местах. Что делаю, как добываю деньги, не знаю.
5 (четверг)
Что же? Ездили с Вер<оникой> Карл<овной>. Там гораздо лучше.
120 <р.>
6 (пятница)
Что было? не помню. Ничего не делаю. Ничего не чувствую, отупел и одурел как-то. Как-то взял еще у Бронштейна.
100 <р.>
7 (субб.)
Мамаша ездила одна. Взял денег в лавке. Скучаю до одури. Если с Юр. что-нибудь случится, я убью себя. Вечером был у Лурье. Он только что приехал. У них распри какие-то. Мухин был, но не может или не хочет ничего делать. Вечером был у Беленсона. Едва поспел.
245 <р.>
8 (воскр.)
Никуда не ездил. Скучал до невозможного. Ни думать, ни писать ничего не могу. Ложусь, как в гроб. Тупо. Хотя, да, сегодня получил милое, желанное, длинное письмо от Юрочки. Кажется, немного опоминается. Но, Боже мой, Боже мой, за что ему такая мука? Только бы освободили, только бы выжил, все будет хорошо. Но мне в делишках замечательно не везет.
9 (понед.)
Что же было? был у Лурье, что ли. К Лебедеву заходил. Продал кое-что.
70 р.
10 (вторн.)
Ездил. Эти паломничества мне приятны. Все-таки ближе. Ел кое-как. Под проливным дождем ездил в Павловск. Домой темно, грязно, обыскивают. Башмаки пропали.
130 р.
11 (среда)
Господи, Господи! Что с Юр., писем опять нет, денег нет, ничего нет. Абашидзе откладывает. Зашел в «Арзамас»4 – закрыто. Дождь как из ведра. У них расстройство. Как быть? Сапоги развалились и другие развалятся. Звонил Лурье. Они в меланхолии, ссорятся, наверное. Альтман опять подает записку. Луначарский в пятницу. Сашенька, наверное, позабыл. Что же делать. Пили чай, старик пил с нами. У Лурье играли Debussy. Домой идти – ливень. Как в могилу возвращаюсь.
50 р.
12 (четверг)
Мамаша спорилась со мною. Господи! Письмо от Юр. ужасно. Ура пролетариату и т. п. Попросил у Совопулы. С нотацией дал. Скучно до смерти. Вечер был у Ландау. Играли в карты. Надеждин говорит, что «следственная комиссия» мягче, чем вначале. Сиверса отпустили5. Жоржик занес только 50.
140 р.
13 (пятница)
Письмо от Юр. омрачило всю жизнь. Я начинаю думать, не сходит ли он с ума, или рассчитывает, что его письмо прочтут. Потому что, если правда его чувства, что он там высказывает, так это ужасно. И потом он, даже разлученный, думает, что я чего-то не делаю, делаю не так, как нужно, не так, как ему хочется, и будто совсем меня не любит. От первого письма второе отличается, как небо от земли. Положим, положение его ужасно. Господи! Еще эти Леви. Вышел и встретил Тамару Мих<айловну>. Шла в лавку, но, встретив меня, не пошла; говорила обратиться к Лилиной. Мила была очень. Я как пес небрит. Обедал. Отправился к Иммаишвили. Не было. В складе уютно, по-молодцовски. Прибеж<авший> мальчишка зовет меня в погребок. Там Ал<ексей> Иванович с дочками и московский гость. Попили винца. Согласился. Но надо работать. Отчасти расплатился. Звала О<льга> А<фанасьевна>. Лурье у Коутса. Она томится и скучает, вспоминает прошлое. Боже мой, вернется ли. Но главное, чтобы вернулся Юрочка. Я не могу входить в его комнату. Предлагают мне заведовать музеем музыкальным. Пел Моцарта.
500 <р.>
14 (суб.)
Вот уже 3-я неделя. Что же будет? Звал Горький. Очень интересное дело насчет переводов и редактирования6. Обедал. Масса народа. Вечером играли в лото.
