ухоженная и темноволосая, другая — дикая, с проседью на висках, но у обеих одинаковая широкая улыбка.
Выражение ее лица заставляет меня предположить, что она не держит зла на наш брак. Неудивительно. Сесилия, вероятно, сказала ей, что скоро от меня избавится. Всего семь месяцев и двадцать два дня осталось.
Сесилия видит меня, ее лицо озаряет личная улыбка. Это нечестно с ее стороны.
— Ты пришел!
— Пробки задержали, — я целую ее в щеку. Она горячая и раскрасневшаяся под моими губами. — Прости.
— Вовсе нет. Виктор, это моя мама, Маргарита. Мам, познакомься с Виктором.
Она встает. Из-за стола она казалась выше, но теперь я смотрю сверху вниз на женщину ниже меня на голову с половиной. Зеленые глаза изучают меня, прежде чем она протягивает руку.
— Он высокий, — говорит она.
Я пожимаю ей руку.
— Приятно познакомиться.
Она переворачивает мою руку и сжимает ее в обеих своих, изучая мою ладонь несколько секунд.
— Хорошая хватка.
— Спасибо.
— Мам.
Она отпускает мою руку и садится обратно.
— Хорошие руки важны, Сеси.
— Я знаю.
Ну, я не знал.
Маргарита впивается в меня взглядом. Она будет той, кто управляет этим разговором, думаю я. Не я и не Сесилия.
— Я хотела встретиться с мужчиной, за которого моя дочь вышла замуж в рамках деловой сделки, — говорит она.
Я киваю.
— Уверен, я бы хотел того же.
Ее глаза сужаются.
— Ты также тот, на кого моя дочь работала целый год, по вечерам и выходным. Таскала твою химчистку и заказывала твои обеды.
Голос Сесилии резок.
— Мам, это не все, что я делала. Ты знаешь, я многому научилась за годы в «Exciteur». Я посещала конференции, путешествовала.
— Я знаю. Но я также знаю, что человек, сидящий здесь, долгое время делал твою жизнь очень трудной. Хорошо, что он это узнает.
— Он знает, — говорит Сесилия. Она звучит смущенно.
Мои руки побелели от напряжения на коленях.
— Я в курсе, мисс Майерс. Сесилия отлично работала на меня, и я недостаточно ее ценил. Мне хочется думать, что она получила ценный опыт и научилась вещам, которые применит в своем бизнесе. Но это только надежда. Я извинился перед ней за те случаи, когда переступал черту.
— Я действительно многому научилась, — говорит Сесилия. — Ты говоришь так, будто он воспользовался мной, женившись. Как я и сказала, это взаимовыгодное соглашение. У него есть дата начала и окончания. Мы подписали контракт, мам.
— Контракт, — говорит ее мать. В это слово вложена неприязнь. — Контракты можно нарушить.
Я опираюсь руками о стол. Ставки высоки, и под ногами я чувствую тонкий канат, по которому иду.
— Только не мой, — говорю я. — Контракт, который мы с Сесилией подписали, проверяли три разных юриста. Он защищает ее так же, как и меня.
Маргарита машет рукой, будто это никогда не было настоящей проблемой.
— Почему моя дочь? Почему ты предложил эту сделку ей?
Мы еще не заказали еду. Я смотрю в сторону официанта, но его нигде не видно.
Налейте мне выпить. Пожалуйста.
— Мам, он не обязан оправдываться, — говорит Сесилия. — Он вел себя исключительно профессионально на протяжении всего этого процесса.
— И поэтому ты не говорила мне месяцами? Сеси, в тебе столько света. Я не хочу, чтобы ты тратила его на того, кто не способен это ценить.
Щеки Сесилии пылают, но ее брови нахмурены с той же решимостью, что и на лице матери. У одной в ушах бриллиантовые гвоздики, у другой болтаются перья, но они — одно и то же, эти две женщины. Разные стороны одной медали. За этим удивительно наблюдать.
— Я не трачу себя. Мы с Виктором не… это не так. Я также взрослая, способная принимать собственные решения.
Я прочищаю горло.
— Честно говоря, я предложил эту сделку Сесилии, потому что она была лучшим кандидатом. Я знал ее как человека преданного, компетентного, умного и ищущего новую работу. За последующие месяцы она доказала мою правоту сотни раз. Она именно такова и даже больше.
Взгляд Маргариты встречается с моим. Я не отвожу глаз. Пусть увидит, насколько искренни все эти слова.
— Что ж, — говорит Маргарита. — Знаешь, дорогая, дело не в самой сделке. Брак — архаичный институт. Если вы двое умудрились изобрести велосипед и оба от этого выиграли, тем лучше. Я просто не хочу, чтобы тебя эксплуатировал этот молодой человек.
— Не эксплуатирует, — говорит Сесилия. Ее голос тверд. — Пожалуйста, поверь мне, когда я говорю, что это не так.
Я сосредотачиваюсь на Маргарите.
— Я понимаю ваше беспокойство и уверен, что чувствовал бы то же самое на вашем месте. Спрашивайте все, что хотите, сегодня вечером. Я отвечу.
Это чертовски рискованно — давать кому-то такую власть. Но Сесилия попросила меня это сделать. Значит, я это сделаю. Сесилия смотрит на меня теплыми глазами. Будто рада, что я здесь. Будто слышит больше, чем просто мои слова.
Я смотрю в меню.
В конце концов мы делаем заказ. Маргарита и Сесилия решают делить блюда, похоже, они часто так делают в ресторанах. Они обсуждают варианты, а в моей голове только одно — таймер.
«Пока не избавлюсь от Сэнт-Клера».
В середине ужина Маргарита прочищает горло.
— У вас, очевидно, есть договоренность, которая работает. Я почувствовала, что раньше скатываюсь на территорию осуждения, а это не те поля, по которым мне нравится бродить.
— Мам, — тихо говорит Сесилия.
— Это метафора. Слушай, Виктор, Сэнт-Клер, или как тебе больше нравится. Если то, что вы с моей дочерью мне рассказали, правда, то я рада за вас. Вы оба извлекаете пользу из этого опыта. Возможно, также обретаете понимание и сочувствие друг к другу? Но я забегаю вперед.
— Спасибо, мисс Майерс, — говорю я.
— Зови меня Маргаритой. Мисс Майерс — моя дочь. Или, полагаю, теперь она миссис Сэнт-Клер?
Сесилия качает головой.
— Я не меняла фамилию.
Нет, никогда и не меняла. Ее имя на самом деле не миссис Сэнт-Клер, как бы я ни дразнил ее по этому поводу. Зачем ей менять его официально, если у нас осталось всего семь месяцев и двадцать два дня.
— Я скажу вам двоим еще кое-что. Вам стоит выбраться из города ненадолго. Обоим. Ты слишком бледный, Виктор, — она снова качает головой, потягиваясь к бокалу с красным. — Работать все время — это неуравновешенно.
— Мы должны работать, — говорит Сесилия.
— Никто не должен. Это решение, — она пожимает плечами, глядя на нас двоих блестящими глазами. — Может, к концу этот ваш маленький фиктивный брак даже станет настоящим?
Сесилия издает болезненный смешок и бросает на меня взгляд краем глаза. Я смотрю на
