– именно там развернулась трагедия. Лейтенант, шедший впереди Чапелл, задел нейлоновую рыболовную леску, соединенную с самодельной миной, собранной из гранаты и артиллерийского снаряда. Взрыв унес жизни шести морских пехотинцев; осколок попал Чапелл в шею, задев сонную артерию. Ее попытались эвакуировать на вертолете, но было уже слишком поздно. Фотограф Associated Press Анри Юэ, также находившийся при отряде, запечатлел ее последние мгновения, пока отец Джон Макнамара совершал над ней последнее таинство. Сам Юэ погиб в 1971 году: его вертолет был сбит северовьетнамскими войсками.
В 46 лет Дики Чапелл стала первой женщиной – военным корреспондентом, погибшей во Вьетнаме. Ее тело доставили в США в сопровождении шестерых морских пехотинцев. Вскоре она была похоронена с воинскими почестями. Комендант корпуса морской пехоты генерал Уоллас Грин отдал ей дань уважения: «Ее коллеги из прессы сказали, что она умерла рядом с теми, кого любила. И надо признать – уважение, восхищение и верность были взаимны».
Билет в один конец
Отправка американских «военных советников» в 1961 году, полномасштабное вмешательство США в 1965-м, постепенный вывод войск в 1969-м и заключение мирных соглашений в 1973-м – война во Вьетнаме была долгой и кровопролитной, через которую прошло множество журналистов. Сюда стекались репортеры печатных изданий, радио, телевидения, информационных агентств, кинохроники, не говоря уже о технических специалистах, операторах и звукооператорах. С ноября 1965-го по апрель 1966 года армия США выдала 1100 аккредитаций. Среди них выделялись «постоянные» – около четырех сотен, которые обычно оставались на год, пока их не замечали, и «туристы», приезжавшие группами с гидами и переводчиками, чтобы уехать через одну-две недели.
Сколько же специальных репортеров-женщин приехало во Вьетнам? В книге Вирджинии Элвуд-Экерс «Женщины как военные корреспонденты на Вьетнамской войне: 1961–1975» (Women War Correspondents in Vietnam war: 1961–1975) 1988 года насчитывается 72 журналистки, в основном американки. В свою очередь, Джойс Хоффманн в книге 2008 года «Сами по себе: женщины-журналистки и американский опыт во Вьетнаме» говорит о 467 женщинах, присутствовавших на протяжении всего конфликта, из которых более половины были американками. Отчасти такой разрыв объясняется различиями в роли, которую играли эти женщины: например, журналистка, никогда не выезжавшая на места боевых действий, вряд ли считается «специальным репортером». В целом, хотя собрать точную статистику сложно, можно примерно оценить число женщин, занимавшихся серьезными репортажами, в районе ста человек. Это делает Вьетнамскую войну значимым эпизодом в истории борьбы женщин за признание в журналистской профессии. Однако стоит учитывать и еще один важный факт: по меньшей мере четверть из них были внештатными, независимыми журналистками – то есть не принадлежали ни к одному конкретному изданию, что среди мужчин было крайне редким явлением. За этим скрывается иная реальность – женщинам часто было труднее получать возможность освещать события Вьетнамской войны.
Типичным примером внештатной репортерки была Катрин Лерой. Во-первых, потому что она приехала во Вьетнам в феврале 1966 года самостоятельно, без поддержки редакции, а во-вторых, на тот момент она вовсе не была профессиональной журналисткой. Ей только исполнился 21 год – возраст совершеннолетия. Родители, консервативные буржуа, предсказывали ей карьеру виртуозной пианистки, однако классическим партитурам она предпочитала джаз. В пятнадцать лет она уехала на год в Англию и вернулась с отточенным английским – знание языка ей еще не раз пригодится. Четыре года спустя она решила бросить себе вызов. Детство под опекой матери, вызванной слабым здоровьем (астмой) и хрупким телосложением (рост – 150 см, вес – 38 кг), не сделало ее менее решительной. Катрин записалась в клуб парашютистов и получила дипломы первой и второй степени в городе Шалон-сюр-Сон. К моменту отъезда во Вьетнам у нее уже был опыт 84 прыжка с парашютом! В то же время она работала в агентстве Manpower, где ей быстро стало скучно. Но именно в парашютном клубе она познакомилась с бывшим фотографом, который освещал войну в Индокитае. Его рассказы зажгли в ее глазах огонь – она поняла, что хочет стать фоторепортером. Катрин купила фотоаппарат Leica M2, тренировалась, снимая домашнюю кошку, а затем решилась купить билет на самолет в Лаос с намерением добраться до Вьетнама. О войне она знала только то, что читала и видела в журнале Paris-Match. На месте у нее не было ни связей, ни больших денег – только пленка на 500 франков (около 800 евро по сегодняшнему курсу) и столько же наличных. «Я уезжаю максимум на три месяца», – сказала она родителям. В итоге она провела там три года.
Случай Катрин Лерой был редким, но она далеко не единственная, кто купил «билет в один конец» во Вьетнам без поддержки редакции. Юрате Казицкас было 24 года, когда в 1967 году она приехала в Сайгон. Окончив Тринити-колледж, она только начинала карьеру журналиста в журнале Look. Однако газета не хотела отправлять ее во Вьетнам, а Newsweek и информационные агентства отвечали одинаково: «У вас недостаточно опыта, это слишком опасно». Тогда Юрате решила ехать самостоятельно, но при зарплате в 60 долларов в неделю не могла позволить себе билет на самолет и расходы на месте, даже учитывая, что жизнь в Сайгоне была относительно недорогой. Чтобы собрать деньги, она участвовала в телевизионной викторине Password на канале CBS[44], где выиграла 500 долларов. Воодушевленная победой, она отправилась во Вьетнам, надеясь, что журналы в итоге примут ее статьи.
В 1967 году во Вьетнам приехала еще одна молодая женщина-журналистка – австралийка Кейт Уэбб, ровесница Юрате Казицкас, которой также было 24 года. Уэбб начала свою карьеру секретарем в сиднейской газете Daily Mirror, постепенно перейдя к написанию статей о женщинах. Однако видя, что перспектив для развития в редакции мало, она решилась на смелый шаг – самостоятельно купить билет на самолет и отправиться в Сайгон.
В отличие от многих своих коллег, Фрэнсис Фицджеральд была человеком счастливой судьбы. Ее будущее казалось предопределенным: выйти замуж за представителя американской элиты, посещать роскошные отели по всему миру и устраивать блистательные званые ужины, где собиралась бы политическая элита – в основном из демократов. Благодаря президенту Кеннеди ее отец, известный адвокат с Уолл-стрит, стал директором ЦРУ, а мать, светская львица и активная демократка, была назначена представителем США в Комиссии по правам человека при ООН. Однако Фрэнсис не желала такой жизни. Выпускница Лиги плюща, она прониклась журналистикой через свои связи, но долгое время лишь занималась рутинной работой в прессе. В 1966 году она решила отправиться во Вьетнам – всего на месяц, как она думала. У нее не было ни постоянного работодателя, ни четких планов, о чем писать, но ее приезд уже отличался от