30 р.
15 (воскр.)
Поплелся в Царское. Вместе с Ландау и Лизой. Знобило. Обедали все вместе. Дождь все время. Были Радловы и сестра Беленсона7. Она ничего, дикая какая-то, но ко мне ничего. Шлепали, шлепали. Денег ни копья. Звали в балет. Зашел к Ландау. Думал денег добыть. Пили винцо. Играли. Жар не на шутку. Хочется кричать, чтобы вернули Юрочку.
16 (понед.)
Жар. Лежу. Не выходил. Погода чудная. Вылез все-таки к Горькому. Говорил с Тихоновым. Мне он очень нравится. Будто жалованье. Брел к Бронштейну. Нечего завтра и послать-то Юр. Хочется кричать и плакать, чтобы он вернулся.
100 <р.>
17 (вторн.)
Что было? Луначарский приехал. Звонил Жаку, но он до завтра. Еще не совсем здоров. От Юр. письмецо. Будто спокойнее. Как-то он, беднягин, вернется? Театр откладывается. Долго сидели в лавке. Заходила милая Тяпа. Принесла чаю. Мамаша пекла хлебцы. Вечером у Ландау играли в кункен.
18 (среда)
Рано побежал к Жаку. Вчера Горький подал список Зиновьеву, там и Юрочка. Милый, когда увижу. Лурье храбрился сам привести. Слег, еле добился, чтобы Луначарский послал бумагу. Боже мой! В лавку приперся Гишпл<инг>; Божерянов уверяет, что я сижу – что за чушь! Некоторых знакомых Каннегисера уже выпустили. Зуб болит. Мамаша не очень отличилась с провизией. Все изнемогал с телеф<оном> Жака. Тоже дурак, с кем связался. Леви мрачнеют. Какой вздор роман Писемского. Явился еще Гумил<ев>. Письмо от Лопатто. Зовет8.
120 р.
19 (четверг)
Спать ничего. Кое-как сделали что-то. Не помню, что было. Звонил Алейников. Сидел с Юр., рассказывал, как там. Верно, подружились. Какой-то веселый малый. У Горького всё собрания и Жака не дозвониться.
20 (пятница)
Денег нет. Паломничал опять к Жаку. Горький не получил еще <ответа>, только в субботу. Не знал, как быть. Позвонил бедной мамаше. Сам пошел в лавку. Небрит, как пес. Вспомнил о добрейшем Алексее Ивановиче. Дождь как из кувшина. Дал. Жак тоже немного. У Гукасовых, где теперь Детский отдел, очень хорошо9. Забежал домой. Потом брился, покупал папирос и ел во «Франции». Дали вкусных булочек, но содрали. Стыдно. В лавке разбирался. Без меня были Мухин, Тяпа, еще кто-то. Денег опять ни копейки. Пили чай. 2 письма от Юр., одно отчаянное, другое хорошее. Которое раньше, не знаю, к сожалению. Обещают выпустить завтра. Звонил к Судейкиным. Нет дома. Поздно дозвонился. Лурье уехал с Луначарским к Горькому опять поговорить и завтра съездить в комиссию10 узнать. Забежал к Ландау, как в деревне. Играли в кункен и клевали носом. Луна светит. Приедет ли, любит ли, каков будет?
260 р.
21 (8) (суб.)
Опять ни копья нет. Ходил в магазин – заперто. В «Привал» – никого. Оленька одна сидит. Рассказывала, как вчера Артур хлопотал у Зиновьева. Что-то встревожило меня. Мамаша приехала расстроенная, что все ее обманывают, никто не хлопочет, что петербург<ские> знакомые приносят Юр. несчастье и т. д. Нож мне в сердце. Нездоровится. Холодно ужасно.
40 р.
22 (9) (воскресенье)
Есть нам нечего. Дождь как из ведра. Жак подтверждает, что Горький
