камней выдаст их приближение. Лена заметила, что они не разбойники и не грабители, поэтому нет необходимости подкрадываться незаметно. Мерлинус упрямо мотнул головой и шагнул в сторону. В ночной тишине раздался чавкающий звук, какой всегда бывает при внезапном погружении тяжелого предмета в жидкую грязь. Мерлинус пробормотал что-то ругательное и быстро вернулся обратно на дорожку.
Возле крыльца никого не было, дверь в дом была открыта и явно чем-то подперта. Изнутри доносились звуки. Кто-то пытался найти дорогу в темноте, натыкался на различные предметы и выражал свое неудовольствие.
– Это Эндрю, – шепнула Лена, – его голос. Интересно, почему он ругается по-английски?
Это и в самом деле было удивительно, учитывая гораздо бОльшие возможности, которые дает в таких случаях великий и могучий русский язык. Однако ж Эндрю предпочел довольно скудный английский вокабуляр.
Где-то в глубине хлопнула дверь, и в то же мгновение раздался вой. Выла женщина. Мерлинус подхватил валявшееся около крыльца полено.
– Это Нэнси! С ней что-то произошло!
Лена прислушалась.
– Это не она, – остановила она Мерлинуса.
– И даже если не она, – приплясывал он от нетерпения, пытаясь размахивать поленом, – все равно там что-то произошло, нужна помощь.
Вновь раздался грохот, затем голос Эндрю отчетливо произнес по-русски несколько нецензурных фраз. Еще грохот, что-то упало и покатилось, вой прекратился, зато стал слышен скрипучий старушечий голос, монотонно выкрикивающий какую-то фразу.
– Что это? – Мерлинус сжал полено покрепче, готовый встретить врага ударом по голове.
Приоткрытую дверь сильно толкнули изнутри, на пороге появился рассерженный Эндрю и Нэнси, пребывающая, судя по ее виду, в состоянии полного ступора.
– Что произошло, мистер Николаенко? – Мерлинус бросил, наконец, свое полено и вцепился в Эндрю, – Кто это там кричит?
– Надо спросить у водителя, – Эндрю обратился к Лене, не обращая никакого внимания на Мерлинуса, – есть ли здесь поблизости сумасшедший дом.
Лена охнула.
– Ты хочешь сказать, что…
– Я ничего не хочу сказать, но тетки в этом доме явно ушибленные на всю голову.
– Думаешь, они сбежали откуда-то? – заинтересовалась Лена.
– Сбежали? – Эндрю задумался, – Это вряд ли. Скорее, на старости лет крышу снесло.
– Она что-то нам напророчила, – неожиданно очнулась от оцепенения Нэнси, – я знаю, я уверена, что она предрекала нам смерть…
Эндрю огрызнулся.
– Похоже, сумасшествие оказалось заразным. Ты там не пробыла и пятнадцати минут, а уже стала как они.
Нэнси повернулась к Лене.
– Лена, поверьте мне, это не просто старые женщины, – Нэнси собралась с духом и, стараясь не смотреть на Эндрю, закончила фразу, – я однажды снималась в фильме… Ужасов. Там по сюжету группа туристов попала в глухую деревню, а на горе был замок…
– Про Дракулу? – радостно вклинился Мерлинус, – Я смотрел этот фильм.
– Не про Дракулу, – неожиданно жестко перебила его Нэнси, и Мерлинус испуганно замолк, – в замке жила старуха, которую местные жители считали колдуньей. И она им напророчила…
– Что никто не выберется живым, – насмешливо закончил Эндрю, – но главный герой, конечно же, выбрался. Так? А персонаж, которого играла ты, конечно, погиб самым первым? Так, да?
Нэнси молчала. Всего секунду назад ей казалось очень важным предупредить остальных о совпадении. Но Эндрю несколькими фразами напомнил ей, кто она есть на самом деле. Третьесортная актриса третьесортных фильмов.
– Вот что, детка, – Эндрю снисходительно приобнял ее за плечи, – постарайся все же забыть хоть на время в каком дерьме ты снималась. Мы будем снимать другой фильм, совершенно другой. Постарайся вбить это в свою глупую башку, иначе вылетишь из проекта.
– Эй, – опять встрял Мерлинус, – полегче на поворотах. Без согласия мистера Виальдо никто не может покинуть проект.
Эндрю в нескольких словах объяснил Мерлинусу, где он видел мистера Виальдо и куда мистеру Виальдо следует пойти, причем побыстрее. И странное дело, хотя объяснял он по-русски, Мерлинус отлично понял, о чем идет речь, насупился и пробормотал себе под нос.
– Ну, да, ну, да, храбрый какой… Пока Закарии рядом нет.
– Что ты сказал? – повысил голос Эндрю.
– Ничего, – ответил Мерлинус, нахально глядя ему в глаза.
– Зарываешься, – пригрозил Эндрю.
Мерлинус ответил. Так, переругиваясь, они дошли до калитки, где на них накинулся заждавшийся Брайан.
– Что случилось? Мы будем где-нибудь ночевать? Есть кто в доме? Почему вы так долго?
– В этом доме – точно не будем, – ответил Эндрю на один из вопросов, – разве что кто-то из вас желает провести ночь под одной крышей с тремя сумасшедшими старухами.
Желающих не нашлось, члены группы взяли сумки и двинулись дальше по улице. После упоминания о сумасшедших все инстинктивно старались держаться как можно ближе друг другу и как можно дальше от домов.
Лена шла за Мерлинусом и его девушкой и размышляла, не может ли так оказаться, что три старые женщины, которых Эндрю и Нэнси встретили в доме, и есть единственные жители деревни. Ба Мэри рассказывала, что деревни в России вымирают. Молодежь уезжает туда, где есть работа, старики потихоньку перемещаются на кладбище, деревня становится призраком. Дома есть, но в них никто не живет, а если и есть кто живой, так и тот не живет, а доживает.
Кто-то тронул ее за локоть, Лена непроизвольно вздрогнула. Это оказался водитель.
– Леди, – неуверенно начал он, – не расскажете, что там было в доме?
Лена пожала плечами.
– Я не была внутри, а Эндрю не хочет об этом говорить.
– Он болван, – с чувством произнес водитель и покосился в сторону, – не услышал ли его Эндрю.
– Он совсем не глуп, – возразила Лена, – просто Эндрю несколько резок в высказываниях. Он из богатой семьи, избалован, не привык, что ему противоречат.
– Оно и видно, – заметил водитель, – что не привык. Только здесь вам, леди, не Америка. И к чему он там себе привык, это здесь (он выделил голосом слово «здесь») никого не волнует. Понимаете? Всем до лампочки, к чему он там привык.
Водитель некоторое время шел молча, а потом опять заговорил.
– Мы попали в плохую ситуацию, леди. Чтобы выбраться, надо держаться вместе.
– Послушайте, – рассердилась Лена, – что вы все время каркаете. В плохую ситуацию, в плохую ситуацию… Да, случилась непредвиденная авария, но ничего фатального в этом нет. Это всего лишь вопрос времени и денег.
Водитель улыбнулся. Может быть, он хотел подбодрить Лену или хотел показать, что не понимает, почему она рассердилась. Может быть… Но в свете луны улыбка показалась ей кошмарной гримасой. И, как оказалось, не только ей. Идущая рядом Нэнси потянула Лену за рукав.
– Что он сказал? – спросила она, – Мне не нравится этот человек, у него неприятная улыбка. Мне кажется, он специально нас завез в это ужасное место…
Лена подумала, что относительно Нэнси Эндрю
