и спокойно.
Что происходит в это время за пределами хозяйского кабинета? Великий князь Дмитрий выскальзывает из дворца и, никем не замеченный, скорым шагом направляется за автомобилем. Прибыв на место, он начинает заводить машину.
Маленький все это время находится на половине своих родителей. Почему не идет к Пуришкевичу и не ждет приезда великого князя вместе с ним?
Потому, что прежде чем приедет великий князь, вернее, перед самым его приездом, ему необходимо тайно пробраться в подвал и лично убедиться в том, что Распутин пребывает в состоянии «трупа» или «почти трупа».
Когда это будет сделано, он может крикнуть из подвала Пуришкевичу, что Дмитрий подъезжает и можно спускаться за телом.
Но вот какая история! Дело в том, что для того чтобы Маленький мог спуститься в подвал втайне от Пуришкевича, ему нужно сделать это именно тогда, когда великий князь Дмитрий еще не подъехал к дворцу.
Почему?
Потому что, услышав звук подъезжающего мотора, чуткий и нетерпеливый Пуришкевич может пожелать спуститься к дверке навстречу Дмитрию или, чего доброго, спуститься в подвал и увидеть там то, чего видеть не должен – копошащегося над жертвой Маленького Феликса.
И чтобы избегнуть этой опасности, двум друзьям необходимо иметь возможность скоординировать свои действия.
Каким образом?
Ну, конечно же, телефон! С помощью телефона два друга могут не только согласовать свои действия, но и обеспечить великому князю Дмитрию еще одну возможность подтвердить свое отсутствие в первой половине ночи во дворце Феликса. Каким образом? Да с помощью телефонной барышни, скучающей поздней ночью на коммутаторе.
Ночью звонков не так уж много, и барышня наверняка вспомнит, как соединяла дворец великого князя Александра Михайловича, тестя Юсупова, с юсуповским дворцом, и что было это во второй половине ночи.
Случись нужда в таком свидетельстве, и не догадайся следователи телефонную барышню опросить, то следователей, которых Маленький Юсупов, презрительно именовал «нашими Шерлоками Холмсами», можно было на такую мысль навести. А то, что Дмитрий провел ночь не у Юсупова, а в Михайловском дворце, могли бы подтвердить братья княгини Ирины Юсуповой.
Маленький Феликс замер у телефона. В родительских апартаментах мерно отсчитывают минуты и секунды часы, в кабинете вторят им мерные шаги Пуришкевича…
Наконец телефон оживает.
Дмитрий произносит условленную фразу, и Маленький понимает, что минут через десять машина и его друг Дмитрий будут во дворце.
Он поднимается с кресла, выходит на улицу.
У потайной дверки он вынимает ключ…
Отпирает дверку.
И крадучись спускается по винтовой лестнице в подвальную столовую. На лестнице рука нащупывает выключатель и поворачивает.
Под ногами Маленького Феликса вспыхивает узенькая полоска света из-под дверной щели. Маленький осторожно нажимает на ручку замка.
Дверь начинает подаваться… и распахивается!
И в ту же самую секунду осторожную тишину прорезает знакомый нам вопль: «Стреляйте, Пуришкевич, стреляйте, он жив! Он убегает!!!»
А вот теперь вообразите себе весь тот ужас, который испытал Маленький Юсупов, столкнувшись в ярко осветившемся подвале с пришедшим в себя Григорием Распутиным!
Ничего подобного Маленький увидеть не ожидал.
Жертва стояла перед ним, рука жертвы была полна силы, которую Маленький ощутил в ту секунду, когда Распутин легко отшвырнул его от себя.
Но, наверное, еще больший ужас почувствовал маленький убийца, когда понял, что ничем иным, кроме выстрелов, врага уже не остановить. И это означало крах тщательно продуманного идеального убийства!
А потом… потом на Маленького навалилась и захлестнула с головой третья волна ужаса, захлестнула тогда, когда он совершенно отчетливо вдруг осознал, что именно сейчас неотвратимо произойдет!
Распутин выберется через открытую им же, Маленьким Феликсом, дверцу, на улицу. А там, на улице, в него будет стрелять Пуришкевич из своего громкого револьвера.
А великий князь Дмитрий уже в пути, он уже неотвратимо приближается к дворцу и на глазах городовых он подъедет к железным воротам!
Ничего не подозревающий Дмитрий повернет во двор. А во дворе в это время уже будут свистеть пули… литься кровь!
И вся их хитроумная конспирация начнет играть против них! И великий князь Дмитрий, имя и репутацию которого они обязаны были хранить как зеницу ока, окажется на месте убийства в самый момент убийства!
Вот это был самый ужасный ужас!
Ужас, которого невозможно избежать, как невозможно сейчас просто отпустить этого невозможного человека, не пожелавшего умереть так, как нужно было ему, умному и коварному Маленькому Феликсу!
Выпускать его нельзя! И Юсупов разлепил запечатанные ужасом губы…
«Стреляйте, Пуришкевич! Он жив! Он убегает!»
Что Пуришкевич добьет врага, Маленький Феликс не сомневался.
Пуришкевич – хороший стрелок, он справится!
Самое главное сейчас – успеть перехватить, если это еще не поздно… да, сейчас самое главное – успеть перехватить Дмитрия и не позволить ему подъехать к железной решетке дворика. И Маленький Феликс, совершенно не заботясь о том, что подумает Пуришкевич, ринулся мимо оторопевшего Пуришкевича к парадному входу во дворец…
И Пуришкевич остался один.
Внизу в подвале и ближе, уже на винтовой лестнице, он слышит тяжелые шаги. Пуришкевич знает: дверь на улицу закрыта на ключ, и он ждет на площадке, когда прямо на него из подвальной ямы поднимется оживший враг.
Но дверка чудесным образом открывается под рукой врага, и враг выбегает на улицу! Пока Пуришкевич опоминается от неожиданности и сбегает вниз, к дверке, враг успевает уйти довольно далеко, и выбежавший на улицу Пуришкевич оказывается от своей мишени уже в двадцати шагах…
И он стреляет… Промах!
Еще один выстрел! Враг на секунду застыл, вздрогнул всем телом, но затем снова побежал… и он уже у самой ограды и бежит вдоль нее к открытым воротам. Пуришкевич прицелился в третий раз.
Но выстрелить в третий раз он уже не смог! На линию огня, к той самой части ворот, что была открыта, и к которой инстинкт самосохранения влек жертву, въехала машина… и уже начала делать разворот во двор…
Маленький Феликс не успел!
Автомобиль Дмитрия миновал парадное всего на минуту-другую раньше, чем туда успел добежать Маленький Юсупов.
Машина, не закончив разворота, остановилась. И Пуришкевич увидел выходящего из нее Дмитрия.
И прямо на него бежал Григорий Распутин.
Пуришкевич не мог больше стрелять, он беспомощно опустил свой «соваж».
Дмитрий и Григорий встретились лицом к лицу. Пуля, выпущенная из револьвера великого князя Дмитрия Павловича, сначала отбросила Распутина от ворот на снежный сугроб. Дмитрий наклонился над Распутиным и выстрелил еще раз, плотно прижав ствол револьвера ко лбу лежащего на снегу человека.
Четыре «первых выстрела революции» отгремели…
Потрясенные «твердокаменный монархист» и «царственный юноша» несколько мгновений стояли и смотрели друг на
