рассчитан. Он был высок — почти на голову выше Ниры — и когда подошел ближе, она почувствовала исходящую от него ауру власти и опасности.
Пальцы грубо сжали её подбородок, заставили поднять голову. Кожа его ладоней была удивительно тёплой для дроу, но прикосновение жёсткое, властное. Он повернул её лицо из стороны в сторону, изучая профиль, линию челюсти, будто она была товаром на невольничьем рынке.
— Чем же так уникально твоё предложение? — в его голосе звучала холодная насмешка. — Ко мне приходят десятки просителей каждый день. Среди них бывают женщины значительно красивее тебя — дочери лордов, торговки, куртизанки, обученные всем искусствам любви. Любую из них я могу взять и использовать, как пожелаю. Достаточно щёлкнуть пальцами, и сотни красавиц готовы раздвинуть ноги для меня.
Он отпустил её подбородок и начал медленно обходить вокруг неё, как хищник, изучающий добычу, пойманную на обед. Нира чувствовала его взгляд на своей спине, и от этого по коже бежали мурашки.
— Да и тебя, — продолжал он тем же равнодушным тоном, — я могу прямо сейчас разложить на этом ковре и отыметь в любой позе, а потом приказать выкинуть на улицу голышом. Или отдать своим людям на забаву — они с удовольствием передадут тебя из рук в руки, пока не наиграются.
Он остановился позади неё, и его близость давила как физическая тяжесть. Нира слышала его дыхание совсем близко, чувствовала тепло его тела.
Пальцы коснулись застежек её плаща, медленно, почти лениво их расстегнули. Тяжёлая ткань соскользнула с плеч и упала к ногам. Теперь на ней осталось только простое платье — одежда бедной девушки, которая не могла позволить себе ничего лучшего.
Ладони легли ей на плечи, большие, тёплые, с мозолями от рукояти меча. Медленно скользнули вниз, оглаживая силуэт через тонкую ткань. Одна рука задержалась на талии, другая поднялась выше, к груди.
Нира дрожала всем телом, но не смела пошевелиться. Страх сковал её мышцы, превратив в статую.
Пальцы Кейлета легли ей на грудь, ощупывая округлость сквозь лиф. Затем сжались, больно сдавив сосок через ткань.
— Нет! — вырвалось у неё, и голос прозвучал громче, чем она ожидала. — Не смей!
Эффект был мгновенным и ошеломляющим. Дун’тари замер как громом поражённый, словно её слова ударили его физически. Он резко отшатнулся, будто обжегшись, и несколько секунд стоял неподвижно, тяжело дыша.
— Что… — выдохнул он хрипло, и впервые в его голосе прозвучала настоящая эмоция. Растерянность. Смятение.
Нира стояла, прижав руки к груди, не понимая, что только что произошло. В воздухе повисла тишина, тяжелая как надгробная плита. Король преступного мира смотрел на неё так, словно увидел призрака.
Глава 2
Кейлет медленно выпрямился, и Нира увидела, как на его лицо вновь опускается маска холодного равнодушия. Красные глаза погасли, словно кто-то задул пламя, и снова стали похожи на осколки льда. Только едва заметная дрожь в пальцах выдавала недавнее потрясение.
— Интересно, — произнес он тихо, почти шепотом, но в тишине зала каждое слово прозвучало отчетливо. — Очень интересно.
Он отвернулся от неё и медленно вернулся к своему трону. Опустился в кресло с той же хищной грацией, что и поднимался, но теперь его поза была другой — более напряженной, настороженной.
— Ты останешься здесь, — голос прозвучал ровно, но в нем слышалась стальная нота, не терпящая возражений. — Посмотрим, на что способна твоя… дерзость в менее формальной обстановке.
Нира почувствовала, как кровь отливает от лица. Что он имел в виду? Страх сжал горло тугой петлей.
— Но мой брат… — начала она.
— Будет освобожден, — прервал Кейлет, махнув рукой с таким же равнодушием, словно говорил о погоде. — Я сдержу своё обещания. Но наша сделка еще не завершена.
Он хлопнул в ладоши, и массивные двери тут же распахнулись. Вошли два охранника — та же эльфийка в кожаном корсете и новый человек, которого Нира не видела раньше. Широкоплечий, с бритой головой и шрамами на руках, он больше походил на палача, чем на простого телохранителя.
— Отведите гостью в красную комнату, — приказал Кейлет, не сводя с Ниры пристального взгляда. — Пусть освоится. Я навещу её позже.
Красная комната. Нира не знала, что это может означать, но от этих слов у неё по спине пробежал холодок.
— Идем, крошка, — эльфийка взяла её под локоть с обманчивой мягкостью. — Лорд не любит ждать.
Они вывели Ниру из тронного зала и повели по запутанным коридорам особняка. Стены украшали картины и гобелены, изображающие сцены охоты и войны. На полу лежали ковры из дорогих мехов — медвежьих, волчьих, а в одном месте она заметила шкуру какого-то экзотического зверя с серебристой шерстью.
Они поднимались по винтовым лестницам все выше и выше. Окна становились меньше, коридоры уже. Наконец они остановились перед дверью из темного дерева. Человек-охранник достал массивный ключ и отпер замок.
— Добро пожаловать в апартаменты для особых гостей, — усмехнулась эльфийка, толкнув дверь.
Нира переступила порог и замерла в ужасе.
Комната была просторной и роскошно обставленной. Стены обтягивала темно-красная ткань с золотыми узорами, пол покрывали мягкие ковры, а у окна стояли кожаные кресла. Горел камин, отбрасывая танцующие тени на стены. На первый взгляд все выглядело как богатая спальня знатного господина.
Но детали превращали ее в кошмар.
На стенах между гобеленами висели кожаные плетки разных размеров — от тонких, почти изящных хлыстов до тяжелых кнутов с металлическими наконечниками. Рядом с ними были развешены цепи, кандалы, шелковые веревки разных цветов и странные кожаные приспособления, назначение которых Нира боялась даже представить.
В углу стоял деревянный стол, но не обычный — его поверхность была снабжена ремнями и кольцами для цепей. По краям располагались крючки и зажимы неизвестного назначения. Рядом возвышалось нечто похожее на дыбу, только более изящное, покрытое красной кожей.
У окна красовалось кресло с высокой спинкой, но его подлокотники были утыканы крюками для цепей, а к ножкам прикреплены металлические кольца. На маленьком столике рядом аккуратно разложены были инструменты — серебряные зажимы, перья, флаконы с жидкостями.
Но самым пугающим был огромный гобелен на противоположной стене. На нем была изображена сцена из мифологии дроу — паучья богиня Лолт в окружении своих жриц. Женщины в черных одеяниях стояли над коленопреклоненными мужчинами, держа в руках плети и цепи. Глаза богини, выполненные рубинами, казались живыми в свете камина.
— Нравится декор?
