нам гибкость. Нас не видят, нас не ждут. А ИКВИ… – он метнул на меня короткий взгляд, – уж слишком хорошо известны тем, кого мы ищем.
Доля правды в его словах присутствовала. Берроуз уже много лет занимается поиском тварей, продающих людей, и всё без толку. Мы слишком приметные, даже когда остаёмся в тени.
– Во-вторых, – продолжил он, лениво вышагивая и отпинывая камушки из-под ног, – у каждого из вас есть ресурс. Что угодно, что может быть полезно. Но в одиночку вы используете их только в рамках собственного интереса. Вы не делитесь, не координируетесь. А значит, неэффективны. Те, кто стоит за этим, давно в курсе, что за ними наблюдают. Они контролируют каналы, следят за утечками, и пока внимание приковано к официальным следам, они чисты. Но контролировать всех невозможно. Ошибки всё равно происходят. Вопрос: кто их заметит первым – мы или они.
– У нас есть реальные зацепки или только бравада о том, что наша суперкоманда посадит всех преступников за решётку? – не поднимая головы, поинтересовался высокий здоровяк, который всё это время держался поодаль от остальных вместе с тощей девчонкой с короткой стрижкой.
– Есть, – кивнул Демиан, выдержав театральную паузу. – Зацепок много, но каждую нужно проверить. Вы сами понимаете, что мы не можем прямо спросить всех подозреваемых, надеясь, что они расскажут правду. Нам придётся действовать грязно, но для некоторых из вас это не проблема.
– Сколько уже идёт расследование? Напомни-ка, огонёк? – я не заметила, как ушастый выпрямился и уже курил сигарету. – За это время никто даже не приблизился к мудакам, а ты ждёшь от нас чего… чуда? – усмехнулся парень, глубже затягиваясь дымом из фильтра.
Нарочито лениво упырь подошёл ближе, убирая руки в карманы куртки. Вблизи он возвышался над мышонком почти на голову, отчего тот поднял взгляд, стараясь придать выражению как можно более бесстрашный вид.
– Хочешь чудо? – с хладнокровной улыбкой поинтересовался Морвель. – Посмотри в зеркало. Чудо в том, что ты до сих пор жив с твоим умением держать язык за зубами.
Всем видом показывая, что это и был ответ на вопрос, Демиан развернулся вполоборота и упёрся в меня ледяным взглядом.
– Мне плевать на ваши способности, какими бы выдающимися они ни были. Меня интересует только результат. Если вы испугались, не готовы приступать или есть ещё какие-то причины, по которым операция кажется вам слишком сложной, то вперёд, – блондин махнул на проём.
Никто не пошевелился, оставаясь на своих местах.
– Каждый из вас получит инструкции. Часть из вас работает из офиса, остальные – в полевых условиях. Детали заданий будете получать на месте, координаты заранее. На время операции выбросьте из головы всё, что касается личного. Вы будете нужны в любое время дня и ночи. Свободны!
– Что насчёт этого места? Мы здесь часто будем собираться? – поинтересовалась женщина в костюме, брезгливо оглядывая пространство.
– Нет, офис готовится к открытию.
Мысленно я уже была в кабинете Берроуза. Нужно о многом его спросить и в первую очередь: «Какого хрена?».
Собравшиеся принялись медленно сваливать, и я последовала их примеру, но на моё плечо легла тяжёлая рука, заставляющая затормозить.
3
Я одёрнул руку быстрее, чем падальщица обернулась. Поздно сообразил, что нужно было просто окликнуть, но не додумался, как к ней обратиться.
В досье, которое мне предоставили, значилось имя Меган Смит, но произносить его я не хотел. Обращаться к кому-то по фальшивому имени – всё равно что играть по чужим правилам. В подчинении Берроуза она может быть кем угодно, но я привык знать всё о людях, с которыми работаю.
Отдать должное, Берроуз хорошо постарался, чтобы подчистить следы. Выдуманная дата рождения, номера счетов на фальшивое имя, всё имущество на ИКВИ.
Естественно, я пробил её, но везде только то, что искусственно создано. Я мог бы покопаться, добраться до правды, но времени на это не было. Эта Смит не стоит моего внимания настолько, чтобы я переключился с основной миссии на нечто незначительное.
Чистой воды марионетка. Только вот марионетки не смотрят так, как посмотрела она, когда обернулась. Не глаза, а грозовое небо, с молнией, которая ещё не ударила, но уже чувствуется напряжение.
– Что? – вложив в вопрос всё пренебрежение, спросила падальщица и сложила руки на груди.
– О своей форме на время моей операции забудь. Не хватало, чтобы из-за тебя всё пошло не по плану.
– Мне не дали инструкции относительно дресс-кода.
Хотелось позлорадствовать, но я сдержался. И на кой хрен мне сдалась эта девчонка? ИКВИ умеют работать по своим правилам, в своей команде. Стая падальщиков, что с них взять… Но распоряжение звучало очень чётко: «сотрудники Берроуза тоже принимают участие в операции».
Признаться, бывшие заключённые вызывали у меня больше доверия, чем она. О них я хотя бы знал всю подноготную, а с ней – как коробка с сюрпризом, в которой неизвестно, что внутри.
– Хочешь, дам совет? – она не стала дожидаться ответа и продолжила: – Если тебя назначили главным, то формулируй мысли яснее, конкретно и по делу. Есть что-то помимо формы, что тебе не нравится?
«Твоё присутствие здесь».
– Нет, – стиснув зубы, чтобы не сказать то, что думаю на самом деле, ответил я.
– Супер, – девчонка махнула рукой и развернулась к дверному проёму, но внезапно остановилась. – Что значит «контроль над ситуацией в коллективе»?
Едва сдержав ухмылку, я внимательно оглядел падальщицу. Неровная стрижка по плечи, будто она сама обкромсала свои рыжие волосы тупым ножом. Средний рост, худощавая, но я успел увидеть технику, когда она врезала Юджину.
Распределение ресурсов – целиком и полностью моя задача. И мне нужно, чтобы этот сброд стал полноценным отрядом, который умеет выполнять приказы чётко и слаженно.
Прекрасно помню тот день, когда Смит наставила мне в затылок пушку, не позволяя прикончить Никсона. Я был так близок, чтобы вырвать его сердце, но щелчок позади заставил замереть от неожиданности.
Она не побоялась пойти против меня, прекрасно осознавая, что в тот момент моя звериная часть преобладает над здравым смыслом. Сама едва держалась на ногах, на хрупкой шее наливалось синее пятно от удушения, капилляры в глазах полопались, делая её похожей на актира в момент сильной жажды.
И именно оценив её
