Может, они хотят, чтобы мы принесли эту человеческую женщину в жертву? Тогда они вернут великую силу племени, – шаман орков бросил на меня быстрый взгляд.
Вслед за ним посмотрел и тот, кого он называл предводителем. Самый высокий из собравшихся, с черными длинными волосами. Свет факелов рельефно очерчивал его внушительные мышцы и опасно отражался в глазах. Я внутренне сжалась. Пережить костер, чтобы быть растерзанной ими? Это уже слишком. В носу защипало уже не от дыма, а от обиды на этот мир, проявивший ко мне столько жестокости. Теперь я даже не знала, что лучше – огонь или орки. В сказках рассказывалось о них столько ужасного!
– Мы не глупые звери, чтобы совершать подобное. Мы не приносим в жертву живых. Никогда. Пища духов – еда и вино, кровь врагов, добытая в сражениях. А не беспомощные, запуганные девчонки.
– Вы правы, мой предводитель, – тут же торопливо заговорил шаман, – прошу вас, дайте мне время разобраться, что именно сегодня пошло не так.
Вождь орков милостиво кивнул, отведя от меня свои пугающие глаза, собираясь сделать шаг прочь.
– Но что прикажете делать с ней? – поспешно спросил шаман.
Я перестала дышать, ожидая ответа – что он сейчас произнесёт? Убить? Съесть? Заковать, как рабыню?
– Верни её туда, откуда взял.
– Нет! – воскликнула я, не успев подумать. Я слишком хорошо помнила лизавшее меня пламя костра.
– Нет? – в голосе монстра зазвучало искреннее удивление. Он вновь повернулся и посмотрел на меня с чуть большим интересом.
– Нет, – мой голос упал до шепота. – Прошу, не возвращайте меня туда, где меня хотели сжечь.
– Сжечь? Но почему?
– Просто так вышло, – говорить, что меня обвинили в колдовстве, я не стала. Кто знает, как к этому относятся орки.
– Люди сжигают на кострах ведьм и колдунов, – выдал меня противный шаман.
– Вот как? Так ты ведьма? – пристальный взгляд прямо в душу.
– Нет. Это ошибка.
– Интересно. Но раз ты сама хочешь остаться…
Верзила сделал шаг по направлению ко мне, и я испуганно отпрянула.
– Не бойся.
Орк поймал меня огромными руками и потянул на себя. Я упиралась, но его руки, казалось, были сделаны из железа. Ничего не придумав лучше, я укусила орка, но он даже не поморщился, перекинув меня через плечо. С моей головы упал столько переживший со мной цветочный венок. Почему-то мне стало страшно, что орк наступит на него, раздавит – хрупкие, почти увядшие цветы, словно они были частью меня. Но он переступил.
– Ты ужасно пахнешь, – недовольно пробурчал вождь. – Гарью и страхом. Не люблю такой запах.
– Тогда отпусти… – с надеждой произнесла я.
– Ты мелкая, долго будешь идти.
– Куда идти? – я уже представила, как меня сажают в клетку.
– Мыться, куда же ещё?
– Я не буду! – тут же испуганно воскликнула.
– Такую грязную в шатёр не пущу. Хочешь на улице спать, как животное?
Я промолчала, не совсем понимая, что именно меня ждёт у орков дальше. Тем временем предводитель быстро дошёл до купальни и легко, словно я весила не больше пёрышка, опустил на землю.
– Мойся, – приказал вождь.
– А ты что, смотреть будешь? – хоть мне и было страшно, но всё же раздеваться перед орком я не собиралась.
Сжав руки на груди, я посмотрела на него исподлобья.
– На что тут смотреть? Меня дети не интересуют.
– Я не ребёнок, а взрослая девушка.
– Правда, что ли? – орк уставился на мою грудь, пытаясь разглядеть, что я прячу. – Я думал, люди крупнее. Уже и забыл, как вы выглядите.
– А разве вы людей не воруете?
– А на кой вы нам сдались?
– Для работы или еды…
– Для работы вы слабы, а для еды слишком тощие, – раскатисто засмеялся орк, и я поёжилась, заметив, как мелькнули внушительные клыки.
– Значит, есть не станешь?
– Костями подавлюсь.
– Тогда зачем я тебе?
– А не слишком ли ты любопытная? Перед тобой сам предводитель Драх’эн из племени Орн’Хал, а ты допрашиваешь меня, словно лазутчика. Где твоё уважение, маленькая женщина?
– Меня зовут Айлет. – Видимо, эта ночь притупила у меня чувство страха, потому что мне совсем не понравилось, как меня назвал Драх’эн.
– Ай̕ ла – та, кто поёт. Так звучит твоё имя на нашем наречии. Такие имена дают духи. Интересный подарок они мне сделали.
– Вождь в моей деревне назвал меня проклятьем, а ты считаешь подарком… Но что меня ждёт?
– Только духи могут знать ответ на этот вопрос. Мойся, Ай̕ ла, я отвернусь.
Зелёный огромный орк и правда отвернулся. Мне стало чуть легче дышать, когда его золотые глаза с узкими зрачками перестали буравить меня. Я поспешно сняла обгоревшее и перепачканное сажей платье и быстро зашла в воду. Природный источник оказался тёплым и немного пузырящимся. Но ожог на ноге словно вспыхнул огнём, и я вскрикнула, после чего выскочила обратно на камни, сжимаясь от боли.
– Что с тобой?
– Рана… ужасно болит…
– Дай посмотреть, – орк опустился на корточки и протянул ко мне руку.
Я зажалась, пытаясь прикрыть себя намокшими длинными рыжими волосами. Но Драх’эн не обратил на меня никакого внимания. Обхватив мою лодыжку, он потянул, заставляя меня показать ему обгоревшую ногу.
– Нужно скорее нанести мазь, иначе останется шрам.
Драх’эн неожиданно подхватил меня на руки и встал. Я взвизгнула.
– Моё платье!
– От него пахнет гарью. Его нужно выкинуть.
– Но что мне надеть?
– Что-нибудь придумаем.
Орк нёс меня через лагерь, а я от стыда уткнулась ему в грудь лицом. Какой же срам – полностью обнажённая и на руках у орка! Мои щеки пылали, как алые маки. Но, кажется, я никого не интересовала. Орки не смотрели на меня, а наоборот – чуть склоняли головы. Возможно, у них так принято вести себя перед вожаком.
Войдя в большой шатёр, Драх’эн уложил меня на низкую массивную кровать, застеленную шкурами.
Глава 3
Я снова испуганно сжалась. Он сам назвал меня грязной и не особо привлекательной для орков, так почему укладывает на кровать? Взяв керамический горшочек, Драх’эн вернулся ко мне и опустился на корточки. Зачерпнув мазь, его огромная ладонь приблизилась к ране, я зажмурилась, ожидая грубых, болезненных прикосновений, но касания были
