становится светлее.
— Кажется, солнце встает.
Я мгновенно забываю, что только что горько рыдала, и говорю сестре:
— Так ярко, что глаза слепит. Почему так светло?
Стоя в ярком свете, сестра смотрит на меня, словно я сказала что-то смешное, и громко смеется.
— Дурочка, — говорит она, — дурочка, я никогда тебя не оставляла.
Часть четвертая
12
Аварию обнаружила местная столяр, проезжавшая мимо на грузовике. Увидев меня без сознания, она сразу вызвала скорую. Она же пробыла рядом до самого приезда врачей, не оставляя попыток привести меня в чувство. Я пришла в себя уже в отделении скорой помощи после того, как меня сильно стошнило. По сравнению с машиной, которую пришлось отправить на свалку, мне еще повезло, и я отделалась ушибами.
Когда врач спросил у меня номер опекуна, я засомневалась. Мне не хотелось звонить маме или папе. Я вписала в графу «контакты опекуна» номер телефона бабушки и указала наши родственные связи. Утром, когда врач с медсестрой вошли в палату и отодвинули шторку у моей кровати, я увидела бабушку, свернувшуюся клубком на койке для опекуна. На ее затылке торчали две розовые бигуди, которые она, похоже, второпях не успела снять.
Врач сказал, что у меня может быть сотрясение мозга, и спросил, не тошнит ли меня и не кружится ли голова. Я ответила, что меня подташнивает, кружится голова, болит в груди, в районе шеи и тяжело подниматься с кровати.
— Ваш организм в состоянии шока. Насчет шейных позвонков: придется провести дополнительное обследование, чтобы исключить смещение межпозвоночных дисков и растяжение суставов, — заключил врач.
— Сколько мне еще тут оставаться? — поинтересовалась я.
— Еще несколько дней. Отдыхайте и старайтесь ни о чем не думать.
Врач с медсестрой вышли из палаты, а бабушка поднялась с кровати и подошла ко мне. Она долго молча смотрела на меня, прежде чем заговорить:
— Всех мерзавцев, которые садятся за руль пьяными, надо переубивать.
На ее лице застыло выражение, которого я никогда не видела раньше.
— Этот негодяй чуть не убил тебя.
— Но я ведь жива, — ответила я с улыбкой, чтобы разрядить атмосферу, но бабушка нахмурилась и выбежала из палаты.
— Бабушка! — позвала я. — Бабушка!
Я крикнула чуть громче, но она не возвращалась. У меня было такое ощущение, будто кто-то накрепко привязал мое тело к кровати. Когда бабушка наконец вернулась, ее лицо выглядело гораздо спокойнее. Она осторожно положила руку мне на плечо и пересказала детали происшествия, которые выведала у врача. Водитель, выскочивший на встречную полосу, был настолько пьян, что даже не помнил о случившемся. Я уклонилась от столкновения с ним, но моя машина скатилась с откоса у обочины и воткнулась в землю. К счастью, я ехала медленно, подушки безопасности сработали и меня нашли почти сразу после аварии. Если бы столкновение было лобовым, история оказалась бы совсем с другим финалом.
— Ездить за рулем опасно. Как бы ты ни была осторожна, один раз не повезет — и вот что получается.
— Знаю. — Я попыталась выдавить из себя улыбку, но вышло плохо.
— Помочь тебе дойти до туалета?
Бабушка просунула ладонь мне под спину и помогла приподняться. Затем одной рукой взяла меня под руку, второй подхватила шнур от капельницы и осторожно подвела к двери туалета.
— Сможешь зайти сама?
Я кивнула. В зеркале я увидела свое отражение. Лицо сильно опухло, а на лбу и вокруг глаз расплывались фиолетовые гематомы. Самый огромный синяк был на левом глазу. Доктор сказал, что я еще легко отделалась.
«Всё могло быть куда хуже. Вам повезло. Обычно во время аварии тело напрягается, и это приводит к более серьезным травмам. Но ваше, похоже, расслабилось в момент падения. Однако могут быть последствия, так что мы все равно еще понаблюдаем за вами».
Почему я была расслаблена? Глядя на себя в зеркало, я медленно вернулась мыслями в момент аварии.
Медсестра принесла на обед больничную кашу для меня и опекуна. Во время еды мы с бабушкой почти не разговаривали. Наевшись, я легла и снова провалилась в сон, а бабушка тем временем лежала на своей койке, уткнувшись в телефон. Проснувшись, я обнаружила ее в той же позе. Бабушка увлеченно играла в игру-головоломку, где нужно расставлять в ряд конфетки одинакового цвета. После конфеток она перешла к пазлам с шестиугольными плитками, а затем снова вернулась к конфеткам. Ее пальцы шевелились не очень проворно, но бабушка явно была умелым геймером. Похоже, она часто играла в обе эти игры, и я с удивлением следила за ее мастерством.
— Я и не знала, что вы любите игры.
— Играю, когда есть время. А ты разве не любишь?
— Никогда особо не играла.
— Правда? А я думала все женщины в нашей семье любительницы поиграть.
Когда я училась в старшей школе, мама ходила в компьютерный зал, расположенный в одном здании с библиотекой, в которой я занималась, чтобы поиграть в «Старкрафт». Она говорила, что встречает меня, чтобы я не ходила домой одна по темноте, но чаще всего настолько увлекалась игрой, что мне приходилось самой забирать ее из компьютерного зала. Она даже как-то заняла второе место в турнире по «Старкрафту» для взрослых, который проводили в районном культурном центре. Вспомнив об этом, я улыбнулась и рассказала бабушке о маминой любви к компьютерным играм.
— Мисон и в карты хорошо играла. Мы с ней и моей мамой часто играли в го-стоп. Для го-стоп три человека — как раз самое то. Потом, когда Мисон уехала в Сеул, мы с мамой пытались играть вдвоем, но было уже неинтересно. Ужас как скучно. Я, конечно, поддавалась, чтобы быть хорошей дочерью. Теперь, когда прошло столько времени, скучаю даже по таким моментам…
Лежа на койке с задернутой шторкой и слушая бабушкин голос, я ощущала себя как никогда близко к ней. Маленький холодильник рядом с кроватью тихо загудел. С соседней койки послышались приглушенные голоса двух женщин. Внезапно мне захотелось пройтись, пусть и через силу.
— Я хочу выйти на улицу, — сказала я.
Бабушка встала, подложила одну руку мне под спину, помогла подняться, а затем протянула вторую. Ее ладонь была большой, плотной и прохладной. Мы вместе спустились вниз на лифте и вышли наружу, лицо обдало сильным порывом холодного ветра, и меня пробрала дрожь. Небо выглядело пасмурным.
— Давай посидим здесь, — предложила бабушка, указывая на пластиковые стулья рядом со входом. Мы молча сидели и разглядывали очертания холмов вдали, трех курящих
