врасплох.
Я собиралась посмотреть свою каюту, немного обустроиться на новом месте, погулять по фрегату, чтобы осмотреть и его. В общем, я намеревалась всеми силами избегать герцога.
Но он видел наше пребывание на судне совершенно иным.
— Думала немного почитать. Мне давно не предоставлялось возможности подержать книгу в руках, — ответила я, вспоминая, что на самый верх саквояжа моя милая Пейди уложила книгу «Маркиза и пират», что занимала место на прикроватной тумбе в моей спальне.
Ту самую книгу, которую некогда через служанку передала мне Татия. И которую с тех пор я так и не открыла.
— А вы? То есть… ты? — исправилась я, мысленно напоминая себе о нормах поведения.
Я должна была вести себя так, будто близость между нами уже была. Но это оказалось сложно. Очень сложно в одно мгновение передвинуть границы.
— Хотел научить тебя выстраивать портальные переходы, раз уж выдалось свободное время, но если у тебя другие пла…
— Я согласна! — выпалила я, не давая завершить фразу, от переизбытка чувств даже схватив Рейнара за руку.
Увидев, что сделала, попыталась выпустить его пальцы из своего захвата, но безуспешно. Герцог сам взял меня за руку, мягко при этом рассмеявшись. Мое поведение однозначно позабавило его, но я и не подумала обижаться.
Потому что у меня имелся портальный камень — его мне передали родители, вероятно, несмотря на все риски, выкрав у захватчика из-под носа. Но пользоваться им я не умела.
А хотела научиться. Если что-то в нашем с Роззи плане пойдет не так, портальный переход поможет мне сбежать от ар Риграфа в любой момент.
Я была безгранично счастлива. Разместившись под зонтиком на верхней палубе на носу корабля, мы сидели на стульях, что были прибиты к доскам большими железными клепками, и пили холодный чай с мятой.
После перерыва я ощущала небольшую дурноту от качания по волнам, но благодаря мяте она быстро сошла на нет. Да и не терпелось уже скорее приступить к обучению, так что, когда Рейнар начал рассказывать о камнях, я едва не подпрыгивала от переизбытка чувств.
Как и говорил отец, чтобы воспользоваться портальным переходом, нужно было правильно настроиться и очистить собственную голову от посторонних мыслей. После в камень посылался любой магический заряд — сила была неважна, поэтому им мог воспользоваться маг любой категории, но она оказалась необходима после.
Чем сильнее был маг, тем устойчивее и крепче формировался его портал, тем надежнее он был и тем дольше он мог его удержать. Однако, прежде чем что-то создать, нужно было как следует в мельчайших деталях представить то место, куда ты собирался попасть.
Но Рейнар таким способом редко пользовался. Он любил точность, а потому всегда старался задать координаты в сопутствующую формулу, которую вплетал в мелкий импульс заклинания.
Что же касалось так называемых грузовых порталов, то там все было еще сложнее. Их открывали только сильные маги с устоявшимся основным даром. Полагаться на образ в голове было ни в коем случае нельзя — все рассчитывалось с точностью до миллиметра.
Слишком велик был риск нарушения внутренних границ и разрыва материи. Никто не хотел остаться без руки или ценного имущества, а потому для таких переходов всегда обращались в гильдию магов.
Их зачарованные камни считались самыми крепкими.
— А теперь попробуем, — проговорил Рейнар, выкладывая на белый деревянный столик три небольших черных камня.
— А вы… извините… извини, — покаялась я, мысленно надавав себе оплеух. — Ты уверен, что без активного дара я смогу ими воспользоваться? Я ведь даже не генерирую магию, я ее… пожираю.
— Уверен. У любого обладателя уникального дара имеется внутренний магический резерв, и ты не исключение. Тебе просто нужно научиться не заполнять его, а выплескивать. То есть тебе необходимо нащупать чары не снаружи, а внутри себя, — терпеливо объяснял мужчина. — Попробуем?
Несмело кивнув, я закрыла веки для лучшей концентрации. Магия была везде. Я ощущала ее аромат — яркий и пряный. Большая часть всех найденных чар принадлежала герцогу, но были и другие всплески или устаканившиеся формы.
Однако заглянуть, по заверениям ар Риграфа, я должна была внутрь себя. Осознанно раньше я этого не делала никогда, но несколько раз оно получалось само по себе. Например, когда я убирала скверну из Татии.
Максимально отстранившись от происходящего, я нырнула в глубины собственных чар. Магия внутри меня казалась разноцветным озером, но оно не было безграничным. Его уровень будто медленно понижался, питая потоками мое тело. Я знала, что маг без магии чаще всего умирал, но мне это, по всей вероятности, не грозило.
Когда этот уровень сильно понижался, я чувствовала непреодолимую тягу восполнить утраченное.
Настроившись, я зачерпнула из своего озера небольшое количество переливающейся субстанции, но с закрытыми глазами вложить импульс в портальный камень не могла. Магический след камней расплывался, поэтому я открыла веки.
И мгновенно потеряла контроль над чарами.
Потому что совсем не ожидала, что Рейнар все это время держал меня за руку. Во вторую руку в этот момент он вкладывал мне портальный камень.
— Ничего, попробуй еще раз, — мягко произнес он, улыбнувшись.
Но глаза я закрывала с опаской. Находясь внутри себя, сконцентрировавшись на магии, я совершенно не почувствовала прикосновения, а значит, в такие моменты я была уязвима.
А мне не нравилось быть уязвимой.
Отринув все эмоции, я вновь нырнула в озеро собственного резерва. Во второй раз это действо далось уже легче. Зачерпнув горсть, открыла глаза и, игнорируя внимательный взгляд герцога, перенесла импульс прямо в камень.
— Что дальше? — спросила я почему-то шепотом.
— Ничего, если тебе нужен портал на один проход. Тебе хватит времени, чтобы пройти через него и выйти там, где нужно.
— Но он же не открылся, — посмотрела я на черный камень в своей ладони.
— Конечно, не открылся. Ты не представила то место, куда хочешь попасть. Попробуй еще раз.
Я едва не закатила глаза. Про самое главное — точку выхода — я даже не вспомнила, сконцентрировавшись на магической составляющей.
На третий раз каждый этап я мысленно отмечала как завершенный. Местом выхода представила пещеру на берегу графства Эредит, но проверить, куда ведет портал, не смогла. Серебряное марево открылось рядом с нами за пределами судна и зависло в воздухе на одном месте.
А корабль двигался — быстро, стремительно. Я даже не ощущала, что мы идем на такой большой скорости.
— У тебя получилось, душа моя, — с довольной улыбкой произнес ар Риграф.
— Но как же? Он так и останется там? — спохватилась я, вскочив со стула.
Пальцы впились в теплый металлический бортик, а
