того, что после смерти отца Когтевой в усадьбе появился странный человек, представившейся Мессией, и быстро втёрся в доверие к искалеченной медведем баронессе. Она к этому времени и так уже была на грани помешательства, поэтому быстро попала под влияние незнакомца. Тот заявлял, что является посланником Тёмного Князя и специально явился в дом Когтевой, чтобы даровать ей былую красоту и здоровье. Мол, Господь отвернулся от таких, как Татьяна Гавриловна, поэтому больше не властен над ней.
Вскоре этот самозванный Мессия стал полноправным хозяином в поместье. Сама Когтева признала его своим господином и наравне со всеми работала как простая крестьянка. Не остановившись на достигнутом, одержимый стал набирать себе “приход” из таких же убогих и обиженных жизнью людей. И под его чары попадали не только безграмотные люди. Среди сектантов оказалось несколько человек из аристократических родов, а также из богатых купеческих семей.
Вначале Мессия обрабатывал всех словами, а потом начались и дела. Каждую весну сатанисты стали приносить в жертву невинных девиц. Причём не просто умерщвляли, а каждый из членов секты должен был срезать часть кожи с тел девушек. Там ещё много творилось такого, отчего комок подступал к горлу. В конце допроса я еле сдерживалась, чтобы не устроить самосуд. И не только я. Спасибо отцу Иннокентию. Он помогал нам усмирить разбушевавшиеся эмоции.
С первыми лучами солнца, оставив простых сектантов в селе дожидаться полицейских из Шлиссельбурга, мы повезли бесноватого в столицу. Недалеко отъехали, когда увидели чёрный дым от большого пожара. Видимо, не удержались местные жители и сожгли усадьбу Когтевой.
— Правильно сделали, — мрачно прокомментировал пожар Саблин. — Проклятое место нужно уничтожать сразу. Я бы сам так поступил.
57
Всю дорогу до Петербурга опять лил дождь. Наши кареты застревали в грязи, и один раз даже слетело колесо. Пока его ставили на место, мы с Саблиным допросили бесноватого. Вначале бес в этом “Мессии” откровенно смеялся нам в лицо, утверждая, что ничего ему сделать не сможем. После смерти своего носителя он найдёт новое тело и отомстит нам за испорченную игру.
Но как только одержимый узнал, что везём его не в простую тюрьму или монастырь, а к специалистам по таким вот тварям, быстро сменил пластинку. Обещал озолотить, пытался надавить на жалость. Мол, и рад бы жить тихо, да вот только сущность не даёт исправиться. Ей нужна власть над людьми и их страдания. Но теперь всё понял и осознал.
Даже обещал с самыми честными глазами, что изменится. Уйдёт в глухие леса и останется в них жить отшельником, чтобы никому не причинить вреда. Нам лишь остаётся развязать и отпустить не по своему желанию виновного преступника.
Смотреть на этот цирк было одновременно и познавательно, и мерзостно. Тварь, угробившая больше дюжины девушек, наслаждавшаяся их болью, была настолько жалка в своей трусости, что хотелось плюнуть ей в морду. Так что мольбы и уговоры на нас не подействовали.
Но даже такая тяжёлая дорога, когда-нибудь заканчивается. Поздно вечером мы наконец-то добрались до Петербурга. Юрий проводил меня до квартиры и хотел уже было распрощаться, как вдруг радостная Анфиса заявила, что был посыльный от Победоносцева. Константин Петрович приказал по прибытии явиться обоим немедленно, не глядя на часы.
Вздохнув, мы с ротмистром поплелись к обер-прокурору, понимая, что ничего хорошего от него не услышим. Несмотря на внеурочное время, Победоносцев сидел в своём кабинете среди вороха бумаг. Увидев нас, он удивлённо приподнял брови и хмыкнул.
Понять его можно. Мы, после раскисших дорог и схватки с сектантами, выглядели не лучшим образом. Рукав моего пальто надорван, подол юбки в грязи, а на скуле красовалась широкая свежая ссадина. Ротмистр же был и того “краше”.
— Мда… — после минутного молчания задумчиво произнёс обер-прокурор. — Извините, сесть не предлагаю. Боюсь за обивку кресел. Судя по вашему внешнему виду, деревенские приключения оказались не очень приятными.
— Так точно! — браво отчитался Саблин. — В результате незапланированной операции удалось ликвидировать банду сектантов, практикующих человеческие жертвоприношения! Нами задержан некий бесноватый главарь, выдававший себя за Мессию. По приезде в Петербург он был немедленно доставлен в Кресты. Потерь среди солдат моего отряда не имеется!
Осмелюсь доложить, что необходимо провести проверку полицейского управления Шлиссельбурга. Благодаря его попустительству сектанты долгое время действовали незамеченными. Также хочу отметить жителей села Ленское и местного церковного батюшку отца Иннокентия. Исключительно благодаря их активной помощи мы и смогли обезвредить сектантов. Так же…
— Хватит, Юрий Александрович, — перебил его Победоносцев. — Признаюсь, я заготовил для вас гневную речь, но теперь понимаю её бессмысленность. Вы действовали хоть и в нарушение некоторых инструкций, но по сути верно. Поздравляю с успешным выполнением задания… Вернее, своего долга. Думаю, что остальные дела потерпят. Сейчас вам обоим необходимы отдых и время, чтобы привести себя в порядок. Жду вас и Ирину Петровну завтра в полдень. И очень надеюсь, что за ночь вы не вляпаетесь в очередное приключение.
— Рады стараться! — рявкнул Юрий.
— Вляпываться?
— Служить Отчизне! Разрешите выполнять приказ отдыхать?
— Разрешаю, — неожиданно рассмеялся Победоносцев от такой игры ротмистра в исправного служаку. — Да! Ирина Петровна, вам есть что добавить к рапорту господина Саблина?
— Ничего, кроме одного. Благодаря учениям наш отряд неплохо сработался. Именно это стало залогом победы без потерь. Но считаю нужным продолжить тренировки… учения. Понимаю, что после последних событий вам тяжело будет отпускать нас за город, да только не ради удовольствия туда ездим.
— Принимаю ваши доводы. Хотя, признаться, и с некоторой неохотой. Уже привык, что все Стражницы под рукой. Кстати, в ваше отсутствие проявился в столице ещё один бесноватый. Полиция попыталась задержать его своими силами, но толком ничего не смогла и устроила стрельбу. В результате одержимый был убит.
Что это значит? То, что через несколько лет потерявший тело бес найдёт для себя новое пристанище и снова начнёт проливать кровь. Так что старайтесь без приказа лишний раз не покидать Петербург. Это не моя прихоть, а, как видите, мрачные реалии вашей службы. Всё. Не смею больше задерживать. Молодцы.
Дома я долго откисала в ванной, пытаясь смыть с себя не только грязь, но и липкое неприятное ощущение после общения с сектантами. Они, бесспорно, виновны. Но вместе с тем не покидала мысль, что мы, люди, сами сделали их такими. Своим равнодушием, брезгливостью оттолкнули от себя, практически отдав в руки одержимого.
Да, баронесса Когтева была душевно больна. Её психика не выдержала пережитого в молодости ужаса. Только ведь были и относительно вменяемые персонажи. Но копившиеся годами обиды перешли в озлобленность,
