и не поднимая рук с колен. – Что там за жратва под этими полотенцами?
– Полагаю горячее. Раньше было «шаблин он корк», но сейчас вероятно будет что-то другое. Вы как, не голодны?
– Нет, начинайте без меня, – ответил «Шварц», снова бегая взглядом по залу и наконец обнаружив напарника, успокоился.
Тем временем, Флексит проверил оба блюда под полотенцами и выбрал то, что подальше.
– Одного не могу понять, зачем было использовать секретный код вызова, чтобы прислать на встречу наемного убийцу? – спросил Харви, прожевывая имитацию озерной рыбы и отмечая разницу с тем, что здесь подавали раньше.
«Шварц» криво улыбнулся.
– Дерзите, а между тем – просто загляните под стол.
– Сначала ты, – предложил Флексит.
Его собеседник снова попытался улыбнуться, но все же заглянул и увидел наставленный в его сторону пистолет.
– Браво, Харви. Мне говорили за вас, но я думал, что прошло время и вы теперь другой.
– Похоже ты местный, но я тебя не помню.
– Местный, но когда вы были здесь широко известны, я был еще мал, но уже очень хотел быть похожим на вас, мистер Флексит.
– Но не стал. Ты похож на совсем других людей, Шварц.
– Я знаю, – кивнул собеседник подавляя вздох.
– Давай уже о деле.
– Вам велено передать, что в Восьмом секторе творится что-то ужасное. На их орбитальной территории завалили какой-то безумно дорогой и ответственный аппарат, который должен был загнать под лавку всю логистику планеты.
– Это все?
– Нужно выяснить, кто и как это сделал, потому что считалось, что такое невозможно в принципе. В смысле – обнаружить и уничтожить. Но я в этом ни уха, ни рыла, просто передаю, что сказали.
– Я понял. Непонятно только, почему выбрали тебя.
– Меня там хорошо знают и кстати, мы с вами как-то виделись мельком на одном из сборов менеджеров – я стоял в охране. Так что в город я вернулся не просто так, а по направлению службы концерна.
– Передай, что я принял к сведению и действовать начну немедленно, – сказал Флексит поднимаясь из-за стола. – И на будущее – не светите с напарником дорогими гаджетами, которых никакое кафе себе позволить не сможет. Это во-первых…
– А во-вторых? – уточнил «Шварц» замечая, что теперь у вставшего из-за стола собеседника никакого оружия в руках не было.
– А во-вторых, девушка под моей личной защитой… Не слышу…
– Ну да, понял. Агентов не сдают, – выдавил из себя «Шварц», который уже подумывал расквитаться с этой тварью за свой позор.
Между тем, его никто и не уполномочивал проводить какие-то проверки и брать «на слабо» регионального менеджера концерна, это было лишь его личной инициативой.
Когда Флексит ушел, напарник выбрался из под навеса, где играл роль охранника и сел за стол к «Шварцу».
– Ну что, как поговорили?
– Просек он нас сходу.
– Но как? На мне даже жилет этот был дурацкий.
– Ты же его «квинтом» прозванивал, прибором за триста тысяч.
– Так просто?
– А надо сложно? И девка у него тут в агентах, – добавил «Шварц». – Ствол ему пронесла.
– Да ладно! Рыжая, что ли? По виду тихоня, – заметил напарник посматривая на официантку, которая разносила заказы прибывавшей к обеденному перерыву публике. – Ну что, сваливаем? У нас на шестнадцать часов акция.
– Я помню. Уходим.
Они поднялись и направились к выходу, искоса посматривая в сторону рыжей официантки.
Тем временем, Флексит уже мчался по кольцевому шоссе получая, один за другим, штрафы за превышение скорости.
Бам-бам-бам, звонко отсчитывали они, снимая с его автокредитной карточки положенные суммы.
Каждый второй был вдвое больше первого, а третий – вдвое больше второго.
Деньги не малые, но Харви спешил на встречу с поставщиком отделочных панелей, где мог выгадать порядка миллиона дро. А миллион, это много, тем более, что строительство велось на банковские кредиты и было бы неплохо пустить сэкономленные деньги на досрочное их погашение.
Обогнав, наконец, предобеденный трафик, Харви поехал медленнее и набрал номер помощника.
– Билли, съезди в кафе «Ботаника», найди там рыжую официантку – я ей «штуку» должен. Отдай деньги и скажи, чтобы звонила, если что – у нее моя визитка… Да не знаю я как ее зовут! Вот заодно и поинтересуйся!..
23
Планета Экидена-Рауб.
И название не очень, и к тому же далекая периферия расположенная за двойным «прыжком» в сторону от центральных направлений.
Два захода в телепорт на одном рейсе. Капитан Браун уже заранее чувствовал приступ удушья подступавший следом за тошнотой.
Прежде с такими симптомами он не сталкивался, пока не ввязался в длинную историю с путешествиями.
А теперь это было его дежурное состояние.
Приезд, заселение в очередную гостиницу, ночевка, выезд в местный порт, потом загрузка в шаттл и выгрузка в орбитальном порту, чтобы стартовать в благоустроенном салоне комфортабельного корабля, где снова не было ничего нового. Только электросон, высадка в непонятном пункте, снова шаттл, такси, гостиница и тяжелое пробуждение перед картой, чтобы определиться, где на этот раз бородатый капитан Браун собирался громить пригородные дома тайных миллионеров или открытых для общения богачей, имевших перспективы на пути к политической власти.
И все для того, чтобы закрыть «крестиком» или «тире» очередную строку в казавшемся бесконечным списке.
И еще – обязательный набор таблеток адаптационного комплекта.
В прошлый раз были какие-то синие, ну очень большие и Браун чуть не подавился.
Хорошо, что стюардесса не ушла далеко и успела ударить его по спине, после чего под ее сочувствующим взглядом он повторил всю процедуру с дополнительным количеством «аквы».
– Часто летаете?.. – спросил она тогда, подавая ему ватные тампоны, чтобы он приложил их к покрасневшим глазам.
Браун в ответ только кивнул.
– Бедненький. А знаете, вы попросите, что вам к таблеткам приносили «матросский ром». Грамм тридцать.
– Никогда не слышал, – хрипло признался тогда Браун.
– На борту он всегда имеется в аптечке и хорошо расслабляет горло.
– Спасибо, буду знать.
Теперь, стоя в просторной ванной комнате среди холодной плитки голубого цвета, Браун поеживаясь рассматривал в зеркале свою физиономию и бороду, которая ему надоела.
Хотелось уже каких-то изменений, но в этой ситуации он мог себе позволить только тщательное бритье.
Конечно, не слишком аккуратно подровненная, она ему частенько помогала налаживать контакты с несговорчивыми клиентами, однако за время частого общения с коллекционерами, Браун уже приобрел устойчивый навык делать настолько свирепое лицо, что борода значимой роли уже не играла.
Еще немного и люди начнут отдавать ему кошельки, едва он окажется рядом. Правда и полиция, конечно, очень активно реагировала на такие лица.
«Морда протокольная!» – вспомнил он ругательство соседки из своего детства. У
