class="p1">– Да ладно!
– Именно. Поддакивал тебе, вроде как я в курсе, а на самом деле была абсолютная пустота.
– А теперь?
– А вот теперь все вспомнил. И как тебя за ноги держал, пока ты со сканером вниз головой нырял, и как воняли изнутри эти защитный костюмы.
– Это триктозин, консервант для пластика.
– Возможно. Но знаешь, какой образ мне теперь вспомнился?
– Какой?
– Силуэт того мерзавца-радиопатронщика. Вот когда он ударил по моему «мусорщику», тогда и начались проблемы с памятью, только это было оттянутый эффект.
– Отложенный.
– Возможно, – кивнул Джек, заметив, что его пальцы остановились на этой нелегальной кнопке, нажать на которую хотелось, даже зная, что она пока ни к чему не подключена. – Так что мы дальше будем делать? Забудем про эти гипермахты и прочие дела, как рекомендовал этот странный парень?
– И как ты себе это представляешь? – уточнил Бачинский улыбаясь.
– Никак не представляю. Если есть кнопка, ее нужно нажимать. Но…
– Что «но»?
– В определенный момент.
– В определенный момент, – согласился Бачинский, но для этого нужно восстановить все подключения.
– Восстановим, – кивнул Джек. – Это мы обязательно восстановим.
21
Думал ли когда-то Харви Флексит, что ему придется улыбаться таким мерзким мордам, как этот Чарли Смит?
Да никогда. Приходилось, конечно, иметь дела с отвязными ублюдками, выныривавшими на свободу лишь на пару недель, чтобы потом снова погрузиться в глубины долгих тюремных сроков.
Незнакомые с изменившимся миром, они шли на грабеж и за копеечные доходы отправлялись в привычную обстановку.
Были и те, кто половчее. Они торговали всем – от наркотиков до живого товара, часто меняли охранников и союзников. Бегали глазками при личных встречах и, как правило, вскоре попадали на мушку пистолета.
Но Чарли Смит был Флекситу куда более неприятен. Этот мнил себя вершителем судеб, носил пиджак с подкладными ватными плечами и начинал разговор с того, что объявлял свою долю в пятнадцать процентов с оборота.
Не с прибыли проекта! С оборота!
И некоторые соглашались, правда лишь те, кто в своих проектах поднял планку прибыли до небес, найдя по счастливому случаю совсем уж глупого инвестора.
Чарли Смит предпочитал проворачивать не частые крупные сделки, чтобы брать пореже, но сразу помногу, а в остальное время имитировал службу в городском департаменте демонстрируя постоянную занятость.
На первый взгляд он занимал не такую уж заметную должность, всего-то – начальник городской картографической службы, однако от объективов его недорогих спутников в черте города нельзя было скрыть ни одной нелегальной постройки.
Чарли Смит мог, на какое-то время закрывать глаза на ведущееся не по правилам строительство, а потом еще задним числом делать ему разрешение и пристраивать информацию в архивном «облаке» городской администрации.
Одним словом, человек был нужный, важный и высокооплачиваемый.
Перед этой встречей Флексит контактировал с ним уже дважды.
В первую встречу разговор длилась всего секунд пятнадцать, когда Харви перехватил чиновника на отрезке от лимузина до охраняемого порога мэрии.
Второй раз, перед дверями клуба для доступа в который требовались особые рекомендации.
Но тут удалось поговорить уже с полминуты, чтобы обозначить возможные интересы Чарли Смита. И названные цифры его заинтересовали. Тогда-то Флексит и получил эту официальную аудиенцию в скромном кабинете находившимся в административном комплексе мэрии.
Однако, он не собирался платить этому чинуше те суммы, которые наобещал перед клубом, но все должно было идти своим чередом.
– Ну, вы давайте, мистер Флексит, раскладывайте уже ваши документы, – начал подгонять посетителя чиновник, рассматривая ногти после утреннего визита к маникюрше.
– Я уже, сэр, я уже… – отозвался Харви, стараясь скрыть присущие ему властные нотки в голосе, которые могли его выдать.
Пока что он играл застройщика-простака, торопливо раскладывая на огромном письменном столе принесенные папки с документами в твердых копиях.
Можно было обойтись, конечно, и электронной версией, однако твердые копии для изучения были более удобны, к тому же это прибавляло значимости всей процедуре с этим шелестом бумаг, разворачиванием документов и глубокомысленными «так-так» или «понятненько».
Значимость этой процедуры должна была помочь клиенту смириться с потерей большой суммы, к тому же имелись усиливающие фразы «ой, а вот это сделать будет не так просто» или «даже не знаю, как я буду это протаскивать, меня просто сожрут.»
– Но позвольте!.. – воскликнул вдруг чиновник, едва взглянув на первый развернутый лист документации. – Здесь же пять объектов, а мы договаривались об одном!.. Это же совсем другие… трудовые затраты!
– Да полноте, Смит, один или пять – какая разница? Давайте маханем все разом, чтобы мне сюда лишний раз не бегать и вас не отвлекать.
Тут Смит впервые внимательно взглянул на сидевшего перед ним посетителя и встретившись с его взглядом, быстро отвел глаза.
– Боюсь я ничем не смогу вам помочь, мистер…
– Не спеши, Чарли, – произнес Флексит и толкнул по полированной столешнице пухлую папку.
Чиновник взглянул на нее, потом на слишком уверенного посетителя, которого могли вышвырнуть отсюда охранники, стоило лишь нажать тревожную кнопку под столом. Однако, вид пухлой папки останавливал Смита. А что если там… огромный аванс?
В ней аванс вполне мог уместиться.
Наличные, это было против правил, но среди застрощиков попадались разные люди. Один даже приходил с пистолетом, но все обошлось недолгим курсом лечения в больнице, а потом Смит целых две недели ходил по административному корпусу героем, пока всю славу не перетащил на себя второй заместитель мэра, которого переехала ассенизаторская машина.
Смит решительно расстегнул пухлую папку и лучше бы он этого не делал. Едва он ее раскрыл, во все стороны посыпались глянцевые фотографии, сделанные с высокой четкостью и в максимальном цветовом исполнении.
Тут были его дом в Пенкси, дом в Лабау, вилла на берегу Озера Тори, шале в Ридли-Карсо и даже гостиничный комплекс «Орион» в курортной долине Семи Ручьев, где у него была доля в сорок процентов.
И все бы ничего, но он по глупости кичился своим богатством перед не слишком знакомыми людьми. Ему мало было заплатить проституткам за их непосредственную работу, он приплачивал им сверху за то, чтобы они играли роль «восхищенных леди».
Он водил их по комнатам, залам, пользовался их услугами возле бассейна, а затем демонстрировал роскошную столовую и патио.
Ну, а что? Какой смысл в богатстве, если его некому показать? Если о нем никто не знает? И только сейчас Чарли понял, что беспристрастные охранные системы снимали каждый его шаг и каждое движение там – у бассейна.
А вот отличная, практически журнальная фотосессия в гараже, рядом с его коллекционным «орио-дрим» и «идальго–100» за полтора миллиона дро. И все его гостьи на дорогой
