фыркнули. Кажется, улыбнулся даже кот.
А Шура пробежал пальцами по струнам и запел:
Не отступили морозы…
Но улыбаешься ты.
Резные листья мимозы
И жёлтые цветы
Напоминают комочки
Крошечных цыплят.
Маленькие ангелочки
На мартовский мир глядят.
Доверчиво так и кротко,
Словно знают наверняка, —
Весны хрустальная лодка
Приближается издалека.
— Браво! — сказал Морис, когда Шура закончил петь.
— Действительно, очень мило, — согласилась Мирослава.
После чего все разошлись по своим комнатам до утра.
Луна заглянула в каждое окно особняка по очереди и, наткнувшись на опущенные портьеры, побледнела от разочарования и, завернувшись в проплывающее мимо облако, как в пуховое одеяло, задремала.
Глава 14
На следующее утро Мирослава традиционно проснулась позднее Мориса и Шуры.
Когда она вошла на кухню, Наполеонов пробормотал:
— Явилась, соня.
Мирослава пропустила его ворчание мимо ушей и сказала:
— Доброе утро, мальчики!
— Утро доброе, — отозвался Морис. — Садитесь за стол. Сырники тёплые в духовке.
— С изюмом, — добавил Шура и положил в рот целую ложку сметаны.
— По-моему, ты забыл положить туда сырник, — подсказала другу детства Мирослава.
— Не волнуйся, я уже целую тарелку съел, правда, Морис? — обратился он к Морису.
— Правда, — подтвердил тот, — с горкой.
— Вот видишь, с горкой, — довольно проговорил Шура. Зажмурил на минуту глаза. Потом стряхнул с себя остатки сонливости и сказал: — Всё, ребята! Хорошо у вас тут. Но надо ехать на работу. Хотя чего я там забыл? — вздохнул Наполеонов.
— Зарплату, — подсказала Мирослава.
— Эх и злыдня же ты, — беззлобно проговорил Наполеонов, — а ещё подруга детства.
— Так я любя, Шурочка, — беззаботно отозвалась Мирослава и послала ему воздушный поцелуй.
Шура сделал вид, что поймал его и спрятал в карман.
Все улыбнулись.
После ухода Шуры Мирослава быстро завершила завтрак и отправилась в свой кабинет, где сразу же позвонила клиентке.
— Я слушаю, здравствуйте, Мирослава Игоревна, — торопливо отозвалась Моравская, узнав номер телефона детектива.
— Здравствуйте, Ксения Павловна. У меня появился к вам вопрос.
— Да, я слушаю.
— Кто из подруг графини мог наговорить на неё?
— Только Ленка, Елена Изотовна Козельская, — не задумываясь, ответила Моравская. — Вредная она, завистливая, хоть и подруга.
— У неё был зуб на Таисию Бужанскую?
— Можно сказать и так. Сначала они были неразлейвода. А потом Тая увела у неё Игната Валюшина. Собственно, его и уводить-то не надо было. Игнат связался с Ленкой со скуки, он как раз был не при делах.
— Без работы?
— Можно сказать и так, — хмыкнула в трубку презрительно Моравская. И пояснила: — Он альфонс. Его прежняя мамочка скончалась, а новую он ещё не подыскал, вот и спал с Ленкой. А она на него запала всерьёз и окрысилась на Таю, когда Игнат к той присосался. Но Тая не собиралась его содержать и быстро дала ему отставку.
— К Елене он не вернулся? — спросила детектив.
— Нет.
— Нашёл кого-то ещё?
— Да! Не поверите, старуху, которой принадлежит ломбард. Она, конечно, не совсем старуха. Ей лет пятьдесят, но у неё шесть подбородков и веса не меньше центнера. — Ксения грустно рассмеялась. — Нелегко Игнаше хлеб насущный достаётся. Пока такую тушу обработаешь, семь потов сойдёт.
— Вы мне в списке указали ещё одну подругу…
— Да, Света Глызина. Она сейчас в отпуске. Никуда не уехала. Дома. Можете поговорить с ней.
— Непременно поговорю, — ответила Мирослава.
