоятельно рекомендую пересмотреть дело. Если вы проигнорируете показания человека, который имеет огромное значение для всей английской и континентальной торговли чаем, то это может привести к серьезным последствиям. Вам решать, сыграете ли вы в этом процессе роль беспристрастного следователя или гнусного соучастника.
– Да как вы смеете!
На мгновение уголки рта англичанина дрогнули в легкой улыбке.
– Я просто указываю на возможные направления, в которых может пойти ваша жизнь.
В судье явно шла внутренняя борьба. Тюремщик и его напарник стояли в стороне и, казалось, мечтали стать невидимыми. Лене едва осмеливалась дышать. Наконец судья, который собирался отправить ее на смерть, принял решение.
– Лене Воскамп, будь готова к новому процессу. А пока ты останешься под стражей.
– Нет, – сказала она. – Я не буду сидеть в этой крысиной норе! Я свободна или нет? Если да, то я ухожу. Если нет, то вам придется арестовать весь Хогстервард!
И когда она вдруг стала такой смелой?
Англичанин кивнул:
– Вам нужно определиться. Нельзя быть «немного» справедливым.
Судья громко захлопнул папку с бумагами. Он выглядел так, словно вот-вот лопнет от злости.
– Ну что ж. Пусть идет.
У тюремщика глаза чуть не выпали, а Ханнес почесал грудь. Англичанин коротко кивнул.
– Вы – истинный человек закона, высокоученый сударь.
После этих слов офицер устремил взгляд на Лене. Та не понимала, чего он от нее хочет. Все произошло слишком быстро, и она еще не до конца осознала случившееся. Ханнес прочистил горло и изобразил торопливый поклон.
– О да! – Лене присела в глубоком реверансе. – Благодарю, высокочтимый сударь.
Правильная ли это форма обращения? Лене не знала, но когда она выпрямилась, на лице судьи мелькнуло некое удовлетворение. Он все еще нервничал, однако, видимо, понял, что чудом избежал беды.
– Ты останешься в Хогстерварде, – приказал судья. – Мы немедленно начнем расследование, которое затронет всех жителей. Никто не сможет сказать, что мы пренебрегаем королевскими законами. Мы сделаем все возможное на основании показаний этого… – судья глубоко вздохнул, словно пытаясь отсрочить произнесение того, что считал немыслимым, – этого китайца, чтобы найти настоящих виновников.
Офицер снова кивнул и вернул Лене монету.
– Сколько она стоит? – быстро спросила девушка, пока тот не ушел.
– Зависит от тебя. Скупщик, может быть, даст тебе несколько талеров, – повернулся к ней англичанин. Взгляд еще раз скользнул по ее лохмотьям и остановился на лице. Когда он поднял руку, Лене дернулась, но мужчина всего лишь взял ее за подбородок и заглянул в глаза. – Или же ты можешь рискнуть…
– И сделать что? – прошептала она, затаив дыхание.
Он был старше ее отца. Лене только теперь заметила шрамы, когда он стоял так близко и свет лампы в руках судьи падал на его лицо. Один шрам тянулся от уха через щеку до шеи. Рука офицера была костлявой и твердой.
– То, на что еще ни одна женщина не осмеливалась.
С этими словами он отпустил ее и ушел. Некоторое время Лене смотрела ему вслед. Судья что-то говорил, но она не слышала.
– Что?
– Можешь идти, но оставайся в распоряжении суда. Тебе повезло, девочка. Очень повезло.
Лене глубоко вздохнула. О странных словах ангела-спасителя в британской морской форме она подумает позже.
Она медленно повернулась и посмотрела прямо на судью:
– Нет, ваша честь. Это вам повезло. Не дразните удачу, продолжая покрывать виновных.
Лене сама не
