перед глазами, следить за каждым его шагом, продумывать наперёд тактику и стратегию будущих боев. А иные и дня не проживут без стычки со страшным противником, ведь они привыкли действовать, предпринимать контрмеры. Такова человеческая природа, и моя полностью с ней совпадает.
Я тот самый сытый бунтарь, бегу от пресной серости навстречу кромешной неизвестности. И волосы назад. Понимаю ли, что за финишной чертой вполне может ждать пропасть отчаяния, которая поглотит целиком? Разумеется. Однако не попробовать было бы глупо. Я уже дважды в своей жизни прятала голову в песок по-крупному. В первый раз, когда сбежала из родительского дома после окончания школы, и второй — когда выходила замуж за мужчину, которого выбрало мое окружение: мама, сестра, подруги. Все мне шипели на ухо, мол, давай, соглашайся, мужик должен любить сильнее, другого такого шанса может и не подвернуться.
В дверь стучат, когда я домазываю клеем полоску обоев. Незавершённая мысль сворачивается так же, как цветастый кусок бумаги передо мной. Это пожаловала моя новая близкая подруга Оксана Смолягина. Я расплываюсь в лучезарной акульей улыбке и приветствую гостью смачным поцелуем в напудренную щёку.
За минувшие пару дней я успела переварить наше с ней знакомство, ежевечерние посиделки и изобилующие хвалебными эпитетами в адрес мужей разговоры, и сделала шокирующий вывод: девица знает, кто я. Не представляю, хоть убейте, откуда. Понятно, что впечатление, произведенное барышней в самом начале, оказалось ошибочным. Она старше двадцати, вот только правильный возраст не поддавался определению. Я вообще не сильна в мелочах, порой, слишком глубоко ухожу в свои думы, и не замечаю очевидного. Но даже сосредоточившись, не могу сказать, сколь юна или опытна стоящая передо мной женщина. Сегодня на ней был изумрудного цвета брючный костюм свободного кроя, волосы собраны в высокий хвост, на лице лёгкий вечерний макияж.
— Слушай, я тут подумала, ну чего мы всё по домам и по домам, давай сходим вечерком куда-нибудь. В бар или клуб, ты что больше любишь? — звонким голосом выдала Оксана, невесть зачем подражая гнусавому блондинистому выговору. Этакая капризная светская львица, выбирающая между Картье и Тиффани.
Я больше любила одиночество с тишиной, но озвучила другое:
— Бар будет идеальным решением, это ты здорово придумала!
— Славненько, тогда я ещё Олю с нами приглашу, сестру мужа, ты не против?
У меня полыхнуло где-то под рёбрами от её наглой лжи. Нет у Андрея никакой сестры, мерзавка!
— Втроём веселее, — изображаю я щенячий восторг.
Что ж, в эту игру могут играть двое. Если ей вздумалось разводить на моих ушах макаронный завод, пускай не куксится на последствия. Терпеть не могу, когда меня принимают за дурочку.
Так мы и улыбаемся друг другу, словно встретившиеся у одного пня гадюки. И смутное воспоминание колышет что-то в душе. А не та ли это девица…
Прошлое
День выдался жарким. Наслаждаясь красками осени, искрящимися золотом под яркими солнечными лучами, я вприпрыжку бежала со школы. Настроение было отличным, хотелось петь во всё горло и декламировать стихи Маяковского. Андрея сегодня выписывают! На дворе бабье лето! И…
Добавить очередную ложку радости в чашу своего бодрого духа я не успела. У подъезда, который уже виднелся на горизонте, остановилась белая Волга, и с пассажирского места выбрался Смолягин. Твёрдой, но неспешной походкой обошёл автомобиль, достал из багажника спортивную сумку. Водитель что-то крикнул ему, высунувшись из окна. Андрей поднял вверх раскрытую ладонь, будто говоря, что сам справится, захлопнул багажник и закинул ношу на плечо. Машина взревела и тронулась с места. И тут, как по команде, распахнулась дверь подъезда и на улицу вышла баба Тося с клюкой наперевес и в излюбленном пёстром халате.
— Андрюшенька, сынок, оправился! — каркающим голосом загрохотала бабка.
По силе звука с ней никто не мог сравниться. Ее легко можно было услышать и с соседних улиц, и даже с другого конца футбольного поля. Ответ я не расслышала.
— Знамо дело! Мы ж всем миром за тебя молились. И за имуществом приглядывали, не боись. Я лично учёт всех визитёров вела, Лизавет Петровна не даст солгать. Комар у нас тут неучтенным не проскочил… Кстати, вот эта! — без всякого предупреждения старуха ткнула клюкой в мою сторону, — шастала к тебе каждый день.
Андрей обернулся. Я застыла в немом удивлении.
— Я сам её попросил, — сказал он, украдкой подмигивая. — Но спасибо вам, Таисия Тимофеевна, за проявленную бдительность.
Я попыталась обойти эту странно дружественную парочку, и тут баба Тося как рубанула словцом:
— Погоди кланяться, сначала с воровки спроси, кой ляд она со вчера на сегодня у тебя в доме орудовала. Целую ночь просидела, я аж глаз не сомкнула ни на минутку.
Я опешила от возмущения.
— И вовсе я не воровка, чего вы обзываетесь?
— А ты чего по чужим домам орудуешь, нахалка! — напустилась на меня соседка, грозя клюкой. Не знаю, в шутку или взаправду, да только выяснять не хотелось.
Увернулась от палки и ее безумной владельцы и шагнула в мрачную темноту подъезда. Вот и делай после этого добрые дела! До полуночи наводила порядок в чужой квартире аки золушка, а вместо благодарности получила обвинение в краже! Превосходно!
Кипя праведным гневом, никак не могла совладать с замком на входной двери. Пригнулась, чтобы заглянуть в замочную скважину, не застряло ли чего, как вдруг позади послышалось:
— Так ты спала на моей кровати?
Ага, и помяла её! Как в дурацкой сказке.
Рывком обернулась и уткнулась взглядом в сияющую физиономию.
— Нигде я не спала! — зашипела разъяренной кошкой и ткнула Андрею в грудь ключом. — У бабки заскок. Я приходила навести порядок и только.
"Ничего не крала, деньги свои можешь пересчитать и с чеками сравнить, я всё оставила на кухонном столе вместе со сдачей", так намеревалась закончить свою отповедь, но его указательный палец лёг на губы, обрывая поток слов.
— Я вовсе не против, малая, — вкрадчиво проговорил Андрей, и от его взгляда щеки разгорелись румянцем. — Мы как-нибудь повторим. А это, кстати, моё.
Не дав опомниться, он перехватил мою руку со связкой ключей, которой я грозилась проткнуть его грудь, и мягко забрал ключи. Так вот почему дверь не открывалась.
А потом меня догнало ещё большее смущение. Он и впрямь сказал, что мы что-то повторим? Мы?
***
Моему разочарованию нет предела. Кажется, будто меня обманули, обвели вокруг пальца и вместо обещанного и такого долгожданного подарка, на новый год я получила ЭТО. Полуметровую куклу в очаровательном белом платьице. Милое личико, пшеничные кудри, кокетливая шляпка и трость с музыкальной коробушкой вместо ног.
