огни ночного города. – Он будет беситься. Суетиться. Будет совершать глупости. Идеальный сценарий.
Мы приехали к дому. Но вместо того, чтобы зайти внутрь, он открыл мою дверь и кивнул в сторону темного сада.
– Пройдемся. Тебе нужно проветриться.
Я удивленно посмотрела на него, но послушно вышла. Мы молча шли по вдоль идеально подстриженного газона. Ночной воздух был прохладным и свежим, он приятно холодил разгоряченную кожу. Тишину нарушал лишь хруст гравия под нашими ногами.
– Помнишь те странные контракты, которые ты нашла? С завышенными ценами? – его неожиданный вопрос заставил меня резко остановиться.
Я растерянно кивнула.
– Эта фирма принадлежит старому знакомому его отца. Человеку, которому Дмитрий Сергеевич когда-то очень помог. И который, как я полагаю, платил ему «дань уважения» через эти контракты. Но после смерти отца Артур, по своей глупости и жадности, решил, что может просто забирать эти деньги себе, не оказывая взамен никаких услуг. Этот человек очень зол. И очень обижен.
– И вы хотите, чтобы я…
– Чтобы ты предложила ему союз, – закончил он свою мысль.
– Союз? – я рассмеялась. Смех получился нервным, сдавленным. – Я? Предложу союз? Что я могу ему предложить, кроме своего имени, которое мой бывший муж смешал с грязью?
– Ты предложишь ему то, чего у него нет, – Волков медленно подошел ко мне. – Информацию. Инсайдерскую. Ту, которую я тебе дам. Ты будешь говорить моими словами. Ты будешь выглядеть как человек, который знает, о чем говорит. Ты заставишь его поверить, что за тобой стоит сила. Моя сила.
Он остановился совсем близко, и меня тут же окутал его запах – дорогой парфюм и что-то еще, неуловимое, чисто мужское. Голова пошла кругом от этой внезапной, удушающей близости.
– Ты ничего не понимаешь в бизнесе, Милана. Но ты начинаешь понимать в людях. Этого достаточно.
Он замолчал, а затем достал что-то из кармана. Мой телефон. Тот самый, который у меня забрали в первый день.
– Вот, – он протянул его мне. – Считай это… авансом. Знаком того, что я начинаю тебе доверять.
Я недоверчиво взяла холодный, гладкий аппарат. Связь с прошлой жизнью. Связь с Алевтиной Петровной. Мое сердце забилось чаще.
– Он… он работает?
– Он выключен, – просто ответил он.
Демьян повернулся, чтобы идти к дому, но я его остановила.
– Волков…
Он вопросительно поднял бровь.
– Зачем вам все это? На самом деле?
Он смотрел на меня несколько долгих секунд перед тем, как ответить.
– Дмитрий Воронцов сделал кое-что очень страшное, Милана. Забрал у меня то, что не имел права трогать. И я не могу не отомстить. А его сын, Артур, теперь будет платить по счетам отца.
С этими словами он отвернулся, давая понять, что разговор окончен. А я пошла наверх, в свою спальню, с новым, пугающим осознанием. Я была не просто пешкой в его игре против Артура. Я была оружием в его личной, кровавой вендетте.
Но когда я легла в постель, перед глазами стояло не лицо Артура, не лицо Волкова. А лицо Кристины.
Я снова и снова прокручивала в голове сцену в покерном клубе. Ее реакция была странной. Да, она бросила на меня взгляд, полный яда. Но потом, увидев Демьяна, она потупилась. Она его боялась? Или что-то еще? Весь вечер она сидела с каменным лицом, но я видела, как она сжимает кулаки под столом, когда Артур смотрел на меня.
И ее ненависть… она была какой-то неправильной. Это была не просто злость любовницы на бывшую жену. В ее взгляде было что-то гораздо более глубокое, более личное. Она ненавидела не просто «бывшую». Она ненавидела именноменя. Милану.
Почему? Неужели только из-за Артура? Или есть что-то еще? Что-то, чего я не знаю? Что-то, что связывает ее не только с моим бывшим мужем, но и, возможно, с Волковым?
Я поняла, что ничего не знаю об этой женщине, которая разрушила мою жизнь. Кто она? Откуда пришла? Каковы ее истинные мотивы?
Волков сказал, что она – наш общий враг. Но почему?
В эту ночь я приняла еще одно решение. Месть Артуру – это одно. Но я должна узнать правду о Кристине.
Глава 32
Артур
Обратная дорога из клуба тонула в ядовитом, удушающем молчании. Каждый поворот, каждый красный сигнал светофора, отражавшийся в лобовом стекле, взрывался в глазах кровавой вспышкой. Я сжимал руль с такой силой, что дорогой кожаный обод, казалось, вот-вот заскрипит под напором и развалится. В голове, как заевшая пластинка, снова и снова прокручивалась последняя раздача.
Фулл-хаус. Крепкий, уверенный фулл-хаус, с которым идут до конца, с которым срывают банк и упиваются победой. Я видел его в своих руках, чувствовал сладкий вкус триумфа на языке, когда с вызовом бросал фишки в центр стола.
All-in.
Я смотрел на неё, на Милану, в этот момент. Хотел, чтобы она видела, как я уничтожаю её нового покровителя. Хотел, чтобы она поняла, мужчины какого калибра она лишилась.
А вместо этого…
Вместо этого я увидел лишь её легкую, едва заметную, снисходительную улыбку. А потом – четыре ублюдочные карты Волкова, которые легли на зеленое сукно, как могильные плиты на крышку моего гроба.
Каре.
Этот ублюдок даже не посмотрел на свои карты. Он смотрел на меня. И он знал. С самого начала знал, что выиграет. Он просто играл со мной, как кошка с мышью, наслаждаясь моим азартом, моей самоуверенностью, моим грядущим унижением.
Рядом сидела Кристина. Она молчала всю дорогу, делая вид, что разглядывает огни ночного города. От неё пахло какими-то приторными духами, которые еще час назад казались мне возбуждающими, а теперь вызывали приступ тошноты. Она была частью этого вечера. Частью моего позора. Бесполезная, красивая кукла, которая не сделала ничего, чтобы меня поддержать. Только сидела и хлопала ресницами.
Как только тяжелая дверь особняка за нами закрылась, отрезав нас от внешнего мира, я больше не мог сдерживаться. Я развернулся так резко, что Кристина отшатнулась.
— Что это, черт возьми, было?! — мой голос был хриплым от сдерживаемой ярости.
— Артур, успокойся, — она попыталась изобразить участие, протянув руку к моему плечу. — Это всего лишь игра. Иногда выигрываешь, иногда…
— Игра? — я отмахнулся от её руки, как от чего-то липкого. — Ты называешь это игрой?! Он раздел меня до нитки на глазах у всего города! Он унизил меня перед ней! А ты
