у Симы.
– Не знаю, – ответила дочь. – Это у меня синдром отличницы.
– Все понятно, – хмыкнула Настя. – Я смогу спеть. Тогда Сима станцует вместо меня.
Кажется, обморок был дружным – я, Сима и Матвей решили полежать в отключке, лишь бы в этом не участвовать. Но Настя готова была обойтись без салфеток с нашатырем и просто настучать нам всем по головам.
– Собрались. У нас еще есть время, – гаркнула она.
За оставшиеся двадцать минут Сима выучила движения, а Настя, которая помимо бальных танцев занималась еще и вокалом, выучила слова песни. Мы, то есть мои дети, заняли второе место. И это было победой. Первое занял класс, где были мама – настоящий режиссер, мама – профессиональный костюмер и мама – хореограф со стажем. Мы обнимались и целовались после выступления. Кубок я отдала Насте, это была ее заслуга. И в сложных ситуациях всегда вспоминала именно ее. Есть двадцать минут? Значит, мы еще можем что-то сделать. Гениальная девочка.
Сима перешла в среднюю школу. Я ставила ей лирические этюды к Новому году. Она занималась художественной гимнастикой, так что проблем не возникало – красивая музыка, шпагаты, пируэты, лента, расшитые стразами купальники. А потом дочь бросила гимнастику и стала заниматься фехтованием, которое никак со школьной самодеятельностью не пересекалось. Сима предлагала принести шпагу и поставить этюд в стиле мушкетеров, но классная руководительница размахивала руками и говорила «что угодно, только не холодное оружие». Сима твердила, что шпага не холодное оружие и вообще не оружие, но классная все равно была заранее напугана.
На школьных выступлениях все танцы исполняла Даша, лучшая подруга Симы. Кандидат в мастера спорта по художественной гимнастике, шла на мастера. Она была действительно хороша, чего уж говорить, и постановки, и костюмы – все было на высочайшем уровне. Минута тридцать выступления, за которые Даша умела сгладить и неудачный сюжет, и вообще все. И тут случилось страшное.
Десятый класс. Дети сами пишут сценарий, используя заданное ТЗ. В нашем случае серпантин у каждого участника. Злая колдунья из Волшебника Изумрудного города в сюжете и что-то еще, не помню. За сюжетную линию, сценарий всегда отвечали Маша и Аня. И они оставили в сценарии танец специально для Даши. Однако перед этим Даша поругалась с Машей. Никто уже не помнил, по какому поводу. Вроде как Маша умоляла поучаствовать в постановке Сашу – мальчиков катастрофически не хватало, а Дашу она умоляла не так активно, как Сашу. И Даша обиделась, заявив, что ни за что не станет участвовать в постановке, пока Маша не извинится. Маша искренне не понимала, за что конкретно извиняться, и подошла к Симе. А Сима подошла ко мне. Нужен был срочно танец на тему «новогоднее чудо». Поставить, подобрать музыку, отрепетировать, придумать костюм, исполнить. За эти годы между гимнастикой и фехтованием Сима забыла про хореографию приблизительно все, и это нормально. Я честно не знала, как ей помочь.
Тогда дочь реанимировала свой старый телефон, в котором сохранила записи своих выступлений, и стала показывать их мне для вдохновения. Через пять минут просмотра мы уже обе рыдали. В телефоне сохранились видео, где она, совсем малышка, делала БП, упражнение без предмета, на соревнованиях. Там же ее выступление в пятом классе на новогоднем концерте – Сима танцует в настоящей пачке балерины. Ну и, конечно же, нашлось выступление у Васи на последнем звонке. Сима хранит все. Пока мы вытирали слезы, стало понятно, что ничего из выше просмотренного дочь сделать не может в силу физической формы и возраста. Все-таки в пятнадцать лет недостаточно просто покрутить гимнастической лентой и сделать колесо, чтобы все умилились. Когда так делают шестилетки, это ужасно трогательно.
Я предложила выступить посредником и срочно помирить Машу и Дашу. И пусть выступает Даша. Примирение состоялось, но Даша сказала, что раз уже выбрали Симу, то так тому и быть. Может, Сима больше хочет выступить. Сима пыталась сказать, что не очень-то и хочет. Но в то же время не хочет обидеть Машу, все девочки в последнее время стали обидчивыми на ровном месте. Так что мы вернулись к постановке. Я вспомнила, как обрезать музыку, как на ходу придумать костюм и как замаскировать недотянутые стопы и все остальное. Ткань. С развевающейся за спиной тканью очень красиво можно бегать из одного угла сцены в другой. Красиво бегать Сима умела. Я позвонила своей подруге Кате, которой давно отдала все ткани – и органзу, и шифон, и белого цвета, и красного, и зеленого. У Кати три дочери, обе активно участвуют в самодеятельности. Им точно нужнее. Катя обещала привезти все и еще несколько на выбор.
Договорились, что ткани моя подруга привезет в понедельник, потому что у Симы в восемь утра репетиция в костюмах. Утром в понедельник Катя написала, что перерыла всю квартиру, но ткани исчезли. А там было два увесистых пакета. И где они могут быть, она просто не представляет. Но постарается узнать.
Выяснилось все быстро. Катин муж менял резину и заметил в багажнике автомобиля два пакета не пойми с чем. Выгрузил в гараже, собираясь позже отсортировать. Катин муж, надо сказать, очень заботится об экологии и мусор тщательно сортирует. Он даже макулатуру собирает и сдает, куда надо. Обычно в школу. Видимо, он просто не решил, куда сдавать ткань, это же не пластик, не стекло и не бумага, поэтому два пакета чудом сохранились. Катя в очередной раз хотела его убить. И в очередной раз ей пришлось отложить исполнение, потому что она спешила ко мне с тканями. Когда на одной чаше весов выступление ребенка на школьном концерте, а на другой убийство мужа, всегда перевешивает школьный концерт. Катя знала, что я жду ее с тканью, поэтому пообещала себе разобраться с мужем при следующем удобном случае, который представится буквально завтра, если не сегодня. В долгой семейной жизни при наличии детей женщина не думает о разводе, она вынашивает план убийства. Так ей легче смириться с действительностью – и это залог счастливого брака.
Да, выступление прошло прекрасно.
Халява, приди, или Неожиданный флешмоб
Сима прибежала ко мне, выпучив глаза. Она иногда любит посидеть в комнате брата – там спокойно и в кресле можно спрятаться. За перегородкой его не видно. Мы все там периодически скрываемся. Так вот, если смотреть из окна, то видно окно квартиры другого подъезда. И вот из соседского окна высунулся Артур и начал кричать: «Халява, приди!» – размахивая зачеткой. Сима ничего не знала
