всегда.
Я легла спать рано. За стеной было тихо. В два часа ночи хлопнула входная дверь. Смех Лизы. Шаги. Они вернулись.
А потом в мою дверь тихо постучали. Я встала, открыла. Артём. Один.
— Что случилось? — прошептала я.
— Лиза уснула. Можно?
Он вошёл и закрыл дверь. Сел на край кровати. В темноте его лицо казалось усталым.
— Я не могу так больше, — сказал он. — Весь вечер она щебетала, а я думал о тебе. О том, как ты пахнешь мылом. О том, как дрожишь, когда я касаюсь тебя.
— Артём…
— Я хочу быть с тобой. Не прятаться. Не врать. Я хочу просыпаться рядом с тобой. Хочу, чтобы ты была моей.
Я села рядом. Взяла его за руку.
— Я тоже. Но как? У нас нет выхода.
— Есть. Я уйду от неё.
— Она тебя уничтожит.
— Пусть. Я найду работу. Другой гараж. Что угодно. Я не могу спать с ней в одной кровати и делать вид, что всё нормально.
— Ты же сказал — пара месяцев.
— Я передумал. Я не выдержу.
В соседней комнате что-то упало. Мы замерли. Шаги. Лиза вышла в коридор. Её голос:
— Артём? Ты где?
Артём вскочил.
— Я выйду. Скажу, что ходил в туалет.
— А если она не поверит?
— Придумаю что-нибудь.
Он поцеловал меня быстро и вышел. Я слышала, как в коридоре они встретились.
— Ты чего? — сонный голос Лизы.
— В туалет ходил. Идём спать.
— Угу.
Тишина. Я сидела на кровати и смотрела в темноту. Мы были на волоске от разоблачения. И я знала: долго так продолжаться не может. Либо мы признаёмся, либо нас поймают.
А потом мой взгляд упал на тумбочку. Там лежала моя сумочка. Из неё торчал уголок белого конверта. Я достала его. Внутри была записка.
«Я знаю, кто ты. Я знаю, что ты делаешь. Я видел вас в гараже. Скоро узнают все».
Без подписи. Почерк незнакомый. Я перечитала трижды. Руки тряслись. Кто-то видел нас. Кто-то знал.
И этот кто-то собирался рассказать.
Глава 8. «Урок анатомии»
Я не спала до утра.
Записка лежала под подушкой. Я перечитывала её снова и снова, пока буквы не начали расплываться перед глазами. «Я видел вас в гараже. Скоро узнают все». Кто? Продавец машины? Сосед по гаражному кооперативу? Случайный прохожий?
Борис проснулся в семь. Закашлялся, заворочался. Я притворилась спящей. Он встал, прошаркал в туалет, потом на кухню. Чайник засвистел. Дом оживал.
Я достала записку и спрятала в ящик с нижним бельём. Надо было рассказать Артёму. Но как? Когда? Мы не могли остаться наедине дольше чем на минуту.
За завтраком я молчала. Лиза болтала о вчерашнем фильме, Артём кивал, но его глаза следили за мной. Я чувствовала его взгляд, но не поднимала головы.
— Мам, ты опять зелёная, — Лиза намазывала тост джемом. — Точно не заболела?
— Голова болит.
— Может, давление? У тебя тонометр где?
— В аптечке. Не надо, я уже измерила. Всё в норме.
Артём кашлянул.
— Вероника Андреевна, у меня там в гараже бумаги остались незаконченные. Вы не могли бы сегодня ещё раз глянуть?
Я подняла глаза. Он смотрел спокойно, но пальцы сжимали вилку до побеления костяшек.
— Хорошо. После обеда.
— Я тоже поеду! — Лиза отложила тост.
— Лиз, — Артём повернулся к ней. — Там скучно. Бумажки, пыль, бензин. Ты же хотела к подругам.
— Подруги подождут. Я хочу с вами.
Мы с Артёмом переглянулись.
— Лиз, — я откашлялась. — Может, лучше ты поможешь отцу? Ему нужно в поликлинику. К кардиологу.
— Папа сам может сходить. Он взрослый.
— Он забывает записаться. Ты же знаешь.
Лиза закатила глаза.
— Ладно. Отвезу папу к врачу. Но вы там недолго. Артём, ты обещал мне ужин вчера. Сегодня моя очередь — я хочу в ресторан.
— Договорились.
Он поцеловал её в щёку и вышел из кухни. Проходя мимо, коснулся моего плеча. Легко, почти невесомо. Но достаточно, чтобы по телу пробежал электрический разряд.
Я приехала в гараж в два.
Артём ждал у ворот. Без футболки. На плече — полотенце. Он явно работал с самого утра. Мышцы блестели от пота.
— Заходи, — он открыл ворота. — Я один. Сергеич уехал за запчастями до вечера.
Я вошла. Внутри пахло бензином и металлом, как в прошлый раз. Но теперь этот запах был родным. Нашим.
— Что случилось? — он закрыл ворота и повернулся. — Ты бледная. Всё утро молчала. Я знаю — что-то не так.
Я достала из сумки записку. Протянула ему.
— Это лежало в моей сумочке. Вчера. Дома.
Он прочитал. Лицо окаменело.
— Кто это?
— Не знаю. Почерк незнакомый.
— Кто-то был здесь. В тот день.
— Продавец?
— Нет. Он уехал до тебя. И в подсобку не заходил.
— Тогда кто?
Артём смял записку. Бросил на верстак.
— Не знаю. Но я выясню.
— Как? Мы даже не знаем, где искать.
— Я знаю этот гаражный кооператив. Здесь у каждого свои секреты. Кто-то что-то видел. Я спрошу.
— А если он уже рассказал? Если Лиза…
— Лиза ничего не знает, — он взял меня за плечи. — Если бы знала — уже устроила бы скандал. Ты же знаешь свою дочь.
Я выдохнула. Он был
