– Ольга с ранней юности занималась языками. Она в совершенстве знала английский, французский, немецкий языки…
Ситуация изменилась после смерти отца. Материальные условия семьи резко ухудшились, надо было зарабатывать на жизнь. Поселившись в целях экономии вместе с братьями матери, они стали зарабатывать уроками. Мать давала уроки пения (впоследствии она стала профессором вокала при школе филармонического училища), Владимир, как многие студенты, занимался с гимназистами, а сама Ольга давала уроки музыки.
С мечтой о сцене она родилась. После смерти отца два лета подряд Книпперы проводили в Полотняном Заводе – имении семьи Гончаровых, из которой происходила жена Пушкина Наталья Николаевна. Собравшаяся в Полотняном Заводе молодежь, вдохновленная тенью великого поэта, упросила владельцев имения отдать в их распоряжение здание бывшего трактира – по легенде, там бывал Пушкин. В этом доме создали импровизированный театр – играли Островского, водевили, устраивали концерты… Все это убедило Ольгу в правильности выбранного ею пути, и, вернувшись в Москву, она потихоньку от матери поступила в драматическую школу при Малом театре. Через месяц она была отчислена как не сдавшая «проверочный» экзамен. Впоследствии выяснилось, что из всех учениц школы Ольга Книппер была единственной, кто поступил без протекции, – и теперь ее место потребовалось для другой, имевшей сильного покровителя. Для Ольги Леонардовны это был сильный удар. Она плакала несколько дней.
Видя отчаяние дочери, через своих знакомых мать устроила ее поступление в драматическую школу при Филармонии, куда прием был уже месяц как прекращен. Поступила Ольга в класс к Владимиру Ивановичу Немировичу-Данченко – это определило всю ее дальнейшую судьбу. Немирович-Данченко сразу оценил талант будущей актрисы, много занимался с ней. Ходили разговоры, что он был увлечен ею. Ее же интересовала только сцена, а после занятий она бегала по урокам, чтобы иметь возможность платить за учебу.
В конце 1897 года по Москве стали ходить неясные слухи о скором создании какого-то нового, необычного театра. Его будущий создатель, Константин Сергеевич Станиславский, пришел в Филармонию смотреть репетиции пьесы Карла Гольдони «Трактирщица» – и труппа знала, что их отсматривают для нового театра. Книппер играла в этой постановке Мирандолину – с блеском, темпераментом, с энергией молодости… Через некоторое время Немирович-Данченко объявил Ольге Книппер, а также Маргарите Савицкой и Всеволоду Мейерхольду, что они зачислены в труппу будущего театра.
Официально Художественный театр родился 14 (26) июня 1898 года в подмосковном Пушкине, когда состоялось первое собрание Товарищества «для учреждения Московского общедоступного театра». На собрании присутствовали актеры из Общества искусства и литературы, возглавляемого Станиславским, и выпускники школы Филармонии, которой руководил Немирович-Данченко. В Пушкине проходили первые репетиции – знакомые Станиславского предоставили в распоряжение новорожденной труппы здание летнего театра. Книппер репетировала в пьесе Алексея Толстого «Царь Федор Иоаннович» роль царицы Ирины. Позже начали постановку пьесы Антона Чехова «Чайка».
Чехов к тому времени был поистине кумиром российской интеллигенции. Студенты ходили, не выпуская из рук томики рассказов Чехова. Но его талант как драматурга был тогда под большим сомнением. Постановка его первой пьесы «Иванов» в Москве закончилась скандалом, потом с огромным шумом провалилась премьера «Чайки» в Александринском театре в Петербурге. В Александринке пьесу ставили «в бенефис» известной комической актрисы Елизаветы Ивановны Левкеевой, и публика ожидала, что пьеса будет смешной. Чехова, пытавшегося во время репетиций объяснять актерам ее смысл, никто не хотел слушать. Скандал разгорелся с первых сцен спектакля и продолжался до конца. Чехов скрылся из зала, и его до утра не могли найти.
Когда стало известно, что Станиславский собирается ставить «Чайку», сестра Чехова, Мария Павловна, приехала в Пушкино, чтобы узнать, что за люди собираются играть эту пьесу. Мария Павловна, всю свою жизнь отдавшая брату, очень боялась, что постановка принесет Антону Павловичу новые страдания. Потом Чехов сам приходит на репетицию «Чайки»…
Ольга Леонардовна навсегда запомнила этот день – 9 сентября 1898 года, – день, когда она впервые встретилась с Антоном Павловичем. Узнав накануне от Немировича-Данченко, что Чехов будет на репетиции, она буквально летела по Воздвиженке – там находился Охотничий клуб, где шли репетиции, пока не было готово здание театра, – зная, что сейчас увидит писателя, которого любит вся Россия. Чехов посмотрел, поговорил с актерами… И ушел в недоумении – Станиславский не понял пьесу, актеры не слушали объяснений автора. Только благодаря Немировичу-Данченко, который очень любил и хорошо понимал драматургию Чехова, а также энтузиазму актеров спектакль состоялся.
Антон Павлович обратил внимание на Ольгу Книппер на премьере первого спектакля Художественного театра – пьесы «Царь Федор Иоаннович». Он был очарован ее царицей Ириной, всем об этом сообщал, но познакомиться так и не успел: на другой день уехал в Ялту.
Премьера «Чайки» в Художественном театре состоялась 17 декабря 1898 года. Первый акт прошел в абсолютной тишине – публика находилась в глубоком недоумении: все было непривычно – и пьеса, и исполнение, и оформление сцены. Но когда акт закончился, зрительный зал взорвался сумасшедшим восторгом. И пьеса, и талант Чехова-драматурга были реабилитированы.
Книппер играла Аркадину – стареющую актрису, не желающую замечать приближение старости. А ей было всего тридцать! То, как она сыграла это старение – не старость, а именно старение! – было незабываемо. Премьеру она играла с сильнейшим бронхитом, с температурой 39 – и после бурной премьеры слегла совсем.
Чехов в Ялте, получив поздравительные телеграммы, а затем – известие об отмене спектакля, решил, что болезнь Книппер лишь предлог, чтоб не волновать его новым провалом…
Весной 1899 года Чехов приезжает в Москву и идет на представление «Чайки». Актеры долго не играли (во время Великого поста спектаклей не было), помещение чужое, декорации тоже… Чехов был в ужасе. Станиславский еле смог его успокоить. Впоследствии Чехов не только принял постановку «Чайки», но и согласился, чтобы его новая пьеса – «Дядя Ваня» – тоже была поставлена в Художественном театре.
В игре Книппер в первую очередь отмечали ее непреодолимое сценическое обаяние и искренность. Она не играла, а жила на сцене – именно так учили своих актеров Станиславский и Немирович-Данченко. Образованная, интеллигентная, скромная, с тонким чувством юмора, с интересной внешностью – она всегда была в центре внимания. И тем не менее она, как и все актрисы Художественного театра, не была похожа на актрис того времени. Когда труппа Художественного театра была на гастролях в Санкт-Петербурге, ее чуть было не пропустили те, кто встречал на вокзале, – настолько приехавшие отличались от представлений о звездах.
Актрисы Художественного театра одевались всегда подчеркнуто строго: элегантно, но скромно – закрытые платья, простые длинные юбки, «английские» костюмы, никаких последних парижских туалетов, ярких красок, блеска и вычурности. Ольга