Когда она вернулась на кухню, Мориса там уже не было. Он сидел в гостиной, уткнувшись в свой ноутбук.
— Ты очень занят? — спросила Мирослава.
— Не очень, — ответил он. — Интересуюсь родословной графов Бужанских.
— И что там с наследниками? — спросила Мирослава.
— Все источники констатируют их полное отсутствие.
— По прямой линии?
— Наследников мужского пола нет вообще.
— Ты шовинист, — усмехнулась Мирослава.
— Это ещё почему? — удивился Морис.
— Потому что ничего не говоришь о наследниках женского пола.
— Потому что они тоже, собственно, отсутствуют.
— А племянница графа?
— Вы имеете в виду внучку его троюродной сестры?
— Ну… Она ведь внучатая племянница, получается.
— Она, как говорят у нас в России, седьмая вода на киселе, — сказал Миндаугас, — и никаких прав на наследство не имеет.
— Понятно. — Мирослава отметила про себя его оговорку в виде «у нас в России», и у неё неожиданно приятно защемило сердце. — Морис, — сказала она, — я уезжаю в город.
— Надолго?
— Пока не знаю. Созвонимся, если что.
— Договорились, — ответил он и снова уткнулся в ноутбук.
Мирослава, которая сразу после разговора с клиенткой позвонила Светлане Глызиной и договорилась о встрече, поехала именно к ней. По крайней мере, в первую очередь. Ей очень хотелось выслушать мнение о Таисии ещё хотя бы одного близкого ей человека и узнать о взгляде Глызиной на произошедшее в семье Бужанских.
Глызина, охотно откликнувшаяся на просьбу детектива о беседе, дожидаясь Мирославу, слегка нервничала.
От Ксении она знала, что та обратилась в детективное агентство. Сама Светлана до этого не додумалась бы. Она предлагала Моравской взять часть расходов на себя, но та отмахивалась:
— Тая спасла моего ребёнка, поэтому я её должница.
— А я просто подруга, — возражала Глызина, — но тем не менее.
— Свет, если мне понадобится твоя денежная помощь, я обязательно тебе скажу, — отвечала Моравская, — а пока помоги дружеским отношением к Тае.
— То есть?
— С тобой говорила полиция.
— Ну!
— Ты держалась молодцом!
— Надеюсь.
— Детектив тоже захочет с тобой поговорить, будь честной, но о неприглядных сторонах говори отстранённо, не выпячивай их.
— Не поняла! О каких неприглядных сторонах? — удивлённо спросила Светлана.
— И полиции, и детективу известно, что у Таисии были любовники.
— Откуда?
— Ленка Козельская разболтала! И этот жиголо Валюшин язык распустил.
— Я поняла тебя. Постараюсь затушевать всё, что сумею.
— Ты, Светуля, постарайся, — попросила Ксения.
— Само собой, — заверила Светлана. Теперь же, глядя на часы, сидела как на иголках.
Мирослава позвонила в дверь за пять минут до назначенного срока. Светлана бросилась к двери, услышав звонок.
— Кто там?
— Детектив, Мирослава Волгина.
Глызина распахнула дверь. Вообще-то она ожидала, что детектив сначала созвонится с ней по домофону, но, вероятно, она прошла с кем-то из жильцов.
Разглядывая детектива, Светлана застыла в дверях.
— Вы меня впустите в квартиру? — дружелюбно улыбнулась Мирослава.
— Ой, да! Простите! Проходите, пожалуйста.
Отступая в прихожую, Светлана умудрилась задеть пуфик, и он плюхнулся на бок.
— Простите, я такая неуклюжая, — ещё больше смутилась молодая женщина.
— Светлана Юрьевна, не стоит так переживать. Я хочу помочь Бужанской.
— Бужанской, — повторила Светлана.
— Да, вашей подруге. Где бы мы могли поговорить?
— В гостиной или на кухне, — предложила Светлана.
— Давайте на кухне, — ответила детектив.
— Точно! — обрадовалась хозяйка квартиры. — Заодно и чай попьём с воздушными печеньями.
К тому времени, когда девушки разместились за
