он в одну гостиницу, подал десять рублей и говорит:
— Я к вам уже приду, так запью и заем[196].
Приходил в другую, там подает 10 рублей, также и в третью.
Вот идет он и видит своего ближнего соседа, богатого мужика, и стал звать его с собой в гостиницу.
— Пойдем, — говорит, — выпьем водки.
А богатый сосед выпивать был лютый, пошел с ним. Зашли они, Анфий и потребовал на 10 рублей водки и закуски. Когда они напились и наелись, Анфий ударил по столу шапкой (а шапка у него была о четыре угла) и спрашивает:
— Чай пили?
Половые отвечают:
— Пили.
— Денежки платили?
— Платили, — отвечают.
И пошли они в другую гостиницу. И там то же самое: напились, наелись. Анфий ударил по столу шапкой и спрашивает:
— Чай, водку пили?
— Пили.
— Денежки платили?
— Платили.
Встали; пошли в третью, и там то же самое. Тут богатый мужик и сметил: это, думает, у Анфия шапка отвечает. И спрашивает его:
— У тебя не шапка ли отвечает ?
— Шапка, — говорит.
— Продай мне ее.
— Купи.
— Дорога ли?
— Сто рублей.
Отдал мужик деньги и вышел. А встречает своего товарища и зовет его в гостиницу. Зашли они, богатый мужик и потребовал всего на сто рублей. Они все съели и спили, мужик и стал колотить шапкой о стол.
— Ели и пили? — спрашивает.
— Пили.
— Денежки платили?
— Нет, — говорят, — не платили.
— А, — говорит, — постой! Не тем углом колочу.
И спрашивает опять:
— Пили?
— Пили.
— Денежки платили?
— Нет, не платили.
И зачал тут богатый мужик колотить всей шапкой. Нет, все говорят:
— Не платили.
— Ну, Анфий меня обдул, — говорит мужик, — пойду взыщу с него!
Заплатил деньги и пошел домой.
А Анфий знает, что богатый мужик придет, нарядился покойником и лег под образа. Вот приходит и спрашивает:
— Что, Марья, Анфий помер?
— Помер.
— Ох, как он меня обдул, дай бог ему царство небесное со светлыми пуговицами, под ж…у огонь!
Во это время Марья подошла к покойнику и взяла из угла под образами какую-то ладонку, которая Анфием была приготовлена заранее, и поднесла эту ладонку[197] ко рту Анфия. Анфий поцеловал поднесенное ему женой и встал.
— Что, — спрашивает богатый мужик, — ты от ладонки воскрес?
— Да, от ладонки.
— Продай мне эту ладонку.
— Купи.
— А дорога ли?
— А давай сто рублей да старинное не поминай.
Богатый мужик согласился и, уплатив деньги, взял с собой ладонку и пошел с ней домой. Приходит мужик домой и говорит своей жене:
— Жена! Я ладонку купил, теперь мы век не умрем.
Вот и стал богатый мужик ездить везде, где кто умирает, и услыхал, что в одном городе у богатого купца умирает дочь, и сейчас туда. Приехал, а уж она трудится[198], а все ревут.
— Не ревите, — говорит, — она сейчас воскреснет.
Приложил ей ладонку ко рту, она не воскресает. «Должно быть, худо приложил, — думает, — надо хорошенько приложить». Приложил в другой — нет, все не воскресает, а умерла. Купец и закричал:
— Ах ты, сиволапый, ты ее убил; я тебя сейчас посажу под арест.
— Ой, не сади, пожалуйста! Я тебе дам сто рублей.
Подал сто рублей и скорее домой. Приехал домой и говорит:
— Опять меня Анфий обдул; пойду взыщу с него 200 рублей.
И пошел к Анфию. А Анфий поймал двух ворон и посадил одну в шкаф, а другую понес на базар. Уходя, натаскал в избу разного хламу и наказал жене:
— Когда мы придем с соседом-богачом, чтобы все это было прибрано и закуска приготовлена.
Приходит сосед, богатый мужик, а в избе лом и душище. И спрашивает он:
— Где Анфий?
А жена говорит:
— На базаре.
— Пойду на базар, — говорит мужик, — там с него взыщу.
Пошел он на базар и отыскал там Анфия.
— А что, отдашь деньги?
— Отдам, — говорит, — пойдем домой.
— Не пойду, у вас в избе такое душище.
— А вот я отпущу вестника, так он скажет дома, и там все приберут.
— Какого вестника?
Вынул Анфий из-за пазухи ворону и наказывает ей:
— Поди, полетай домой и скажи моей жене, а твоей тетушке, чтобы она в избе разобрала и угощение припасла.
Отпустил ворону, та и полетела.
Походили они по базару и пошли в деревню к Анфию. Приходят, а у него в доме все чисто и угощение готово; ворона из шкафа выпущена и овес клюет. Богатый мужик и спрашивает:
— Что, Анфий, это вестник — тот и есть?
— Да, это и есть.
— Продай мне его.
— Купи.
— А дорого ли?
— Давай сто рублей да старинное не поминай.
Купил богатый мужик ворону и унес ее к себе домой. Принес и говорит своей жене:
Богатый мужик и спрашивает: что, Анфий, это вестник? (рис. В. Малышева)
— Жена! Я купил ворону, которая все сможет сказать. Наноси ты в избу разного хламу и лому, а я уйду на базар, а оттуда пришлю ее сказать тебе, чтобы все в избе было прибрано, и она сейчас прилетит сюда передать тебе мое приказание.
И вот мужик с женой наносили в избу всякого лому, и мужик пошел на базар и, придя туда, отпустил на волю ворону, наказав ей на дорогу, как делал то на его глазах Анфий, чтобы она сказала дома о его желании:
— Лети ты домой и скажи моей хозяйке, чтобы все в избе было убрано и приготовлено для меня с приятелем угощение.
После этого он походил по базару и, встретив своего знакомого, повел того к себе домой, говоря, что там для них приготовлено уже всякое угощение. Но когда мужик с приятелем пришли в избу, то, конечно, ничего там, кроме хламу и лому, не увидали, и никакой вороны не прилетало.
Тут богатый сосед Анфия понял, что Анфий надул его, и поэтому более не стал уже ничего
