любить его, хоть и видела только на фото в твоих соцсетях. Знаешь, сколько раз я сама хотела разлюбить его? Если бы я могла выбирать, кого мне любить, то я никогда бы не выбрала любить твоего мужа. Честно, Лена. Нет ничего хуже, чем любить чужого мужа и знать, что вы никогда не будете вместе.
Она продолжает молчать. Только смотрит на меня во все огромные карие глаза. Кроме удивления я больше ничего не могу прочесть по ее лицу.
— В институте я ходила на свидания с другими парнями. Но ни к кому я и близко не чувствовала того, что к Герману. Мне было уже девятнадцать, а я все еще любила его. Даже учеба во Франции не помогла. Я как фанатичка продолжала каждый день заходить в твои соцсети, чтобы посмотреть, не появилось ли новых фотографий Германа.
Я замолкаю перевести дыхание. У Лены на тумбочке возле кровати стоит стакан воды, и мне до ужаса хочется из него отпить. От волнения в горле пересохло. Но я, конечно, не решаюсь это сделать.
— А потом я узнала, что вы с Германом развелись. Но даже после новости о вашем разводе я не питала никаких иллюзий. Хотя, не буду скрывать, маленький-маленький лучик надежды у меня появился. Ну‚ знаешь, из разряда чуда.
Лена ухмыляется. И это ее первая внятная реакция с начала моего рассказа.
— Осенью папа велел мне переехать в Москву. Я и сама об этом задумывалась, так как в Москве больше карьерных возможностей. Я переехала. А через несколько дней после своего приезда случайно услышала, как папа разговаривал по телефону с Германом, и в разговоре прозвучало место и время, где Герман будет проводить встречу с друзьями. Я решила поехать в этот ресторан. Но не для того, чтобы соблазнить твоего бывшего мужа, а просто посмотреть на него со стороны. Я же не видела его вживую с двенадцати лет. Мне нужно было проверить, настоящие ли у меня к нему чувства. А вдруг я вообще выдумала всю эту любовь? Ну, знаешь, как к актеру или как к певцу. Может, это вообще было что-то платоническое? В общем, я попросила свою подругу Лиду пойти со мной в ресторан, в котором должен был быть Герман.
Лена искренне заинтересована моим рассказом.
— А в ресторане произошло то, чего я совсем никак не ожидала. О чем даже мечтать не смела — я понравилась Герману. Он не узнал меня, думал, что видит впервые. Он первый проявил инициативу познакомиться. Там были другие девушки, но Герман разговаривал только со мной. Я видела его интерес к себе, я видела, что нравлюсь ему. Я не сказала ему, кто я на самом деле. Я представилась ему вымышленным именем. Ты вряд ли меня сейчас поймешь, потому что не думаю, что в твоей жизни было что-то такое, чего бы ты десять лет страстно желала, а потом оно само упало тебе в руки. Но у меня было именно такое ощущение. Я десять лет мечтала о Германе, и вот он сам упал ко мне в руки. Я не могла отказаться от него. Просто не могла, понимаешь? Я убедилась, что по-настоящему люблю Германа, и я не могла от него отказаться. Даже несмотря на то, что он твой бывший муж. Несмотря ни на что. Я смотрела на Германа и понимала: я люблю его.
Посвящать Лену в подробности наших отношений не хочу. Это только между мной и Германом, я не хочу рассказывать об этом третьим лицам.
— Я рассталась с Германом, — добавляю. — Папа поставил ультиматум. Я не хочу, чтобы Герман сидел в тюрьме, поэтому наши с ним отношения прекращены. Я уволилась из компании и возвращаюсь в Санкт-Петербург. Вот и вся правда, Лена. Я не мстила тебе, не встречалась с Германом специально назло тебе, не издевалась намеренно над тобой. Ты здесь вообще не при чем. Мне не важно, кто у Германа бывшая жена: ты или какая-то другая женщина. Я просто люблю его с десяти лет и ничего не могу с собой поделать. Я хотела быть с Германом просто потому, что мне никто кроме него не нужен.
Вот теперь я замолкаю и выжидающе смотрю на сводную сестру. Я обнажила перед ней душу. Мы не подруги, у нас нет привязанности друг к другу, но я не хочу, чтобы меня считали последней тварью, которая охотится на чужих мужей.
— Ничего мне не скажешь? — не выдерживаю тишины.
Лена смеряет меня взглядом.
— Ты мелкая дрянь и потаскуха.
Слова сводной сестры настолько неожиданны, что я отшатываюсь назад, но упираюсь в спинку стула.
— Если Герман не узнал тебя в ресторане, значит, просто снял как шлюху, — продолжает зловещим голосом. Ни капельки не слабым после операции. — Ты для него дырка, которую можно выебать и выбросить. Это он и намеревался сделать, познакомившись с тобой в ресторане. Но потом вы, видимо, встретились на работе. Ну а раз дырка под рукой, то почему бы не ебать ее дальше. Но так, чтобы никто не знал и не видел. Герман скрывал отношения с тобой, потому что ты для него не больше, чем дырка. Вот и все. Когда Герман любит по-настоящему, он не прячет девушку. Уж я-то знаю, о чем говорю. А ты, Вероника, самая настоящая шлюха. Обыкновенная проститутка. Спасибо, что поддержала мужское здоровье Германа, но теперь в твоих услугах больше никто не нуждается. Мой муж будет со мной. — Пока я пребываю в шоке, Лена берет с тумбочки телефон и нажимает боковую кнопку. — С минуты на минуту Герман придет меня навестить. Он звонил час назад и сказал, что едет сюда. Так что убирайся вон, шалава. Ноги твоей чтобы здесь больше не было.
Глава 45. Верю
Из палаты Лены я выхожу, не видя и не чувствуя ничего вокруг. У меня нет слез или истерики, только полнейший ступор. Слова сводной сестры со всей силы ударили меня кирпичом по голове. Покинув хирургическое отделение, я не вызываю лифт, а иду вниз пешком. В ушах стучат злые заявления Лены: «дырка», «снял тебя как шлюху», «выебать и выбросить». Горечь и обида от того, что Лена права, расползаются по телу. Герман ведь действительно снял меня в том ресторане как шлюху на одну ночь. И ему очень зашло, когда я притворилась содержанкой. Ну а потом мы встретились на работе, и он решил: почему
