заговорила Харин, метнув в меня ледяной взгляд.
Зря вот она так. В образе снежной королевы Харин выглядела еще более впечатляюще, да и меня нельзя было испугать таким грозным взглядом.
— Такая уж у меня работа, — ответил ей, пожав плечами. — Чем больше я знаю, тем лучше выполню задание. Информация в современном мире — самый ценный ресурс.
— Человечность — самый ценный ресурс в современном мире, — парировала девушка. — И если вы напрочь ее лишены, мне не о чем вести с вами диалог.
— С чего же вы взяли, что я лишен человечности? — вопросительно изогнул я бровь на ее выпад.
— С того, что когда я решилась открыть вам свою душу, вы позволили себе наглость в нее плюнуть. И раз уж моя искренность встала вам и вашим обязанностям поперек горла, я более не собираюсь испытывать ни ваше, ни свое терпение. Вам, менеджер Валкер, прекрасно известен список ваших должностных обязанностей, поэтому, будьте так добры, отныне следовать им неукоснительно. Ваши обязанности, менеджер Валкер, — добавила она, прищурившись, — и ничего кроме.
А она хороша. Действительно хороша. Можно даже сказать, что я немного недооценил наследницу «Чен Групп». Это даже не просто капризы, свидетелем которых я становился не единожды, а четкая расстановка личных границ.
Моя должность при госпоже Чен в самом деле не подразумевала светских диалогов с руководящей семьей. Более того, в какой-то мере даже порицала. И если Харин затаила на меня столь сильную обиду, то вполне могла позволить себе угрюмо пялиться в иллюминатор до окончания полета.
Что ж, я хотя бы попытался наладить с ней контакт, но, наверное, так даже лучше. Лучше, если отношения между нами останутся сугубо деловыми. В конце концов, именно на это я изначально и рассчитывал.
Вот самолет мягко загудел, извещая нас о запуске турбин. Сидение подо мной завибрировало, а лишние люди, словно муравьи, принялись разбегаться со взлетно-посадочной полосы.
Еще некоторое время мы с Харин молча сидели, глядя в иллюминатор. Ровно до того момента, пока частный самолет корпорации «Чен Групп» не тронулся с места. Причем первой молчание нарушила именно девушка.
— Нервничаешь? — изогнула бровь Харин, изучая меня взглядом, и я даже не сразу понял, что именно она имела в виду. А уж тем более, с какой стати она вновь решила перейти на «ты».
— Я уже присутствовал в числе гостей на званом вечере корпорации «Арх Технолоджи». Вместе с вами, — невозмутимо ответил ей. — Так что если вы об этом, то…
— Да нет, — поморщилась девушка, перебив меня. — У тебя руки дрожат.
Медленно перевел взгляд на свои руки, вцепившиеся в подлокотники кресла. Да, они мелко подрагивали, но ведь это, скорее, от вибрации самого самолета.
— И глаз у тебя дергается. Левый, — заинтересованно склонила Харин голову набок, продолжая меня изучать. — Неужели великий и ужасный менеджер Алекс Валкер боится высоты?
— Разумеется, нет. Раз уж он действительно такой великий и ужасный, как вы говорите, то вряд ли высота его испугает, — попытался отшутиться я.
Ведь на самолетах мне приходилось летать довольно часто, еще будучи наемником. Побывать во многих уголках этого мира, выполняя поставленные передо мной задачи, а порой и вовсе выпрыгивая из подбитого транспорта. И никогда я не испытывал с ними каких-либо трудностей. Даже несмотря на то, что мне пришлось пережить, когда я был совсем еще ребенком.
— Да нет же, на ноги свои посмотри, — кивком указала на них девушка, и вот тут я уже не без удивления заметил, что ноги мои отстукивают нервную дробь по полу.
— Это из-за вибрации, — на этот раз безо всяких шуток отмахнулся я.
— А то, что капля пота по виску покатилась — тоже из-за вибрации? — скептически прищурилась госпожа Чен. — Эх, мужчины… Если вы отказываетесь признавать свои слабости, это еще не значит, у вас их нет.
Приложил дрожащие пальцы к виску и поднес их к лицу, чтобы рассмотреть. Влажные.
Ничего не понимаю.
Совсем ничего.
Тем временем Харин принялась активно копаться в своей дизайнерской сумочке и спустя некоторое время вынула из нее белую баночку. Открыла, высыпала на ладонь одну таблетку и протянула мне.
— Это снотворное, — пояснила она. — Довольно сильное, но в малых дозах может действовать в качестве седативного. Разработка моей кузины специально для меня, — продолжила девушка, когда я уже запивал таблетку минералкой, бутылочку с которой обнаружил рядом с сидением. — Частенько беру их с собой на важные встречи.
Мы как раз начинали набирать высоту, и непонятная тревога, охватившая меня, и которую я ранее старательно не замечал, усилилась в разы.
— Всё-таки есть в тебе что-то от человека, Алекс, — с легкой улыбкой заявила мне Харин, но почти тут же вновь посерьезнела. — Если только это не часть твоего хитрого плана, чтобы я не подумала обратное.
Я на такой выпад ничего не ответил. Всё еще находился под сильным впечатлением от своей реакции на самый обыкновенный полет.
Кажется, начинал понимать, почему в самолетах на меня так странно поглядывали пассажиры, сидящие сбоку, а стюардессы бросали участливые взгляды и предлагали принести бутылочку воды. Я просто-напросто отказывался признавать очевидное.
Всё же авиакатастрофа, унесшая жизни моих родителей, оставила неизгладимый след на моей психике. Не только открытый огонь вызывал у меня ступор и панику, в чем я уже не раз успел убедиться, но и полеты на чертовых частных самолетах.
Эх, если бы только эта информация оказалась известна моим врагам, они с готовностью воспользовались бы ею, но Харин…
Я бросил взгляд на единственную наследницу семьи Чен, взволнованно поглядывающую на меня и покусывающую губы. Она искренне беспокоилась даже из-за столь незначительных мелочей.
И я чувствовал, что граница между врагом и другом в отношении этой девушки начинала размываться для меня всё сильнее.
Глава 20
О том, что деловая встреча Харин состоится в Китае, я узнал уже после посадки на самолет.
Сейчас, сидя в своем номере на тридцать пятом этаже, перед панорамным окном международной гостиницы «Ройял Плаза», задумчиво изучал открывающийся мне вид на центр города Шанхай.
Не раз, пусть и в несколько иной роли, мне приходилось вести дела с бизнесменами из Китая, и хватка у них была цепкая. За свои корпорации они всегда сражались, как в последний раз, а от конкурентов предпочитали избавляться окончательно и бесповоротно. По
