недели, и знаешь что самое мерзкое? Она позиционирует это как инициативу императорской семьи. Будто именно Романовы стояли у истоков всей этой истории с приютами и благотворительностью, — Алиса скрестила руки на груди. — Там будет вся аристократия, пресса, телевидение. Она устраивает грандиозное мероприятие.
Я молчал, глядя на приглашение. Золотое тиснение, герб Романовых, каллиграфический шрифт. Всё красиво, всё помпезно, всё фальшиво. Но меня сейчас занимало совсем другое.
— Ты же пойдёшь? — спросил я.
— Конечно пойду. Я не собираюсь прятаться, пока эта... — Алиса подобрала слово, — ...особа, присваивает себе чужие заслуги. Кто-то должен показать людям, кто на самом деле стоит за всей этой благотворительностью.
— Хорошо, — кивнул я. — Держи меня в курсе.
Алиса посмотрела на меня чуть дольше, чем нужно для делового разговора, и спросила:
— Ты точно в порядке?
Нет. Конечно же нет. Я смотрю на тебя и вижу человека, который забыл, что любит меня. И от этого хочется разнести к чертям всю эту империю вместе с её тронами и коронами.
— Да, всё нормально, — ответил я. — Просто устал.
Она кивнула и вернулась к документам. Я встал, вышел из кабинета и несколько секунд стоял за стеклянной стеной, глядя на неё. Она уже снова была поглощена работой и не смотрела в мою сторону.
Я дал себе клятву. Тихую, молчаливую, но от этого не менее твёрдую. Я выиграю эту войну. Решу вопрос с Императором и верну ей память чего бы мне это ни стоило.
Уже спускаясь в лифте, я прокручивал в голове разговор: Анастасия, бал, аристократия, императорская семья… Мне казалось, что я упускаю что-то важное.
Но голова отказывалась внятно работать. Все мысли последних дней были только о неопровержимых доказательствах родства с Романовыми. Я перебрал множество вариантов и понял, что ДНК-экспертиза – единственный вариант, который не оспорит никто. Но где взять образец? Подобраться к Императору невозможно. Я неделю ломал голову и каждый раз упирался в один и тот же тупик: как мне раздобыть ДНК Императора? Как это будет?
“Здравствуйте, Ваше Величество, не могли бы вы поплевать в стаканчик? Мне всего лишь нужен образец вашей слюны для одного небольшого переворота.”
Ага, звучит достаточно правдоподобно.
И тут я остановился. Лифт уже открыл двери на первом этаже, но я стоял и не выходи.
— Твою мать, Уваров, и как ты раньше не подумал об этом? Мне не нужен Император, чтобы доказать родство с ним. Мне нужно просто сходить на бал! — стукнул я себя по лбу и бросился к выходу.
Глава 14
— Даниил, скажи мне что ты шутишь, — раздался в трубке голос Максима, мы с ним не общались несколько месяцев. Мой давний друг окончательно обосновался в Москве и не собирался возвращаться.
— Когда я в последний раз шутил по телефону? — ответил я.
— Никогда, в этом-то и проблема, — вздохнул он. — Тебе действительно нужно устроиться официантом на благотворительный бал Анастасии Романовой?
— Не устроиться, а попасть туда в качестве обслуживающего персонала. На один вечер. Через твои старые контакты в кейтеринге.
Повисла пауза, во время которой Максим, судя по сопению в трубке, пытался сообразить, как его жизнь дошла до того, что ему среди ночи звонят с телефона какого-то репера и просят пристроить государственного преступника разносить канапе на балу у племянницы Императора.
А мне это было нужно больше, чем он мог себе представить. Я неделю бился над вопросом, как добыть ДНК Императора, пока не понял, что мне не нужен сам Император. Достаточно доказать родство с любым из Романовых, а Анастасия – лучший из вариантов и её благотворительный бал был идеальным местом, чтобы незаметно раздобыть образец.
— Ты ведь помнишь, чем это закончилось в прошлый раз? — осторожно спросил Максим.
Я рассмеялся. Конечно же я помнил. Тогда, казалось целую вечность назад, мы с ним уже проворачивали подобное и тот вечер стал для нас обоих началом совершенно другой жизни.
— В итоге это закончилось тем, что ты из официанта стал уважаемым человеком, живёшь в Москве и работаешь с одним из богатейших купцов империи в качестве его приближённого, — напомнил я.
— Это для меня, — парировал Максим. — А для тебя? Ты в розыске, не можешь выйти на улицу без маскировки, а мне звонишь с номера какого-то подручного одного из реперов.
— Ты просто не знаешь всего контекста, — спокойно ответил я. — И это не “один из реперов”, а сам Чёрный Пёс.
— Да хоть Белый Конь. Я знаю тебя, Даня, и знаю, что ты опять что-то задумал — сказал Максим, а затем выдохнул. — И ещё понимаю, что у меня нет шансов тебе отказать.
— Ты действительно меня хорошо знаешь, — рассмеялся я.
— Пожалуй слишком хорошо, — сказал Макс. — Именно поэтому уверен, что ты как-нибудь выкрутишься и мы все потом ещё удивимся, как ты умудрился извлечь для себя выгоду из всего этого безумия.
Я мысленно усмехнулся. Если бы он знал, что именно я собираюсь из этого извлечь, то удивляться он начал бы прямо сейчас.
— Мы тут все за тебя очень переживаем, Дань, — продолжил он. — Знаешь, Морозов недавно сказал: “Если Уваров пойдёт с танками на Зимний, то я встану у него на пути”. А потом расхохотался.
Я улыбнулся. Когда-то я остановил Морозова от бунта, который мог стоить ему головы. С тех пор у нас появилась эта шутка про танки и Зимний.
— Передай Морозову, что возможно это будут его танки, — сказал я.
Максим засмеялся, а потом вдруг затих и настороженно спросил:
— Ты ведь сейчас пошутил?
— А ты как думаешь? — без тени улыбки ответил я.
***
Благотворительный бал
— Эй, новенький, двадцать третий столик ждёт шампанское уже пять минут! — прошипел мне в ухо коренастый официант с усами, напоминающими два разжиревших таракана.
— Сейчас, — ответил я, не отрывая взгляда от дальнего конца зала, где Анастасия Романова в белоснежном платье принимала очередную порцию восхищённых комплиментов.
— Ты сюда не на красивых аристократок пришёл смотреть, а работать, — усатый ткнул мне
