каши и наполнил миску кота.
У самих детективов на обед в виде гарнира тоже была гречка. И курица, только не отварная, а запечённая в духовке со специями.
Мирное течение трапезы прервал звонок. На этот раз звонил сотовый Мирославы. Она протёрла руки влажной салфеткой:
— Да!
— Ты чего, не узнаёшь меня, что ли? — полился из гаджета громкий возмущённый голос следователя Наполеонова.
— Что ты так кричишь, Шурочка? — спросила Мирослава ласково.
— Я уж подумал, что ты мой голос забыла!
— Немудрено, — пошутила Мирослава, — ты давненько у нас не был.
— Так вот, радуйтесь! Сегодня приеду!
— Когда?
— Не раньше девяти.
— Вечера?
— Не утра же!
— Хорошо, будем ждать. А радоваться можно начинать уже сейчас? — спросила Мирослава.
— Начинайте, — разрешил Наполеонов и, не прощаясь, отключил связь.
— Вот поросёнок, — нежно проговорила Мирослава.
— Шура приедет? — спросил Миндаугас.
— Да, сегодня после девяти.
— Успею что-нибудь приготовить, — проговорил Морис.
— Угу, — согласилась Мирослава, которая не очень-то беспокоилась о том, чем её друг детства Шура Наполеонов будет сегодня накормлен в их доме.
После обеда они вместе убрали со стола и перемыли посуду. О посудомоечной машине оба даже слышать не хотели.
Клиентка прибыла без пятнадцати пять. Миндаугас встретил молодую женщину и проводил в кабинет детектива, так что будущая клиентка без пяти минут пять уже сидела напротив Мирославы.
Для начала она представилась:
— Ксения Павловна Моравская.
— Мирослава Игоревна Волгина, — соблюла ритуал вежливости Мирослава, хотя не сомневалась в том, что Моравская знает её имя, отчество и фамилию.
— Моя подруга Таисия Петровна Бужанская, больше известная как графиня Бужанская, — проговорила женщина, — попала в беду. И мне очень нужна ваша помощь, чтобы вытащить её.
— В чём её обвиняют? — спросила Мирослава.
— В том, что она убила своего мужа, вернее, столкнула его с лестницы.
— Мотив?
— Следствие думает, что деньги, — пожала плечами Моравская.
— А на самом деле?
— На самом деле Таисия не убивала своего графа.
— Откуда вы это знаете?
— Тая сама мне сказала, и я ей верю. И вообще, она не такой человек, который в принципе способен кого-то убить.
— Может быть, это получилось случайно? — спросила Мирослава.
— То есть? — удивилась Моравская.
— Допустим, ваша подруга ссорилась с супругом на лестнице и нечаянно толкнула его?
— Нет! Таисию обвиняют в умышленном убийстве. Я не знаю, какие там у них улики. Но это всё ложь!
— Вы не знаете имя следователя, который занимается делом вашей подруги?
— Александр Романович Наполеонов, — сквозь зубы процедила Моравская.
— Хорошо, — сказала детектив и спросила: — Можно задать вам один вопрос?
— Хоть десять! — ответила Моравская.
— Почему вы решили нанять детектива, и, как я понимаю, за свой счёт?
— Потому что я очень хочу помочь Таисии.
— Это единственная причина?
— Нет. — Женщина вздохнула и проговорила: — В своё время Тая спасла моего сына от смерти.
— То есть?
— Она дала деньги на лечение ребёнка, большие деньги, — с нажимом в голосе добавила она.
— Украв их, разумеется, у мужа? — спросила Мирослава.
— Не украла, а взяла без спроса, — поправила её Моравская, не отводя прямого взгляда от глаз детектива.
— Пусть будет так, — согласилась Мирослава. — И раз уж вы разрешили мне задать десять вопросов, то второй мой вопрос будет таким: где вы познакомились с графиней Бужанской?
