не в силах. Такой странный поцелуй смутил даже больше, чем то, что теперь мне приходилось задирать голову, чтобы видеть глаза мужчины.
В их глубине игриво сверкало жидкое серебро.
Очертив костяшками пальцев мою скулу, герцог задержал руку и вдруг переместил пальцы мне на шею. Я знала, что он меня не поцелует: публичное выражение чувств было против всех правил и осуждалось, но сердце все равно застучало быстрее, разгоняя кровь.
— Я искренне восхищен твоим незаурядным умом и похвальной сообразительностью. Ты права, душа моя, я тяну время, — признался ар Риграф, но надумать себе страшного я не успела. — Замок и летнюю резиденцию спешно готовят к твоему появлению и моему возвращению. Кроме того, я позаботился о том, чтобы Арсарвану и Татии было где жить. Это наш с тобой им свадебный подарок — особняк и десятая часть земель с городами и деревнями.
— Маркизат? — уточнила я, понимая, что десятая часть герцогства — это очень много.
— Нет, Арибелла. Им переходит графство Кертилтай. Оно же графство Алой розы.
— Красивое название, — это все, что я могла сказать, одновременно стараясь взять себя в руки.
— Татия очень любит эти цветы. А ты? Какие цветы нравятся тебе?
Обратно в особняк теперь уже точно графа Эредит мы вернулись только к обеду. Слуги уже закончили все сборы — сундуки и саквояжи стояли прямо на улице в ожидании, когда их закрепят на экипажах.
Моя милая Пейди ждала меня в моих покоях. И судя по лицу, она уже знала, что не поедет со мной.
— Прощаемся, миледи? — спросила она, едва сдерживая слезы.
Улыбнувшись, я качнула головой в отрицательном жесте.
— Мы расстаемся ненадолго.
Я позволила себе пробыть вместе с Пейди около получаса. Ударившись в воспоминания, моя личная служанка перечисляла все курьезные истории из моего детства. Я слышала эти истории не раз, но все равно внимательно слушала и хохотала вместе с женщиной, которую давно считала родной.
Но время бежало неумолимо.
Обед в малой столовой прошел быстро и как-то суматошно. До самого полудня Рейнар был мил и учтив, предупредителен и обходителен и ни разу не заговорил о прошедшей брачной ночи. Мне оставалось только уповать на то, что он в принципе не захочет ее обсуждать.
Мне нечего ему было сказать. А врать откровенно в глаза совсем не хотелось.
Сердце колотилось в груди как сумасшедшее, когда мы в экипажах наконец отправились к пристани. Чем ближе были пятимачтовые фрегаты и «Морской Дьявол», кажущийся совсем маленьким на фоне военных кораблей, тем неспокойнее мне становилось.
Заметив мое состояние, герцог взял меня за руку, пока мы ехали в карете, но меня лишь сильнее стало колотить. Если Арс проболтается… Если что-то пойдет не так…
Я могла навечно остаться пленницей ар Риграфа. Законной женой, да, возможно, даже любимой, но бесправной, той, чье мнение не учитывают, не равной.
Чтобы успокоиться, мне срочно нужна была Роззи. Ее уверенность в успехе нашего дела всегда заряжала меня хорошим настроением. Однако ее рыжие крылья все никак не появлялись на горизонте. Я переживала за нее, за то, как отнесется к принесенным новостям команда.
Бунт на судне — худшее, что могло произойти.
— Я вас очень-очень люблю. И всегда буду вспоминать о вас, где бы ни оказалась, — произнесла я сдавленно, пытаясь не заплакать.
Голос сел от волнения и переживаний, но я все равно крепко обнимала приемных родителей. Мы стояли на пристани в двух шагах от красивого белого мостика, что тянулся до великолепного фрегата. Татия и Арс уже поднялись на борт, все ждали только нас с Рейнаром.
— Ну что ты зазря расстраиваешься, душа моя? Твои родители смогут посещать нас, когда захотят. Да и мы сможем время от времени гостить у них, — успокаивал меня герцог, даже не подозревая о том, какая буря в этот момент бушует в моей душе.
Сдержать слезы было просто невозможно. Я плакала. Обжигающие капли лились по моим щекам даже тогда, когда мы уже поднялись на борт. Стоя на верхней палубе, я без конца махала родителям до тех пор, пока берег не превратился в тонкую полосу, а они — в темную точку.
Пусть нам и не удалось поговорить начистоту, в этот момент я знала точно, что вернусь к ним еще не раз. Сегодня я не бежала. Я уплывала со спокойным сердцем, будучи уверенной в том, что графа и графиню Эредит больше никто не посмеет тронуть. Их земли и титулы были возвращены им, честь не растоптана.
Пострадала только моя гордость, но с этим можно было жить.
Где-нибудь подальше от герцога Рейнара ар Риграфа.
Пиратский корабль во всем своем малом великолепии следовал за фрегатами по пятам.
— Арсарван, пиратскому кораблю нечего делать в моих водах, — произнес герцог сухо, стоя у меня за спиной, а его сильные руки легли на мою талию.
Я вздрогнула так, что мужчина наверняка это ощутил, но у меня теплилась надежда на то, что он спишет все на мое к нему отношение.
Взяв себя в руки, я поторопилась вмешаться, заговорив громко, чтобы Татия и Арс меня тоже слышали:
— Команда «Морского Дьявола» решила отказаться от прошлой жизни вслед за их капитаном. Арсу ведь теперь нужен честный заработок. — Я повернулась в коконе из чужих рук лицом к их обладателю. — Впредь они станут перевозить товары по наемным контрактам.
— Это хорошая идея. Одобряю, — оценил Рейнар мое вранье, а мы с Арсом на миг переглянулись.
Только двое здесь знали, что я сказала неправду. Татия, судя по выражению ее лица, еще не была посвящена в нашу маленькую тайну, но я понимала, что долго это не продлится. Лишь надеялась, что, когда все выяснится, я буду уже очень далеко.
В идеале — в направлении к Сиальским островам. Две части карты должны были указать нам путь к кладу. Я хотела попасть туда, искренне желала с головой окунуться в новые приключения и забыть обо всем. Быть капитаном, снова стать частью команды — меня ждала иная жизнь без шумных балов, наигранных реверансов и змеиного яда, которым щедро поливали придворные всех, кто попадал под их жалящие взгляды.
И без герцога, от чьих прикосновений мое загнанное в угол сердце предательски трепетало, внутренности словно переворачивались, а тело бросало в дрожь.
Да, меня звал ветер свободы.
Объятия Рейнара стали крепче, вынуждая меня выплыть из собственных мыслей и вернуться к реальности. Солнце светило нещадно, а потому пришлось прикрыть лицо рукой, чтобы хорошо видеть мужчину.
— Чем планируешь заниматься до ужина? — поинтересовался он, застав меня
