его сюда лицом вниз.
16
На какое-то время Бачинский «пропал с радаров» Джека и тот смог нормально подготовиться ко второй своей боевой смене.
Он наивно полагал, что уж во второй-то раз будет действовать куда хладнокровнее, ведь по сути работал то он уже давно, пусть и с поддержкой Бачинского.
А в первом рейде на своем судне у него было ощущения, будто каждое движение сковывала невидимая сила и вернувшись он чувствовал себя так, будто отпахал три смены подряд.
Но – вторая-то, конечно, уже другое. Теперь ему будет куда легче.
С таким бодрым настроем Джек выходил на тропу закона и порядка.
– Я – 24–36–10, выхожу на нулевой трек, – сообщил он в эфир.
– Вижу тебя, Догерти, пока иди по «нулевому», – ответил женский голос диспетчера. Джек его не узнал, вероятно это был кто-то из новеньких.
– Что, работы совсем нет? – попытался пошутить он, хотя на ситуационной листе видел красные волны распространявшейся по орбитам очередной проблемы. Но это были не обломки и не прорыв контрабандистских контейнеров, а что-то другое.
– Есть работа, вернее сейчас будет, – сообщила диспетчер и вздохнула. – Все будет, набирайся сил, солдат.
Джек плотнее приладил панораму, отмечая, что начинает нервничать.
В эфире было подозрительно тихо. Пилоты не обменивались репликами и в его адрес не было послано ни слова – ни доброго, ни завистливого, типа – «птенчик Бачинского».
Так и хотелось крикнуть: «А где все?»
– Привет, Майк, здесь тихо, всех перебросили на Четвертый сектор, там направленная атака – и «контейнеры», и «невидимки», – сообщил пилот с позывным «Рекрут».
– А что за красные волны на ситуационном листе? Что-то новое.
– Мой бортовой блок пишет – «нарушение управления».
– У меня пока порядок, – ответил Джек, машинально проведя пальцами по панели управления, слишком яркой в компьютерном видении панорамы.
– У меня тоже, но диспетчер что-то знает…
– Да ничего я не знаю! – тотчас возразила девушка. – У меня тут только прогнозы! Кстати, наши возвращаются…
«Мусорщики» Восьмого сектора выполнив задачу в Четвертом, скользили вдоль нулевой орбиты и оттуда стали выходить на свои прежние позиции.
Началась неофициальная перекличка и оказалось, что один «мусорщик» сошел с дежурства получив обломок в корпус и теперь в ремонтном цехе. Еще один сошел «по очкам». Так называли ситуацию, когда получив сообщение о множестве неисправностей компьютер запрещал дальнейшую эксплуатацию и принимал единственный маршрут – на ремонт.
Правда, все знали, что есть способы, как вызвать такой обвал неполадок искусственно и некоторые пилоты этим пользовались.
И, как правило, одни и те же.
– Привет, Бачинский-младший!
– Привет, Зеленый, – отозвался Джек, отвечая на подколку пилота, получившего прозвище за то, что не проследив однажды за ремонтниками, получил с обслуживание судно выкрашенное разными цветами.
И хотя цвета отличались лишь оттенками, этого хватило, чтобы пилотское сообщество раздуло этот недочет до целого анекдота, якобы половину судна Фердинанда Букса выкрасили зеленой краской.
И как он после не пытался разъяснять тем, кто принимал рассказ за чистую монету, что все было не так, его первое прозвище «Букс» было заменено на «Зеленый Букс», а потом осталось только «Зеленый».
– Ботинки не велики, парень? – спросил кто-то еще сиплым голосом, что свидетельствовало о запойной отпускной неделе.
Раньше и Бачинский после недельного отпуска говорил так же.
– Нет, папа, все в порядке, – в тон шутнику ответил Джек, понимая что ему намекают на незаслуженно полученный новый «мусорщик».
– Внимание всем! На орбитах «станции-невидимки»! Рассылают «зайчики», будьте готовы к ручному управлению!.. – сообщила девушка-диспетчер.
И тут же добавила:
– Ганчер, на твоем втором треке «скай» заваливается…
– Принял! – бодро ответил пилот, потому что за поправку коммерческой станции владелец переводил на счет «спасателя» определенное вознаграждение.
Это делалось неофициально, однако не особо скрывалось.
– Опа-на! Ганчер, треху ты, считай, уже срубил! Почему у меня на орбите никто никогда не падает? – полушутя возмутился «сиплый голос».
– Они ждут, когда ты сменишься, – пояснил кто-то, что вызвало в эфире несколько смешков.
– Ой, можно подумать, что у тебя… – начал было парировать «сиплый», но внезапно его голос исчез за кратким треском помех.
– Я – 2–34–11, иду на ручном… «Зайчик» сработал.
– У меня та же хреновина… – пожаловался кто-то еще. – Система ушла на перезагрузку.
– Ориентируйтесь по маякам! – напомнила девушка-диспетчер и в ее голосе слышалась паника.
Джек бросил взгляд на панель, некстати вспомнив про таинственную кнопку. Ходовой радар выдал два обломка на первом и втором треках, сканер их подтвердил и Джек дважды разрядил по ним лазерный испаритель, даже не вмешиваясь в автоматические настройки.
Цели были простые и тут его коррекции не требовалось.
– Кто нибудь видит эту сволочь?! Я второго «зайчика» поймал! – в отчаянии воскликнул какой-то пилот.
Джек почувствовал, как по шее катятся капли пота. Отвратительное ощущение.
Но где-то тут, невидимый, скрытый волновыми фильтрами двигался вражеский объект, который не пытался протаранить кого-то из «мусорщиков», нет, он старался отключить, как можно большее их количество, чтобы потом выбросить из взломанных телепортов контейнеры в новом, уже отработанном ими «затяжном прыжке», когда эти стальные ящики, сверкнув на выходе из телепортов, в следующий раз обнаруживались только в пределах «нулевых» орбит, где на их перехват уже практически не оставалось времени.
За ними не поспевали не только «мусорщики», но даже и перехватчики пограничников, имевшие возможность спускаться до самой стратосферы.
17
Несмотря на угрозу удара помехами «мусорщик» Джека пока держался и пилот бодро «рубил породу», позабыв про недавний мандраж.
Очистив треки на своей орбите, он по наводке диспетчера переходил на соседние, чтобы помочь тем, кого выбили из дела «зайчики».
Работы было столько, что не оставалось времени даже попить воды и половина смены пролетела незаметно, а потом понадобилось срочно подхватить «скайлаб» какой-то важной компании, такой важной, что диспетчер, почти что перешла на крик требуя от Джека бросить все и стартовать к объекту через одну орбиту.
– Давай, Догерти! Там уже трагедия просто!..
– Я поближе, могу помочь! – предложил какой-то пилот чувствуя хороший бонус.
– Ой, отстань Якобс, ты в прошлый раз уже помог…
– Так это же не от меня зависело!
Пилот хотел как-то объяснить причины прошлой неудачи, но диспетчер просто прикрыла его частоту фильтром и вместо яркой эмоциональной речи в эфире звучало едва различимое бу-бу-бу.
Сверяясь с трехмерной схемой движение на орбитах, Джек стал пришпоривать свой «мусорщик», чтобы, как можно скорее добраться до терпящей бедствие лаборатории. Она была отмечена яркой пульсирующей точкой голубоватого цвета на фоне желтых линий орбит и оранжевых треков, с россыпью разноцветных спутников и вспомогательных судов.
Тяжелые станции быстрее других теряли импульс
