один из вечеров швецы начали над девушкой подшучивать и называли ее трусихой и между прочим сказали, что ей не сходить ночью на колокольню. Она заспорила, что может сходить и даже позвонить; они начали ее еще больше подзадоривать. Она с досады оделась и ушла; было около половины ночи. Приходит сначала на кладбище, а потом приближается к колокольне, входит на первую лестницу и видит: кто-то там сидит в колокольне — луна отсвечивала; она думает, либо это ман, а то и покойник, и говорит: «Пусти меня на колокольню». Ман отвечает: «Не пущу». Она ему с угрозой: «Я с тебя сорву красный колпак», — сдернула с него и побежала домой. Приходит в свою избу и с насмешкой обращается к швецам: «Нате, поглядите, я была на колокольне и сорвала с кого-то красный колпак». Швецы переглянулись между собой и сказали: «Ай да девка, молодец». Вдруг под окном раздается голос: «Отдай мой красный колпак, отдай мой красный колпак». Швецы и хозяин стремглав бросились кто на печку, кто на полати, и там притаились и шепчут оттуда: «Поди, отдай, дура, колпак». Голос за окном опять повторяет: «Отдай мой красный колпак». Девушка решилась, вышла в сени, потом на крыльцо и протянула руку с колпаком; ман схватил ее за руку, она сильно вскрикнула и замолкла. Ночью ни отец, не швецы не смели выйти, а утром нашли ее мертвой около дома.
(Банник). Бросился вон из бани (рис. В. Малышева)
«Полуверцы»
Однажды шел покойный Степан Тюлюков из села Гришкина, дошел до угольной ямы, яма-то была высокая, ему захотелось помочиться, он повернулся да в прямок-то и выссался; а и выходит оттуда баба в кумашниках — сарафан красный, да и говорит: «Счастлив дядюшка, что мужа при мне нету, я на половине дороги к Соловецком шла, да вот придется воротиться, потому что ты меня обманил». Баба эта «полуверка» была. Эти самые «полуверцы» происходят от детей некрещеных и детей, проклятых родителями, или заблудившихся и погибших в лесу людей. Все эти души подпадают под власть нечистой силе и считаются существами средними между нечистыми духами и людьми. «Полуверцы» даже ходят в церковь, молятся до Херувимской песни, а потом уходят, после Херувимской до причастного стиха опять стоят, а затем уходят и являются к молебну, идут из церкви, пятясь задом; различить: застегиваются на левую сторону.
Ворожба по крестам
У нас в одном семействе было три снохи; вот однажды пропали деньги. Свекор подумал на снох и стал допытываться; никоторая не повинилась. Он собрался идти к ворожее, которая узнавала по крестам, взял у всех трех снох кресты и отправился. Приходит к ворожее — рассказал ей про дело, она взяла у него кресты, побормотала над ними что-то и на голтоне[33] одного из крест ов завязала узелок и отдала ему обратно, сказав: «На, возьми, одна из снох повинится». Пришел он домой, и зажал все три креста в горсть, и говорит снохам: «Узнавайте свои кресты». Каждая во свои и впялась, а та сноха, у которой на кресте оказался узелок, тут же и провинилась: «Я, — говорит, — украла, простите».
Детоубийство, наказанное змеями
В одном селе жила девушка, полюбила она парня и забеременела от него и начала скрывать это от всех. Когда пришло время, то она тайно родила живого ребенка, снесла его в лес и там зарыла в землю. Снова начала любить парня, через некоторое время почувствовала себя тяжелой; из стыда таилась ото всех, когда же родила, то младенца снесла в лес и на том же месте зарыла в землю. Знакомство девушки с парнем продолжалось, и она забеременела в третий раз; роды произошли тайно, и опять она живого ребенка отнесла в лес и на том же месте зарыла в землю. Только что хотела идти домой, как почувствовала в глазах темноту, и ноги точно приросли к земле, так что она не могла идти далее. Вдруг слышит, что нечто живое, холодное начало скакать на шею и стало ползать по груди и по шее. Зрение у нее несколько прояснилось, и она, ощупывая руками, видит, что это ползают три змеи; две из них поползали по груди и присосались к соскам грудей и начали высасывать молоко с кровью, третья же змея посовалась, посовалась и повесилась на шею; когда одна из змей насосалась и отпала, то начала сосать третья змея; когда они насытились, то спокойно обвились вокруг шеи, и тогда получила возможность идти домой. Затем уже постоянно змеи сосали у нее груди по нескольку раз в день; в это время девушка чувствовала смертельную тоску — это были невыносимые часы; потом змеи укладывались вокруг шеи спокойно, но отнять их она никогда не могла и прикрывала их платком… Только в бане они сваливались с шеи, и пока она мылась, они лежали на ее платье. Покаялась она в своем грехе людям и с тех пор давно уже ходит по монастырям, умаливая свой тяжкий грех и, в конце концов, надеясь на милосердие Божие.
Наказанная детоубийца (рис. В. Малышева)
Два купеческих брата
В некотором царстве, в некотором государстве в одном городе жили два купеческих брата. Они занимались торговлей, ездили за моря в далекие страны и обменивали свои товары у купцов других земель. В одно время поехали они с товарами за море. Вдруг судно их остановилось и не может сойти с места. На берегу стоял человек. «Нет ли кого наняться в работники?» Один из братьев согласился наняться в работники за 1000 рублей в год. Человек сходит с горы, берет лодку и выводит с корабля одного из братьев. Судно сошло с мели и пошло дальше в море. Незнакомец, высадив купеческого брата, приводит его в свой дом. Дом у него был такой большой-пребольшой и такой хороший, что ни словом сказать, ни пером описать, ни в сказке выразить. Купеческий брат живет день, живет другой, живет неделю, живет месяц и два, а все ему хозяин работы не дает; кормит же его так хорошо, что никогда он и дома не едал, и даже поит его разными заморскими винами.
Человек подъезжает на
