Очень хорошо. Вам придется пройти с нами.
– Я арестован?
– Пока задержаны. До выяснения некоторых обстоятельств.
– Позвольте, – вмешался главный. – Дрошкевич мой лучший репортер. Буквально перед вашим приходом мы обсуждали сенсационный материал, который он должен сдать в номер. Поверьте, от выхода этого материала зависит безопасность Княжеча! А возможно, и не только Княжеча.
– Безопасность Княжеча, – веско сказал полицмейстер, – зависит исключительно от профессиональных и своевременных действий полиции, чем мы в данный момент и занимаемся. К вашему, как вы говорите, лучшему репортеру у нас есть несколько вопросов относительно насильственной смерти архивариуса Белецкого Иосифа Казимировича, а также… – он умолк, кашлянул. – Впрочем, вам это знать не обязательно. Сами пойдете, Ярослав Сергеевич, или…?
– Сам, – я поднялся.
– Я этого так не оставлю, – пообещал главный. – Ярек, не волнуйся, я сейчас же звоню «Гершковичу и Компании». Они разберутся.
«Гершкович и Ко» была известной в городе адвокатской конторой, куда наша газета обращалась за юридической помощью неоднократно.
– Ваше право, – благосклонно кивнул полицмейстер. – Однако уверяю вас, что если ответы Ярослава Сергеевича убедят нас в его невиновности, он скоро к вам вернется без всяких Гершковичей и напишет статью. О чем, кстати, материальчик будет, не о вампирах, часом? Хе-хе. А то, понимаете ли, ползут вздорные слушки по городу.
Главный промолчал.
Мы вышли из кабинета, затем в коридор и, наконец, на улицу. Здесь нас уже ждал «Руссо-балт» городского полицейского управления.
– Поедем на авто? – не удержался я. – Шикарно.
– Цените, Ярослав Сергеевич, цените, – сказал полицмейстер с коротким смешком. – Не всякому такая честь.
Не нравился мне его тон. Создавалось впечатление, что его превосходительство полицмейстер Княжеча Горчаков Дмитрий Борисович уже все для себя решил, и как бы искренне я ни отвечал на вопросы, скоро мне свободы не увидать. Я достаточно долго проработал в тесном сотрудничестве не только с сыскным отделением, но и с городской полицией Княжеча в целом и знал о ее методах. Иногда они бывали весьма и весьма нелицеприятными и даже противозаконными. Вплоть до подбрасывания улик и выбивания признания с помощью пыток или шантажа.
– Смирнов и Бойко с задержанным – назад, – скомандовал Дмитрий Борисович, – усаживаясь на переднее сиденье рядом с шофером.
Меня стиснули с двух сторон мощные плечи околоточных. Фыркнул и застучал мотор (совсем некстати я подумал о том, насколько бесшумно работают автомобильные моторы в будущем).
– Поехали, – скомандовал полицмейстер. – В управление.
Глава 11
Старый знакомый
Они успели. Сказался опыт Сыскаря по оказанию первой помощи в случаях повреждения сонной артерии и скорость, с которой Яруча доставили к хирургу. Здесь пришлось воспользоваться связями заказчиков, по-другому не получалось. Сыскарь позвонил им прямо из машины и сообщил, что нужен врач, который сделает срочную операцию, не задавая лишних вопросов и, разумеется, не ставя в известность полицию.
– Пулевое? – деловито поинтересовался Николай Король. – Спрашиваю, чтобы сразу сообщить врачу, к чему ему готовиться.
– Нет. Разрыв сонной артерии.
– Это Симай?
– Нет, вы его не знаете. Но поверьте, ранение он получил в ходе активных поисков вашей дочери.
– Я знаю этого человека?
– И снова нет. Мы привлекли его по своей инициативе и полностью ему доверяем. Но по некоторым причинам ему не стоит светиться в полицейских протоколах.
– Ясно. Запоминайте адрес. Улица Овражная, дом двадцать семь. Это частная клиника.
– Улица Овражная, дом двадцать семь, – повторил Сыскарь.
– Спросите доктора Анатолия Витальевича, он будет вас ждать.
– Доктор Анатолий Витальевич.
– Он бывший военврач, хирург, все сделает. Платить ему не надо.
– Хорошо. Спасибо.
– Скажите… – Николай умолк.
– Обнадеживать зря не стану, – догадался о незаданном вопросе Сыскарь. – Но могу сказать, что мы не стоим на месте и не ходим по кругу.
– Этого мало. Хоть намекните! Жена с ума сходит.
– Я и так сказал слишком много. Помните, что у нас договор. До связи.
Анатолий Витальевич сделал все как надо, хотя и не удержался от комментария:
– На нож это не похоже.
– А это и не нож, – ответил Сыскарь.
Врач явно ждал продолжения объяснений, но их не последовало. После непродолжительного совещания было решено, что до утра Яруч останется в клинике (на этом настаивал врач), а завтра Ирина навестит его.
– Лучше, конечно, забрать к нам, – сказал Андрей. – Клиника, даже частная, это клиника. Какая-нибудь медсестра проболтается, что у них лежит человек с разорванной сонной артерией без документов и… – он замолчал, прикурил сигарету (импровизированное совещание проходило на открытом воздухе, в небольшом саду, принадлежащем клинике), выдохнул дым.
– Что «и»? – спросил Кирилл с любопытством.
– Тебя еще нам не хватало, – сказал Симай.
– Он помог, – заступилась за Кирилла Ирина. – И очень.
– Я все понимаю, – сказал Кирилл. – За меня можете быть спокойны. Я на вашей стороне.
– Еще бы, – хмыкнул Симай. – Кто не на нашей стороне, тот долго не живет. А ты, вроде, не дурак. И слишком молод, чтобы умирать. С другой стороны, те, кто на нашей стороне, тоже рискуют, и еще как. Посмотри на Леслава.
– Я не боюсь, – гордо выпрямился Кирилл.
– Это зря, – сказал Симай. – Бояться, как раз надо.
– Вампиры идут с нашей стороны туда, – пояснил Сыскарь. – Значит, очень вероятно, что у них здесь, у нас, имеются помощники.
– Обязательно имеются, – подтвердил Симай. – Можешь мне поверить. У них всегда есть помощники.
– Вот поэтому чем меньше народу будет знать о Яруче и его ране – тем лучше, – продолжил Сыскарь. – Не будем также забывать, откуда он. Еще ляпнет что-нибудь от великого изумления – выкручивайся потом. Поэтому завтра, если не будет осложнений, ты, Ириша, заберешь домой нашего доблестного коллегу из Российской империи.
– Почему я? – спросила Ирина. – А вы что собираетесь делать?
Андрей и Симай переглянулись.
– Я могу уйти, – сказал Кирилл.
– Не парься, – покачал головой Сыскарь. – Не в тебе дело.
– Нам нужно увидеть Бертрана, Ир, – сообщил Симай. – Бертрана Дюбуа. Он может помочь.
– Погодите, – Ирина нахмурилась, вспоминая, отчего между ее бровей легла очаровательная морщинка. – Бертран Дюбуа. Это тот
