остальных Тим без труда понял: карабкаться по мокрому склону никому не хочется. Это немного отрезвляло.
— Ну что ж, если вы трусите перед таким холмиком — валите обратно, — огрызнулся Ральф. — Мы пошли в горы, потому что в лагере одни детские развлечения. Больше двух часов в пути — и почти всё время по ровному. А теперь, когда перед вами первый участок, где надо чуть-чуть полазить, вы сдулись. Прекрасно.
Он шумно втянул воздух и продолжил:
— Ладно, тогда проваливайте и слушайте в лагере проповедь. Вам и рассказать потом будет не о чем — потому что вы ничего не пережили. А я, когда вернусь вечером, пусть даже мокрый и уставший, буду знать, что не поджал хвост при первой же трудности. И мне будет что вспомнить.
— Я иду с тобой, — поспешно сказал Лукас.
Ну конечно, — подумал Тим. Этот и в пропасть за ним бы шагнул.
Повисла тишина. Кто-то переглядывался, кто-то смотрел себе под ноги, кто-то носком ботинка перекатывал по тропе мелкие камни.
— Ты сам себя обманываешь.
Это сказал Денис. Он сидел в нескольких метрах от остальных на невысоком скальном выступе и в мокрой одежде казался особенно щуплым. Все обернулись к нему, но он даже не поднял головы — сосредоточенно счищал грязь с камня, зажатого в ладони.
Тим невольно отметил, что Денис и на этот раз точно выразил то, что вертелось у него в голове.
Он покосился на Себастьяна, но даже тот, похоже, не горел желанием карабкаться на этот «холмик» и потому благоразумно молчал.
Похоже, на этом их самовольный поход и закончится.
И Тим был бы этому только рад.
Но всё изменил тот, от кого он меньше всего этого ожидал, — самый младший из них, Фабиан. Он посмотрел прямо на Тима:
— Ну, раз уж мы сюда дошли… может, я бы и попробовал. Ты пойдёшь со мной, если я полезу? Если станет слишком опасно, всегда можно повернуть назад.
Тим уставился на него.
— Повернуть назад? Это тебе мало поможет, если сверху прилетит камень. Нет, извини. Без снаряжения я туда не полезу. Это безумие.
— Если даже Фабиан готов попробовать, я тоже в деле, — сказал Яник.
После этого и Себастьян, явно не желая оставаться в стороне, кивнул в знак согласия.
Фабиан смотрел на Тима выжидающе, будто надеялся, что тот уступит ради него. Это только сильнее его разозлило.
— Прекрасно. Желаю удачи. Кто возвращается со мной?
— Я! — тотчас откликнулась Юлия и для убедительности подняла руку.
— И я.
Голос донёсся сзади — это была Дженни. Тим даже не обернулся: рядом с ней стояла Лена, а смотреть на Лену ему сейчас хотелось меньше всего.
Ещё не хватало, чтобы это выглядело так, будто он уговаривает её пойти за ним.
И всё же он надеялся, что она решит вернуться. Не потому, что этим выберет его сторону, а не сторону Ральфа. Просто ему не хотелось, чтобы она полезла на мокрый осыпной склон и покалечилась.
Но Лена молчала.
Надо было что-то делать.
И тут ему на плечо легла чья-то ладонь.
— Отойдёшь со мной на минуту?
Это была Лена. Она подошла почти вплотную и кивнула в сторону. Тим быстро взглянул на остальных — разумеется, все до одного смотрели на него.
— Да, конечно, — ответил он как можно небрежнее и пошёл за ней.
Что ей нужно?
Сейчас начнёт убеждать его довериться великому проводнику Ральфу? Своему герою?
Нет. Это не сработает. Тим симпатизировал Лене с первой минуты, но позволить ей втянуть себя в это безрассудство он не собирался. Особенно если она делает это ради Ральфа.
Они отошли по извилистой тропе назад, пока не скрылись из виду и не удалились настолько, что остальные уже не могли их слышать. Когда Лена остановилась и повернулась к нему, у Тима сбилось дыхание.
Её длинные тёмные волосы промокли, как у всех, но не висели неопрятными прядями, а мягко обрамляли лицо. На коже блестели капли дождя. Она выглядела продрогшей, уставшей — и всё равно удивительно красивой.
Лена улыбнулась, и Тим почувствовал, как внутри разливается тепло. Когда она заговорила, он вдруг поймал себя на том, что смотрит только на её губы.
— Тим?
— А? — Он моргнул и ощутил, как к щекам приливает жар. — Прости. Что ты сказала?
— Я сказала: ты бы очень меня выручил, если бы пошёл с нами.
Словно его окатили ледяной водой. Всё мгновенно встало на место.
Ну конечно. Она хочет, чтобы он пошёл из-за Ральфа.
Тим невольно напрягся.
— Нет. Я по-прежнему считаю, что это безрассудно. То, что Ральф уговаривает людей лезть туда в такую погоду, меня не удивляет. Он вообразил себя большим специалистом и не понимает, что отвечает не только за себя. Но то, что ты ему в этом помогаешь… Честно говоря, от тебя я такого не ожидал.
К его изумлению, Лена взяла его за руку и крепко сжала пальцы.
— Дело не в Ральфе. Дело во мне. Мои родители всегда ездят только на море, а я полюбила горы после одной поездки в Австрию. В этом году мне впервые разрешили поехать куда-то одной, и я полгода ждала этот лагерь. Я очень хочу подняться туда. Но Ральфу я не доверяю. Я… хочу, чтобы рядом был ты.
Несколько секунд они молча смотрели друг на друга.
Наконец Тим выговорил:
— Я думал… Мне казалось, тебе нравится Ральф.
Голос прозвучал хрипло, почти чужим.
Лена тихо рассмеялась.
— Ну ты и балда.
— Что?
Она покачала головой, всё ещё улыбаясь.
— Я сказала: ты ужасная балда. Ты правда ничего не замечал?
Тим слышал, как шумит в ушах кровь. Сердце колотилось так сильно, что ему казалось — это заметно со стороны. Он ещё крепче сжал её ладонь.
И вдруг Лена шагнула ближе.
Тим не успел понять, кто из них первым потянулся навстречу, — в следующее мгновение они уже целовались.
Время словно остановилось. Когда Лена чуть отстранилась, в её глазах было что-то новое — мягкое, серьёзное, почти тревожное.
— Теперь заметил? — прошептала она.
Тим сглотнул.
— Д-да.
Он чувствовал себя странно: одновременно ошеломлённым, счастливым и до смешного беззащитным.
— И? — Она снова улыбнулась, но теперь в этой улыбке было не только веселье.
Тим глубоко вдохнул.
Нет, Ральф всё равно идиот.
Но если Лена пойдёт туда, он тоже должен