Моравская грустно улыбнулась и ответила:
— Таисия не всегда была графиней. Она из обычной рабоче-крестьянской семьи. С графом она познакомилась в нашем клубе «Старый романс», где работала официанткой вместе со мной и другими девочками. Артемий Константинович влюбился в Таю и сделал ей предложение.
— И она согласилась?
— Да, согласилась. Девушке трудно устоять перед большими деньгами и родовитостью, — пояснила Ксения. — И потом, граф был галантен и обаятелен, несмотря на то что лет ему было немало. Поначалу отношения у них складывались замечательно. Но граф старел, болел. А Таисии хотелось любви, пылкости, ну, вы понимаете меня? — с надеждой в голосе спросила Моравская.
— Вполне, — ответила Мирослава, имея в виду то, что потребность молодой женщины в чувственной любви она понимает. Но выйти замуж за титул и деньги — с её точки зрения, нонсенс! Однако не ей судить.
— Если вы хотите, чтобы я помогла вашей подруге, то расскажите мне всё с самого начала, ничего не скрывая.
— Да!
— И ещё.
— Что?
— Если ваша подруга всё-таки совершила это преступление, то все материалы нашего расследования окажутся у следователя.
— Да, я понимаю. Вы обязаны. Но я уверена, что Тая невиновна, поэтому слушайте! — Моравская рассказала всё, что ей было известно, не пытаясь ничего утаивать или в чём-то обелять подругу. Мирослава внимательно выслушала её, время от времени делая какие-то пометки в своём блокноте. Когда Ксения замолчала, детектив спросила:
— Когда Таисия вышла замуж за графа, племянница жила с ним?
— Нет, она жила в отдельной квартире с гувернанткой, Верой Сергеевной Гущевой. Это Таисия уговорила графа взять девочку хотя бы на время в графскую усадьбу.
— А где теперь гувернантка?
— Она пока, со слов Таисии, живёт на прежнем месте. Так распорядился ещё граф.
— Вы знаете, где это?
— Да. — Моравская назвала адрес.
— У Таисии был в последнее время любовник?
— Да. Иван Романович Скрытник.
— Вы знаете его адрес, телефон?
— Да, конечно.
Мирослава пододвинула к ней лист бумаги и велела:
— Напишите здесь имена, фамилии, контакты всех, кто так или иначе был связан с Бужанской. Не забудьте обо всех подругах и прежних любовниках.
— Хорошо, — тихо ответила Ксения и принялась писать.
Когда она закончила, Мирослава взяла у неё из рук лист и, пробежав по нему глазами, сказала:
— Если что-то вспомните, что может дополнить вашу информацию, позвоните.
— Конечно, — кивнула Моравская.
— Теперь отправляйтесь в приёмную, где мой помощник попросит вас подписать договор на услуги нашего агентства. Прочитайте внимательно.
— Хорошо. Когда я могу вам позвонить?
— В любое время, — ответила Мирослава, — но на быстрый результат рассчитывать не стоит.
— Я догадываюсь, — тихо ответила молодая женщина. — Спасибо.
— Пока не за что.
— Спасибо уже за то, что вы взялись нам помогать. Больше мне обращаться не к кому.
Заключив с клиенткой договор, Морис проводил молодую женщину до её машины, подождал, пока она окажется за воротами, и закрыл их. После чего отправился в кабинет детектива. Мирослава стояла у окна и смотрела на солнце, спускавшееся к горизонту.
Услыхав, что он вошёл, она проговорила, не поворачиваясь:
— Люблю, когда оно оранжевое.
— Я тоже, — ответил Морис и спросил: — С чего будем начинать?
— Хочу послушать, что скажет Шурка. Ведь он вот-вот приедет.
Морис кивнул.
— И у тебя готовы девять блюд? — спросила, улыбнувшись, Мирослава.
— Немного поменьше, — улыбнулся он в ответ.
* * *
Морису нравилось кормить и где-то опекать маленького ростом и задиристого
