и курьеров.
Послышался лязг тяжелого запора, а затем в кабину, словно вихрь влетел невысокий взъерошенный парень неопределенного возраста в дорогом костюме с пятнами от машинного масла на полах пиджака.
Он почти оттолкнул сидевшего в пилотском кресле Джека, сорвал тот самый фрагмент отделки на углу приборной панели и увидев кнопку расхохотался.
Джек торопливо освободил кресло, а гость хлопнул его по плечу и воскликнул:
– Как же я вас люблю, ребята!
А потом бессильно упал на освободившееся место, счастливо улыбаясь.
– Ну, Сэм, может ты теперь разъяснишь, что и почем? – задал вопрос Марк садясь в штурманское кресло, а Джек стоя пристроился позади него – так ему было удобнее.
Визит странного незнакомца немного напугал его, зато сонливости, как не бывало.
– Короче так, полгода назад мы проводили серию экспериментов. Или раньше? Ну, не суть, – отмахнулся Сэм и снова засмеялся. – Короче, потеряли два экспериментальных образца.
– Ты имеешь виду «мусорщики»?
– Ну, да. Вот этот и еще один. То есть, они оставались на нашей орбитальной базе, но там этих посудин пропасть, ведь это гигантская промышленная площадка. Доки, ангары, цеха, причалы с готовыми судами. Эдакая трехмерная, блин, бесконечность… – начал рассказывать инженер Сэм, дополняя рассказ активной жестикуляцией, рисуя в воздухе, то огромный ангар, то длинный причал, то выписывая знак бесконечности.
– Там в ящике рядом с тобой, «аква» без газа, – напомнил Марк немного знакомый с привычками инженера Сэма.
– А, спасибо, очень кстати…
Сэм открыл бокс и выхватив литровую бутылку, мгновенно свернул пробку и разом выпил почти половину.
– Вот, другое дело, а то я без воды, как паровой дискриббер. Короче, была одна тема, ну очень секретная, поэтому заметного отражения в отчетности почти не нашла. А еще праздники наложились и чей-то день рождения. И вот, когда наступил понедельник, все вернулись на работу со сплющенными рожами и полным отсутствием информации чем занимались в минувшую неделю.
– Весело! – не удержался от комментария Марк, а Джек только улыбнулся, представляя эту картину со «сплющенными рожами».
– Одним словом, потерялись два экспериментальных борта, на которые были установленные совсем уже секретные узлы снятые с трофейных аппаратов, ну вы понимаете – «объектов иной технической культуры». Это у нас так принято обходить всякие политические дела.
– У нас тоже, – заметил Марк.
– Да? Ну, значит вы меня понимаете. Потеря двух экспериментальных судов дело серьезное. Стали искать, но мешал режим секретности. Никто же ничего не записывал, никак не фиксировал и все давали подписку о неразглашении. Короче, нарушая все секретные параграфы, один борт все же удалось найти, а еще один, как в воду канул. Появились коллеги, которые стали выдвигать предположение, что второго могло и не быть вовсе, что его придумали в «отделе эксперимента», то есть в нашем отделе. И мы уже и сами начали сомневаться в том, что было два аппарата. Все таки праздники, да еще затянувшиеся.
Гость вздохнул и допил остававшуюся в бутылке «акву».
Джек увлеченно следил за выступлением незнакомца, открывая для себя неизвестный прежде мир технического эксперимента.
– Короче, поскольку бытие определяет сознание, я и сам под давлением окружающего социума начал верить в то, что экспериментальный объект был в единственном числе. И вот мне звонит Марк и сообщает такую информацию – дескать, найдена кнопка, которую я лично ставил на готовом судне, вот этими самыми руками.
Тут инженер Сэм изобразил в воздухе какую-то совсем непонятную фигуру, а Джек с Марком понимающе кивнули.
– А в чем была суть эксперимента? – осторожно поинтересовался Бачинский.
– Ну, ребята… Я не могу вот так – налево и направо раздавать госсекреты, поймите меня правильно.
– Хорошо, не нужно секретов, к тому же мы с Майком все равно бы и половины не поняли. Скажи, нужно ли ему чего-то опасаться в процессе эксплуатации этого красавца? – уточнил Бачинский.
– Нет, после экспериментов все связи размыкались и заново подсоединяли только при следующей сессии испытаний. Это правило. Так что в спокойном состоянии ваш гипермахт ничуть не опасен, как и его вспомогательные эйс-узлы.
– А что будет, если случайно эти связи будут восстановлены?
– Что значит случайно? – уточнил инженер Сэм с подозрением посмотрев на Марка, потом на Джека и снова на Марка.
– Ремонтники, сэр, – подал голос Джек, поддерживая игру наставника. – У них все просто – есть проводка, нужно чтобы работала. Они вначале делают, а потому уже смотрят на инструкции и эксплуатационные требования.
– Эх, ребята, похоже у вас и у нас служат одни и те же работники! – воскликнул инженер и снова расхохотался, а потом вернулся к ящику с «аквой» и начал пить из новой бутылки.
– Короче, лучше вам за ними приглядывать, – произнес он оставляя пустую тару и отдуваясь. – Потому что, если им удастся запитать гипермахт, ваше судно начнет совершать… Ну, скажем так, непредвиденные маневры, кабы не сказать хуже.
– В пределах орбит Лимы-Красной? – уточнил Джек.
– Не факт.
– Слушай Сэм, но если «не факт», как вы вообще сохранили экспериментальные суда, я уже не говорю о пилотах?
– Ой, да кто там считает этих пилотов? – отмахнулся гость и после небольшой паузы, снова расхохотался, довольный выражением лиц своих собеседников. – На самом деле там все на автоматике. Сюда сажают робота-дублера похожего по анатомии на человека и он тут всем заправляет.
– А кнопка-то зачем? – задал вопрос Джек. – Ею пользовались?
– Нет. Схема испытания гипермахта собрана по теоретическим разработкам и в процессе экспериментов до его включения даже не добрались. Там и других новинок хватало, ну, то есть, на этой версии «мусорщика».
– А вот этот «гипер» с узлами у вас не подотчетен? – уточнил Марк.
– Ой, только давай мы об этом говорить не будем. Поверьте, ребята, у нас хватает специально обученных людей, которые группу эксперимента по этому направлению уже многократно во все места.
Сэм вздохнул и на мгновение будто отключился, уставившись в пространство.
Джек с Марком переглянулись, но тревожить гостя не стали. Через несколько секунд тот оттаял, резко поднялся и оглядевшись, словно проверяя не забыл ли чего, сказал:
– Поеду я, ребята, на объекте еще дел полно. Приятно было пообщаться и все такое. Провожать не нужно.
И быстро вышел из кабины, оставив хозяев в некотором недоумении.
– На первый взгляд немного странный парень, – заметил Джек и подойдя к пилотскому креслу осторожно в него опустился, затем развернулся к кокпиту и провел пальцами по всей панели, словно восстанавливая былые ощущения. – А ты знаешь, Марк, я только сейчас эту кнопку вспомнил.
– Что значит «только сейчас»?
– А то и значит, что ты мне втолковывал про какую-то кнопку, а я боялся тебе признаться, что впервые о ней слышу.
