и кричит большим матом:
— Что ты, — гт, — подлец, по моей-то рже ездишь да лошадь кормишь?
Мужик испугался и зачал Петрушке в ноги кланяться (рис. В. Малышева)
Побежал к барину и хлесть его стягом. Тут барин и головку повесил. А Петрушка издали увидел, и замахал рукой мужику, и закричал:
— Что ты, — гт, — подлец, сделал! Барина-то ты убил!
Оставил лошадь, а сам побежал к барину. Подошел и говорит мужику:
— Ты бы не бил барина, а с него бы деньги получил за потраву ржи, вот теперь тебя сошлют.
Мужик испугался и зачал Петрушке в ноги кланяться. А Петрушка:
— Нечего, — гт, — кланяться, не прощу. Дай сто рублей, так прощу.
Сейчас мужик сходил домой по деньги и отдал Петрушке. Петрушка подстегнул лошадь, посадил барина в телегу и поехал домой.
И подъезжает к дому, и вышла барыня встречать своего барина да Петрушку.
— Добро жаловать; каково съездили?
А Петрушка отвечает:
— Я съездил хорошо, да вот барина мертвого привез, места-то гористые, его до смерти и зачёкало.
А барыня очень рада тому, что барина пережила: она Петрушку любила раньше.
Похоронили барина, а барыня за Петрушку вышла замуж. И взыграли свадебку.
Иваницкий Н. А. Материалы по этнографии Вологодской губ.
Перышко Финиста — ясна сокола
Жил-был старик, у него было три дочери: большая и средняя — щеголихи, а меньшая только о хозяйстве радела. Сбирается отец в город и спрашивает у своих дочерей, которой что купить. Большая просит:
— Купи мне на платье!
И средняя то же говорит.
— А тебе что, дочь моя любимая? — спрашивает у меньшей.
— Купи мне, батюшка, перышко Финиста — ясна сокола.
Отец простился с ними и уехал в город. Большим дочерям купил на платье, а перышко Финиста — ясна сокола нигде не нашел. Воротился домой, старшую и среднюю дочерей обновами обрадовал.
— А тебе, — говорит меньшой, — не нашел перышка Финиста — ясна сокола.
— Так и быть! — сказала она. — Может, в другой раз посчастливится найти.
Большие сестры кроят да обновы себе шьют, да над ней посмеиваются; а она знай отмалчивается. Опять собирается отец в город и спрашивает:
— Ну, дочки, что вам купить?
Большая и средняя просят по платку купить, а меньшая говорит:
— Купи мне, батюшка, перышко Финиста — ясна сокола.
Отец поехал в город, купил два платка, а перышка и в глаза не видал. Воротился назад и говорит:
— Ах, дочка, ведь я опять не нашел перышка Финиста — ясна сокола!
— Ничего, батюшка! Может, в иное время посчастливится.
Вот и в третий раз собирается отец в город и спрашивает:
— Сказывайте, дочки, что вам купить?
Большие говорят:
— Купи нам серьги.
А меньшая опять свое:
— Купи мне перышко Финиста — ясна сокола.
Отец искупил золотые серьги, бросился искать перышко — никто такого не ведает; опечалился и поехал из города. Только за заставу, а навстречу ему старичок несет коробочку.
— Что несешь, старина?
— Перышко Финиста — ясна сокола.
— Что за него просишь?
— Давай тысячу.
Отец заплатил деньги и поскакал домой с коробочкой. Встречают его дочери.
— Ну, дочь моя любимая! — говорит он меньшой. — Наконец и тебе купил подарок: на, возьми!
Меньшая дочь чуть не прыгнула от радости, взяла коробочку, стала ее целовать, миловать, крепко к сердцу прижимать. После ужина разошлись все спать по своим светелкам; пришла и она в свою горницу, открыла коробочку — перышко Финиста — ясна сокола тотчас вылетело, ударилось об пол, и явился перед девицей прекрасный царевич. Повели они меж собой речи сладкие, хорошие.
Услыхали сестры и спрашивают:
— С кем это, сестрица, ты разговариваешь?
— Сама с собой, — отвечает красна девица.
— А ну, отопрись!
Царевич ударился об пол — и сделался перышком; она взяла, положила перышко в коробочку и отворила дверь. Сестры и туда смотрят, и сюда заглядывают — нет никого! Только они ушли, красная девица открыла окно, достала перышко и говорит:
— Полетай, мое перышко, во чистое поле; погуляй до поры до времени!
Перышко обратилось ясным соколом и улетело в чистое поле.
На другую ночь прилетает Финист — ясный сокол к своей девице; пошли у них разговоры веселые. Сестры услыхали и сейчас к отцу побежали:
— Батюшка! У нашей сестрицы кто-то по ночам бывает; и теперь сидит да с ней разговаривает.
Явился перед девицей прекрасный царевич (рис. В. Малышева)
Отец встал и пошел к меньшой дочери, входит в ее горницу, а царевич уж давно обратился перышком и лежит в коробочке.
— Ах, вы негодные! — накинулся отец на своих больших дочерей. — Что вы на нее понапрасну взводите? Лучше бы за собой присматривали!
На другой день сестры поднялись на хитрости; вечером, когда на дворе совсем стемнело, подставили лестницу, набрали острых ножей да иголок и натыкали на окне красной девицы. Ночью прилетел Финист — ясный сокол, бился-бился — не мог попасть в горницу, только крылышки себе обрезал.
— Прощай, красна девица, — сказал он. — Если вздумаешь искать меня, то ищи за тридевять земель, в тридесятом царстве. Прежде три пары башмаков железных истопчешь, три посоха чугунных изломаешь, три просвиры каменных изгложешь, чем найдешь меня, добра молодца!
Ночью прилетел Финист — ясный сокол (рис. В. Малышева)
А девица спит себе, хоть и слышит сквозь сон эти речи неприветливые, а встать-пробудиться не может. Утром просыпается, смотрит — на окне ножи да иглы натыканы, а с них кровь так и капает. Всплеснула руками:
— Ах, боже мой! Знать, сестрицы сгубили моего друга милого!
В тот же час собралась и ушла из дому. Побежала в кузницу, сковала себе три пары башмаков железных да три посоха чугунных, запаслась тремя каменными просвирами и пустилась в дорогу искать Финиста — ясна сокола.
Шла-шла, пару башмаков истоптала, чугунный посох изломала и каменную просвиру изглодала. Приходит к избушке и стучится:
— Хозяин с хозяюшкой! Укройте от темной ночи.
Отвечает старушка:
— Милости просим, красная девица! Куда идешь, голубушка?
— Ах, бабушка! Ищу Финиста — ясна сокола.
— Ну, красна девица, далеко ж тебе искать
