территории, чтобы бабло отгонять для финансирования своих секретных операций?
Мне практически в живот, под нижний край броника упёрся короткий холодный ствол, а Константин приблизился почти в упор, немного наклонившись к моему уху, будто хочет сообщить мне-что не предназначенное для других ушей. Причём он сделал это так ловко, что Джо, мой телохранитель, который должен меня от такого беречь и находившийся в паре метров, ничего подозрительного в этом не заметил.
Ну, по крайней мере, у агента есть оружие.
— А откуда, Аркадий Ефимович, Вы знаете о существовании министерства номер шесть Соединённого королевства? — разносторонне подготовленный агент блеснул безукоризненной улыбкой.
Я лишь расстроенно ёкнул. Ну блин, фильмов про Джеймса Бонда, широко разрекламировавших британскую спецслужбу тут по понятным причинам не было, а спецслужбы этого мира вполне себе оправдывали слово «секретный», ну, то есть, о них широкие слои населения не знали и знать не могли.
— Да брось, — как можно спокойнее ответил я, — у нас на учёбе только и разговоров было про масонов, американское СиАйЭй, нашу имперскую охрану, Ми-шесть и тайные ордена, как они геройски спасают мир, в промежутках между миссиями пьют ром, смешанный с джином, запивая текилой или виски, и, покуривая кубинские сигары, соблазняют огромные стада длинноногих волооких красоток. К тому же мне, что мог, рассказал О′Бра… мой английский приятель.
— Ты крайне неверно представляешь себе работу специальных служб. Я бы даже сказал, что романтизируешь, как подросток.
Тем не менее, холодящая моё тело сталь пистолета внезапно исчезла.
— Но посуди сам, Константин. Вольный город — это своего рода пиратская гавань, серая зона со слабой местной правоохранительной системой и транспортным доступом к Афганистану, Персии, как бы она там сейчас не называлась, сухопутными коридорами к империи Цин, к Российской Империи, а через черноморские порты ещё и к Британии, и Оттоманской порте, Турции. И создание тут группировки по торговле компактным наркотиком в нашу империю соответствует вредоносной идее вражеских спецслужб и позволит им получать внебюджетное финансирование для подкупа нейтральных каганов степи, атаманов и полевых командиров, для вооружения бомбистов, для подкупа чиновников и продавливания нужных политических решений, для организации массовых протестов, имитации гражданских бунтов, для финансирования массовой миграции, да для чего угодно. Деньги — это мощный ресурс и подход у них серьёзный.
— Вот сейчас ты верные, правильные вещи говоришь и очень разумные.
— Я только предполагаю. Они попытались меня убить не потому, что я им навредил, прикрыв их лабораторию, это как раз случайность, а потому что они решили, что я один из ваших, то есть имперский агент.
— Ты сейчас жути нагоняешь просто, чтобы шкуру свою спасти. Прости, что несколько грубо выражаюсь! — говоря это, Константин, тем не менее, сделался задумчивым.
— А почему, по-твоему, англичане так легко позволили уйти отсюда официальному бизнесу, а не скинулись и грохнули к хренам Кротовского?
— Они очень сильно боролись с этим на политическом уровне, это просто вы в Кустовом этого не заметили. И потому, что его не так просто убить, он это уже показал и потому, что ему доверяет сам император. К тому же, убей этого, пришлют другого, политика не изменится.
— Или потому, что достаточная инфраструктура уже создана? — я опёрся на заборчик, ветер шевелил ветками ивы. — А ты считал, что одна полутораграмовая доза «на улице» в обычном городе империи стоит двадцать-тридцать рублей. В Москве запросто и пятьдесят.
— И это делает английский порошок грехом богатеев.
— А ты пробовал посчитать цену по опту? Допустим семь рублей за грамм, но реально больше, потому что до розницы его ещё разбавляют. Килограмм стоит семь тысяч, а реально пятнадцать. А они везут по полтонны в месяц. Сколько стоит полтонны порошка?
— При цене пятнадцать — это будет семь с половиной миллионов рублей за партию, цена грязная и ориентировочная, — быстро выдал мне он и тут же ошеломлённо заткнулся, чтобы переварить сказанное самим собой.
— А много можно наворотить, имея миллионы в обороте? При условии, что вы не банда погрязших в жажде наживы и разврате жадных наркоторговцев, а расчётливая спецслужба, могучий и хитрый дракон, переодетый в шакала?
— Мля… — мои аргументы были убойными и, хотя я сам в это не до конца верил, просто выдавал то, что в моём мире известно и так, а вот для него попахивало чем-то вроде откровения, переворачивающего сознание.
— Всё, что я говорю, чистое предположение.
— Это тебе твой информатор подсказал?
— Он всего лишь дал элементы головоломки, я их сложил в единую картину сам.
— Когда всё закончится, мы хотим его завербовать, как консультанта, он у тебя очень интересные вещи рассказывает. Да и тебя тоже.
— Говно вопрос, я вас познакомлю. Так что, ты сможешь накатать докладную записку и привлечь ресурс, элитных бойцов с оружием и экзотическим алкоголем, чтобы покарать злодеев?
— Мы организация, а не банда пиратов, — огрызнулся он. — Попробую. Через сутки-другие будет виден результат. Я тебе наберу. А пока просто постарайся не погибнуть.
— Тут я и сам заинтересован.
— Номер мобилета моего есть? — осведомился он.
— Да, записан.
Распрощавшись с агентом, который и в этот раз запросто ушёл сквозь дворы так, словно прожил всю жизнь в Кустовом и играл тут в детстве, я сел в машину и осторожно поехал к китайскому кварталу.
Танлу-Же шёл мне навстречу по улице в сопровождении четырёх спутников, поэтому я притормозил у обочины и вышел, Джо бесшумной и безмолвной тенью встал рядом со мной. В последнее время я редко вижу главу триад вне той кафешки-резиденции.
Увидев меня, он сделал своим «спутникам» незаметный жест, после которого они остались стоять, а он, двигаясь плавно, даже где-то по-кошачьи, оказался рядом и взял меня под локоть:
— Мне сообщили, что возле Вашего офиса отираются какие-то подозрительные и опасные типы.
— Ну да, есть такое.
— За Вами пришли?
— Думаю, да.
— Мы колеблемся, стоит ли нападать, смущает, что любая силовая операция, где будут фигурировать выходцы из Китая, привлекает нездоровый интерес к представителям нашей диаспоры. Опять скажут, что китайцы проблемные и кровожадные, а мы ведь не такие. А у нас есть неизменная политика улучшения отношения к китайцам, чтобы в долгосрочной перспективе показать, что мы хорошие и цивилизованные соседи.
— Круто, все бы диаспоры были такими же. Но, по конкретно тем уродам, я думаю, не стоит. Кроме того, ко
